Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Они пришли в движение. Я вижу, как к нам от ворот во дворе бегут люди, — объявил стоявший у дверного проёма Сэр Уильям.
— Закрой дверь, — скомандовал Сэр Дориан, готовясь приказать занять оборонительные позиции. Его команду прервал оглушающий шум, вслед за которым снаружи на землю посыпались камни и пыль.
Звук был таким неожиданным, что все на секунду замерли, не будучи способными осознать источник этой какофонии. Быстрее всех в себя пришёл Харолд, но его скорость почти стала для него роковой. Высунувшись наружу, он посмотрел вверх, чтобы отыскать источник звука. Жизнь ему спас лишь здравый смысл Сайхана, поскольку тот отдёрнул молодого рыцаря назад как раз в тот момент, когда через место, которое только секунду назад занимала непокрытая голова Харолда, прошёл колоссальный кусок каменной кладки. Он обрушился на землю, разбрызгав во все стороны осколки и обломки камня.
— Мать твою за ногу! — взвизгнул Харолд голосом, состоявшим наполовину из ругательства, и наполовину из испуганного вскрика.
— Как они так быстро подогнали осадные орудия? — сказал Сайхан, игнорируя крик Харолда.
Дориан хмыкнул, проводя ладонью по своей короткой бороде:
— Я не думаю, что это было осадное оружие. Я бы поставил на Карэнта. Вон он, идёт следом за своими молодцами, — указал он на хорошо одетого мужчину, следовавшего за бегущими вторженцами. — Смысла запирать дверь на засов нет, оставь её открытой, — добавил он. Повысив голос, Дориан начал вылаивать приказы: — Отойдите от дверей! Обнажить оружие! С ними один из богов, поэтому пришло время умирать… кому-то нужно сперва отлить?!
Ответом ему был лишь напряжённый смех, когда они пятились от входа, почти десятифутовой ширины проёма, окаймлённого прочными каменными стенами. Коридор, что вёл в замок, имел длину более чем в тридцать футов, прежде чем достигал дверного проёма, что вёл в главный зал, где устраивали трапезы и самые большие собрания. Два дверных проёма по обе стороны от входа вели в другие части замка. Первые две двери, в нескольких футах на правой и левой сторонах, вели в маленькие комнаты — левая была офисом камергера, Питэра Такера. Та, что справа, вела в фойе, переделанное под гардероб. Следующие две двери вели в коридоры, которые шли по обеим сторонам от главного зада, соединяя его с разнообразными служебными помещениями, кухнями, помещениями стражи, и лестницами в угловых башнях.
До прибытия врагов оставались лишь считанные секунды, пока Дориан выкрикивал позиции:
— Сайхан, Джеффри, займите офис камергера слева, Харолд и Браян, займите гардероб! Грант, Иган, вы — в левом коридоре, Эдвард и Филип — в правом… все остальные — со мной! — приказал он, оставшись стоять с Сэром Уильямом, Сэром Томасом, и Сэром Аэроном непосредственно за дверями в главный зал, прямо напротив главного входа снаружи. Остальные восемь рыцарей расположились парами за дверями, что вели в парадный зал. — Ждите, пока мы не заставим их столпиться у входе, прежде чем открывать эти двери… если не уверены, то просто ждите, пока я не попрошу пламени!
Какими бы быстрыми Рыцари Камня ни были, они едва достигли своих мест, прежде чем первый враг проскочил через открытый вход. Бесстрашный, этот человек будто был лишён осторожности или инстинкта самосохранения, несясь ко входу в главный зал, где ожидали Дориан и три его собрата-рыцаря. Приближаясь, он стрельнул взглядом влево и вправо, замечая видимое отсутствие защитников по бокам, прежде чем наброситься всем телом на перекрывавших ему дорогу четырёх человек.
Сэр Томас сделал шаг вперёд, опускаясь, проскальзывая под размашистым высоким ударом нападающего. Его двуручный меч взметнулся в обратном ударе, которому могло бы недоставать усилия для рубки, будь он в руках у нормального человека. Однако Сэр Томас нормальным человеком не был, как и его зачарованный клинок. Мистически заострённая режущая кромка клинка двигалась вперёд под действием его увеличенной силы, и развалила вторженца от паха до плеча, с одинаковой лёгкостью разрезая кость и мышцы. Воин был уже мёртв, когда его инерция и сила удара клинка, нанесённого Томасом снизу вверх, послала его перерубленное тело в полёт над их головами… чтобы приземлиться позади них с противным шлепком.
 
— Энтузиазм к своей работе ты явно не потерял, — прокомментировал Сэр Уильям, стоявший рядом с ним.
Однако Сэр Аэрон имел несколько другое мнение:
— Проклятье, Томас! Каждый раз! Каждый долбаный раз! Посмотри на меня!
Дориан уже заметил то, на что тот жаловался. Из-за того, что удар Томаса послал брызги крови во всех направлениях, Сэр Аэрон оказался покрыт кровью и отвратительным содержимым желудка человека, пролетевшего у него над головой.
Томас быстро извинился — учтивый, вопреки своему смертоносному мастерству, но Сэр Уильям захихикал под действием того, что кто-то мог бы назвать вызванной боем истерией. Дориан уже не в первый раз задумался, не лишился ли тот наконец рассудка из-за эффектов виденного им за прошедшие годы насилия.
— Не будь таким чертовским неженкой! — с полусмешком упрекнул Дориан, чтобы отвлечь Аэрона от его затруднительного положения. — К концу мы все и не таким будем забрызганы.
— Эти хотя бы свежие, — заметил Сэр Аэрон, вытирая часть крови со своего нагрудника. — Они воняют не так сильно, как шиггрэс, — добавил он. Хотя с этим все согласились, времени на ответ у них не было, поскольку через вход полились основные силы нападавших.
Те, что последовали за первым, вошли, даже не глянув по сторонам, двигаясь с идеальной координацией, и напали на четверых закованных в броню рыцарей, охранявших вход в главный зал. Те, что были впереди, нападали парами, нанося сдвоенные удары по каждому из защитников, и практически не утруждая себя защитой от смертоносных клинков в руках братьев-рыцарей Дориана. Эта первая волна почти затопила рыцарей, когда их враги разбрасывались своими жизнями, чтобы спутать и связать бронированным защитникам держащие оружие руки.
Дориану мгновенно стало ясно, что нападавшие сражались не как люди, а как части чего-то большего, чего-то, что не боялось потерять эти части, покуда будет достигнута цель — раздавить противника. Их длинные двуручные мечи быстро порубили первую и вторую шеренги, в то время как сами они начали пятиться, чтобы самоубийственные нападавшие их не окружили. «Они сражаются, не думая о себе, как шиггрэс», — мысленно заметил Дориан, — «и они работают в идеальной координации, будто ими управляет один разум».
К счастью, у Рыцарей был обширный опыт сражения с противником, не боящимся собственной смерти… пятясь через расположенный у них за спинами дверной проём, они использовали его, чтобы защититься от веса давящей внутрь толпы. Уильям и Аэрон слегка отступили в стороны, где они могли срезать каждого, кто пересечёт порог, а Дориан и Томас заблокировали наступление врага в нескольких футах от входа. Вместе они могли порубить на куски любого врага, оказавшегося достаточно глупым, чтобы войти в их смертоносный круг, и каменный пол перед ними вскоре стал похож на какую-то гротескную скотобойню.
Столпившиеся в парадном зале враги начали распахивать боковые двери, пытаясь найти другие способы пробраться в собственно замок. Их встретили клинки Рыцарей, охранявших каждую из дверей, но бой был отчаянным. Те, кто не мог достигнуть защитников, начали использовать свои большие железные молоты для расширения дверных проёмов — разбивая кирпичную кладку и каменные блоки с силой и свирепостью, в которые трудно было поверить. Дориан знал, что если их усилия продержатся более минуты, то они вскоре смогут обойти защитников со всех сторон… и бой после этого долго не продлится.
 
— Пламя! — приказал Дориан перекрывшим шум битвы голосом, и Рыцари приготовились использовать свои мечи тем образом, за который люди Гододдина нарекли их зачарованные клинки «Солнечными Мечами».
Рыцари Камня одновременно опустили свои клинки, указывая ими как копьями на врага, и каждый из них произнёс командные слова, которые должны были высвободить силу, заключённую в их магических печатях. Раскалённое пламя выпрыгнуло из их оружия, пылая белым жаром, от которого температура в помещении быстро взмыла вверх. Каждый меч испускал перед обладателем меча сияющий веер пламени длиной почти в пять футов, и странные воины, нападавшие на Замок Камерон, начали гореть, заливаемые пламенем с нескольких направлений.