Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

У меня сердце разрывалось, пока я наблюдал за их боем через крошечное окно, но я никак не мог им помочь. Моё внимание привлёк голос Уолтэра:
— Он здесь! — воскликнул он. Свет из окна сменился видом холодного камня, находившегося за стеклом, когда он перекрыл вид, и закрыл ворота барьера. Последним, что я увидел, были женщина с ребёнком, бегущие к воротам. Они, как и многие другие, не добрались до ворот вовремя. «Все мои планы и приготовления, а я всё равно не сумел их защитить», — осознал я. «Моя собственная гордость и хитрость не дали мне увидеть возможность того, что они вполне могут оказаться достаточно хитры, чтобы провернуть нечто подобное».
Я снова сполз по стене на пол. Тошнота, вызванная ядом, наложилась на мои собственные угрызения совести, и я почувствовал, как по моим щекам, оставляя пылающие следы, потекли горячие слёзы.
Прежде, чем я смог далеко зайти в самобичевании, Уолтэр прервал меня:
— Что дальше?
Сделав глубокий вдох, я вытер лицо, и поднял взгляд:
— Дальше мы ждём, пока бог, кем бы он ни был, не проломит барьер.
— И всё?! — сказал Уолтэр слегка истеричным голосом. — Я думал, что был какой-то план?
— Он есть, — объяснил я, — но он начинается после того, как закончится эвакуация, и барьер будет снят. После этого мы начнём смертельную игру в кошки-мышки.
— И какую роль мы в ней играем?
Я сухо засмеялся:
— Без моей силы? Мы играем роль мыши.
  
Глава 21
 
Пенелопа Иллэниэл, Графиня ди'Камерон, поспешно шла по коридорам, а две сопровождающие её женщины едва поспевали. В руке она несла свой длинный меч, и силилась идти достаточно медленно, чтобы Роуз и Элэйн не отставали. Для Элэйн это особой проблемой не было, но учитывая положение Роуз, ей было сложнее. Она была беременна на восьмом месяце, и её распухший живот представлял значительное препятствие движению со скоростью, превышающей нормальную ходьбу.
— Пенни… пожалуйста, я не могу бежать, — напомнила Роуз.
Пенни оглянулась, и снова попыталась скрыть своё нетерпение. Она сама родила троих детей, и хорошо знала стресс, который испытывала её подруга, но не могла её не подгонять. Они направлялись к детской, чтобы забрать Айрин, а также Грэма, сына Роуз, которому не позволили присутствовать на вечернем пиру.
Мойра привлекла к себе её внимание, дёрнув Пенни за юбку:
— Мама, я плохо себя чувствую, — сказала её приёмная дочь. Лицо семилетней девочки было бледным — несмотря на быстрый темп, в котором они двигались.
— Прости, милая, — сказала ей Пенни, прежде чем бросить взгляд на Роуз, — я пойду помедленнее. У нас ещё должно быть полно времени, чтобы дойти до детской, а потом — до наших апартаментов, — добавила она. Согласно тому, что прежде говорил ей Морт, барьерные чары должны продержаться около пятнадцати минут, или, весьма вероятно, гораздо дольше. Это, и тот факт, что они не будут использовать телепортационные круги, означало, что у них должно быть более чем достаточно времени. Пенни всё равно хотелось, чтобы они могли двигаться бегом.
Куда бы они ни шли, везде были люди, носившиеся по коридорам из стороны в сторону. Из-за их медленного темпа ушло почти десять минут на то, чтобы добраться до детской и забрать детей. Лилли всё ещё была там, приглядывая за ними, поэтому Пенни приказала ей тоже пойти вместе с ними. Лилли не была частью плана для бегства семьи Иллэниэл, но Пенни была уверена, что в грядущие дни помощь этой женщины ей понадобится.
— А что Питэр? — спросила Лилли, когда они направились к лестнице, которая должна была привести их вверх, к «покоям», которые, как предполагалось, занимала семья Иллэниэл. Лилли, конечно, имела ввиду своего брата, Питэра Такера, камергера Замка Камерон: — Он ожидает, что я перемещусь через круг в Албамарл со всеми остальными. Он изведёт себя от волнения.
Леди Роуз похлопала юную женщину по плечу:
— Уверена, что мы найдём какой-нибудь способ связаться с ним, когда всё утрясётся.
— Мой муж держит у нас дома несколько личных шкатулок для сообщений. Мы можем послать сообщение Королю Джеймсу, а он может послать гонца, чтобы дать твоему брату знать, что ты с нами, — быстро сказала Пенни. — Идём. Возможно, у нас не так много времени, как мы полагаем, — продолжила она. Пенни слышала далёкие крики и звуки боя во дворе замка. «До этого дело ещё пока не должно было дойти», — молча сказала она себе, но её слух говорил об обратном.
 
Они двигались по коридору пёстрой группой — четыре женщины, четыре ребёнка, один из которых только начал ходить, и младенец. Лилли несла младенца, Айрин, позволяя Пенни освободить себе руки на тот маловероятный случай, если ей понадобится воспользоваться её мечом. Роуз держала маленького Коналла за руку, чтобы тот не отрывался от них, в то время как близнецам и Грэму позволили идти рядом самостоятельно. Элэйн шла позади группы, заботясь о том, чтобы никто из детей не отстал.
Лишь один коридор отделял их от лестницы, которая должна была привести их вверх, к их убежищу, но когда они начали идти по длинному коридору, Элэйн наконец подала голос:
— За той дверью идёт бой — много наших солдат и пятеро врагов, если не ошибаюсь, — указала она на дверь на полпути по коридору, эта дверь вела во фронтальный входной холл.
— Идёмте дальше, — подтолкнула Роуз. — Лестница близко.
Пенни кивнула, и вынула из ножен свой меч, идя впереди всех. Примерно в четверти пути по коридору, когда они только-только прошли мимо одной из служебных дверей, которая вела в кухню, дверь впереди них взорвалась внутрь. Крепкая деревянная дверь не открылась — она просто разлетелась на куски от удара тяжёлой железной булавы. Адреналин уже замедлил её восприятие времени, и Пенни праздно заметила, что навершие булавы было слишком уж большим, чтобы оружием можно было легко пользоваться. «Наверное, для вышибания дверей они их и принесли».
Вслед за крупным оружием через разбитую дверь прошёл человек с массивными мускулами. Его защищала кожаная куртка с нашитыми на груди и на спине стальными пластинами, хотя его руки были голыми — их покрывали лишь татуировки. Железный молот Дорона, Железного Бога, бросался в глаза среди узоров, указывая на то, что этот человек, наверное, был храмовым стражем.
Пока Пенни подмечала всё это, другой человек, один из замковых стражников, последовал за незнакомцем через дверь, нанося удар копьём. Чужестранец с почти прекрасной грацией ушёл в сторону от удара, и, протянув правую руку, схватил стражника за верхнюю часть нагрудника. Извернувшись, он легко поднял и швырнул стражника об стену, будто тот весил не больше тряпичной куклы. Защитник замка безжизненно сполз на пол, хотя Пенни не могла быть уверена, был ли он мёртв, или просто потерял сознание.
Шлем свалился с головы стражника, и она узнала его лицо. Его звали Алан, и хотя он был скромным и тихим человеком, его часто выбирали охранять дверь в покои семьи Иллэниэл. Важной персоной он не был, но Пенни знала, что этот человек умер бы, прежде чем позволить врагу нанести им вред… в самом деле, именно это он, возможно, только что и сделал. Разъярённая, она прыгнула вперёд, сгорая от желания отплатить захватчику за грубое обращение с одним из её людей.
— Держите детей позади, — крикнула она, надеясь, что её спутники поймут. «И прикройте им глаза», — запоздало подумала она. Она знала, что готовые вот-вот случиться события будут не тем, что она хотела бы показывать своим детям.
Подбегая к противнику, она удивилась скорости, с которой тот отреагировал. Массивная железная булава в его руках взметнулась быстрее, чем должно было являться возможным, даже для столь крупного мужчины. Она была вынуждена уклониться в сторону, чтобы избежать удара, но даже несмотря на это она не волновалась. Каким бы сильным ни был её враг, её меч будет гораздо быстрее его неповоротливого оружия. Изогнув своё тело в процессе уклонения, она ловко ударила своим мечом поверх навершия его оружия, подпрыгивая вверх.