Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Как ты можешь быть уверенным?
— Я вырос вместе с тобой, если это хоть что-то значит. Так получилось, что я знаю, что ты не совершил никаких ужасных злодеяний, пока мы были детьми. Что бы ни было в твоей голове, оно пришло откуда-то ещё… либо с помощью магии, либо как побочный эффект твоей магии.
Я не мог представить, что это было побочным эффектом, но я ухватился за другую возможность:
— Ты имеешь ввиду, что кто-то мог вживить в меня эти воспоминания? — спросил я. Это было привлекательной мыслью, особенно если она избавляла меня от вины за то, что крылось в знании на задворках моего разума. — Как и когда это могло случиться?
— Быть может, заклинание, которое на тебя наложил твой отец? — предложил он.
— Мне трудно вообразить отца, делающего такое со своим ребёнком, — сказал я.
Марк пожал плечами:
— Некоторые люди не обладают такой же совестью, как у тебя.
— Реинкарнацию было бы проще принять, — ответил я.
— Пытаешься забрать вину себе? — ответил Марк. — Если бы реинкарнации были реальны, то были бы другие люди, жаловавшиеся на свои всплывающие воспоминания.
— Если только воспоминания не переносятся из одной жизни в другую, — парировал я.
— Опять же… откуда тогда появились эти воспоминания? И перестань пытаться найти какой-то способ взять на на себя вину за то, что в этой памяти — она не твоя, — сказал Марк.
— Ну, теория с заклинанием не имеет смысла, — заявил я, — поскольку воспоминания относятся к периоду времени, который, должно быть, удалён на пару тысяч лет… так что мой отец не мог такое заклинание наложить.
— Если только он сам не получил его откуда-то, — сделал наблюдение Марк.
— Или, быть может, это что-то вроде памяти крови, вроде унаследованного заклинания… или проклятья, — сказал я внезапно, а потом понял. Волосы у меня на руках и на загривке встали дыбом, и меня окатил холодный пот. «Рок Иллэниэла… нет… Обещание Иллэниэла… это — его часть».
— Ты в порядке, Морт? — спросил Марк с выражением озабоченности на лице. — Ты выглядишь так, будто увидел призрака.
«Или я ношу призрака с собой…»
— Нет, я в порядке, — медленно сказал я. — Но я думаю, что теперь я это нащупал.
— Что нащупал?
— Рок Иллэниэла… он — часть меня… часть этих воспоминаний. Нет, не так… он где-то в другом месте… — ответил я. «Внизу, за каменной дверью… под домом».
— Перестань говорить загадками, и выкладывай! — прозвучал полный фрустрации голос Марка.
Я закрыл глаза, крепко зажмурившись. Я не мог это сделать. Я не мог на это смотреть, пока не мог.
— Нет…. Прости, Марк. Придётся этому подождать.
Марк с силой выдохнул:
— Какого чёрта?! Теперь я вижу, почему вы с Пенни так много ссорились в начале. С тобой, наверное, очень приятно иметь дело, — отпустил он полный сарказма комментарий.
— Если позволишь мне поместить тебя в стазис, то я с радостью объясню тебе всё это позже, когда разберусь со своими внутренними проблемами, — с циничной улыбкой предложил я.
— Ты так делал Пенелопе предложение? — парировал Марк. — Я уже отказал тебе.
— Тогда ты, возможно, никогда не узнаешь ответ, — поддел я с юмором, который не до конца отражался в моих глазах.
— Тогда я вернусь, чтобы мучить тебя после смерти, — ответил он.
«Уверен, что вернёшься».
  
Глава 11
 
Покинув Марка, я пошёл повидать Джеймса. Понятное дело, Король волновался обо мне после попытки убийства во дворце — частично потому, что мы были родственниками, а частично потому, что без меня фундамент его власти был бы гораздо менее прочным. «А вот это несправедливо», — упрекнул я себя. «Этот человек помог тебя вырастить, не позволяй политике затуманить своё мнение».
Дворцовая стража была заметно более формальной. События недельной давности стали встряской для всех, и были приняты новые меры, чтобы убедиться, что среди стражи больше не было тайных убийц. За ними стали тщательнее наблюдать, особенно за теми, кого приняли на службу в течение последних двух лет, но пока что это ничего не дало.
 
— Рад видеть, что ты поправился, — сказал Джеймс, когда меня пустили к нему.
Я опустил взгляд, нарочно осматривая себя:
— У меня, похоже, все пальцы рук и ног ещё на месте, Ваше Величество. А как ваши дела?
Джеймс хмыкнул:
— Ха! Да я сам себя ранил больше, чем сумел тот убийца — ушиб ногу, когда пинком сшибал прочь стул.
Я засмеялся:
— Именно такие мелочи никогда не упоминаются в романах и приключенческих историях.
— В этих историях все моложе. Мужчинам моего возраста не полагается нападать на мебель и сражаться с убийцами, — подал мысль Джеймс.
— Едва ли вас можно назвать старым, — парировал я.
Джеймсу было за пятьдесят, и он всё ещё был весьма крепок.
— Тебе легко говорить, — ответил Джеймс. — Как дела у Уолтэра?
— Всё ещё поправляется, но я думаю, что с ним всё будет в порядке, — ответил я.
Король улыбнулся:
— Николас был весьма очарован Элэйн, но теперь только и говорит, что о твоей жене. Он называет её «ангелом спасения». Бедняга Барнабас наверняка сгорает от стыда, зная, что их обоих спасла женщина.
— Он действовал храбро, подставив себя под удар того меча. Ему нечего стыдиться, — мгновенно ответил я.
— Некоторые мужчины смотрят на рыцарство иначе.
— Ему придётся с этим смириться, — сказал я. «Иначе я расскажу Пенни, и позволю ей вправить ему мозги».
— Не пойми неправильно, — сказал Джеймс. — Он — не деревенщина. Он благодарен… просто ещё и слегка пристыжен.
— Кстати говоря… мне следует попросить у Николаса прощения за свои слова. Я не собирался с ним спорить. Думаю, я просто был немного слишком чувствительным к этой теме.
— Он уезжает завтра. Я думал о том, чтобы предложить ему твои услуги по переносу его самого и его людей в Ланкастер, чтобы укоротить его путь… — предложил Джеймс.
— В Замок Камерон, — поправил я. — Он может провести вечер с нами, и, быть может, я смогу завоевать его нашим гостеприимством.
— Так даже лучше, — сказал Джеймс.
* * *
— Ты исчез, как блудный кот, а потом снова объявился, и ты принёс мне вот это? — осведомилась слегка раздражённая моим исчезновением Пенни. Под «вот этим» она имела ввиду моё объявление о том, что Король Гододдина проведёт с нами вечер.
— Ты сравниваешь Короля Николаса с мёртвой птицей или ящерицей? — сказал я, растягивая её аналогию немного дальше.
Она проигнорировала мою остроумную ремарку:
— Ты хоть знаешь, сколько нужно сделать, прежде чем мы сможем принять здесь особу королевской крови?
Вообще-то, я хорошо это представлял, но прикинулся невеждой:
— Просто махни руками, дорогая моя, и весь замок подскочит по твоему приказу.
— Удачи тебе с детьми, — с кривой ухмылкой ответила Пенни.
— Чего-чего?
— Если я должна организовывать это место для королевского визита, то у меня не будет времени управляться с детьми весь остаток дня.
— Но мне нужно проверить, как идут дел… — начал я.
— Это можно отложить на другой день, — перебила она.
— Где Лилли? — спросил я. Её я пока не видел. Обычно она была под рукой, чтобы помогать с детьми.
Пенни передала мне малышку Айрин. Как обычно, её большие голубые глаза сосредоточились на моей бороде, а её цепкие ручки пытались её выщипать.
— Лилли сегодня заболела. Ты будешь сам по себе. Но не волнуйся — я заскочу через несколько часов, чтобы её покормить.
Мне было совершенно удобно с нашими старшими детьми, и младенцев я не боялся, но управиться сразу с тремя и с Айрин мне было сложно.
— Может быть, Роуз свободна… — подал я мысль.
 
— Она занята, помогая мне. Может быть, Дориан сжалится над тобой.
В конце концов я вызвался взвалить на себя эту обязанность без поддержки со стороны, скорее из гордости, чем по какой-либо иной причине. Мы, по сути, прошли через одновременное обращение с двумя младенцами годы назад, поэтому я был хорошо знаком с более грязной стороной малышей… на самом деле, имея помощь Мойры и Мэттью в приглядывании за Коналлом, я мог уделять маленькой Айрин много внимания.