Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Если ты был в карэнтских архивах, то что там делала жрица Сэлиора? — спросил я.
Он показал на меня пальцем:
— Вот! Теперь ты показываешь своё невежество. Архивы — ресурс, который делят между собой все четыре храма. Карэнтианцы просто являются теми, кто им заведует.
— Так что ты выяснил? — нетерпеливо спросил я.
Марк нахмурился. Очевидно, я портил стоивший ему таких трудов рассказ.
— Ну, если ты хочешь, чтобы я говорил покороче, Марисса помогла мне провести исследование раннего периода города, до и сразу же после событий Раскола. К сожалению, о битве Мойры с Балинтором осталось очень мало полезных записей, помимо обычного — она призвала колоссального гиганта из земли и камня, сражавшегося с Балинтором, и в конце концов победившего его. Хотя она победила, больше о ней не упоминается, так что я полагаю, что она погибла во время битвы, или вскоре после неё.
Я кивнул:
— По сути, так и есть.
Он странно посмотрел на меня. Мне так и не случилось никому рассказать о своих собственных разговорах с Мойрой Сэнтир, я даже Марку не рассказал. А так, я не хотел портить его усилия — ему и так было достаточно сложно найти себе цель в жизни после его депрессии.
— Ты знаешь что-то об этом? — спросил он меня.
— Немного, но то, что ты нашёл, соответствует тому, что я читал, — сказал я ему. «А вот и идеальный пример тонкого использования правила лжи номер два», — подумал я про себя.
Вскоре он продолжил:
— Что я всё же обнаружил, из важного, это то, что во время хаоса войны Балинтора против человечества семья Иллэниэл переместила сюда что-то очень важное. Что-то, что они не хотели отдавать в руки незнакомцев или злонамеренных богов.
Я подался вперёд. Теперь я весь обратился в слух:
— Продолжай…
Марк улыбнулся:
— Судя по всему, все ранние церкви тщательно наблюдали за оставшимися волшебниками, особенно после окончания войны. Есть несколько посланий, подробно описывающих их деятельность — особенно те, которые касались семьи Иллэниэл. Судя по тому, что я смог собрать, они подозревали, что в Албамарл было перевезено нечто под названием «Рок Иллэниэла».
— Если это так, то наиболее вероятное место для него в наши дни… будет тут, в этом доме, — заметил я.
— Предполагая, что у них нет где-то тайного склада, — указала Роуз.
— Действительно, — согласился я, хотя лично я сомневался, что они позволили бы чему-то настолько важному храниться вдали от этого дома. Обычно, наилучшей защитой, которую может предоставить волшебник, являлось его собственное присутствие. — Что ещё ты выяснил?
— Раннее духовенство полагало, что Балинтор охотился в основном за Роком Иллэниэла, и что его попытка стереть человечество с лица земли была лишь вторичной целью мести.
Это было для меня в новинку. Мойра едва знала о его существовании, не говоря уже о том, чтобы полагать, будто оно было основным мотивом тёмного бога. Мне придётся подробнее расспросить её позже, поскольку, судя по всему, священники древности знали о делах Иллэниэлов больше, чем их собраться-волшебники.
— Это надо будет позже тщательно обдумать; что ещё? — спросил я.
— Ну, я не уверен, важно ли это, но интересно — определённо. Похоже, что Железные Братья поддерживают тайный лагерь в лесистой местности к северо-западу, — ответил он.
Роуз подала голос:
— Насколько тайный?
— Настолько тайный, что они скрывают его существование даже от остальных церквей, — с плутоватой улыбкой ответил он.
— Как ты о нём узнал? — сказал я.
— Совершенно случайно, — ответил он. — Если бы я не решил остановиться у доронитов, то ничего бы не узнал. А так мне просто повезло услышать, как кто-то однажды жаловался в столовой, и это вызвало мой интерес — а потом просто надо было внимательно слушать.
— Есть какие-то мысли насчёт того, для чего они используют этот лагерь?
— Без понятия, — признался он. — Они каждые несколько недель посылают туда небольшую партию припасов и всякой всячины, и, судя по всему, те, кого отправляют туда на дежурство, находят своё задание чрезвычайно скучным.
 
Я сделал глубокий вдох:
— Ну, если это — все твои новости, то я полагаю, что мне следует поведать тебе о последних событиях в Ланкастере.
— Хорошо — я уже устал гадать, что заставило вас с Роуз так напрячься, — снисходительно сказал он.
Я бросил взгляд на Роуз, ища поддержки, но выражение её лица сказало, что рассказывать эту историю придётся мне. Я сделал ещё один вдох, и выдал без обиняков:
— Всё обернулось к худшему после того, как я оставил Пенни и Дориана в Ланкастере на прошлой неделе. На них напали в выданных им гостевых покоях. Мириам ранили, и их с Пенни похитили, — говорил я, и по мере моего рассказа глаза Марка округлялись, но перебивать меня он не пытался.
— Дориан бросился следом, и спас Мириам. Я думаю, он также почти спас Пенни, но в лесу их окружила большая группа шиггрэс, и задавила их. Он, Пенни, и почти все похитители — мертвы, или хуже, — закончил я.
Верный своему воспитанию, мой друг сохранил спокойствие, когда я закончил. Когда он наконец заговорил, он задавал вопросы, на которые я отвечал как мог. В течение получаса я поведал о случившемся после того, как я узнал об этих событиях, опустив то, как я чуть не уничтожил весь мир, сфокусировавшись на своей ярости, и то, как я чуть не убил единственного выжившего свидетеля. Я рассказал ему о Уолтэре, и о своих мыслях насчёт его возможной полезности в будущем.
Когда у него кончились вопросы, а у меня кончились дополнения, мы оба долго сидели молча. Роуз наблюдала за нами, сидя неподалёку. Всё это время она молчала. Могу предположить, что она пока не доверяла себе говорить на эту тему.
Через некоторое время Марк откинулся на спинку своего стула, и посмотрел на меня:
— Ты знаешь, что это значит?
У меня было некоторое представление о том, что он скажет дальше, но я просто кинул.
— Есть некий король, которого нужно убить, — выдал он.
Роуз подалась вперёд:
— Да! — воскликнула она. Это был первый раз, когда она показала хоть какой-то энтузиазм в этом разговоре.
Я встал, и моя нервная энергия заставила меня расхаживать из стороны в сторону.
— Я с тобой согласен, хотя он — не единственный, и первым ему тоже не следует быть.
— Шиггрэс? — вопросительно сказал он.
Я кивнул:
— Они уже были в списке, но теперь они станут первыми. Я хочу сохранить Эдварда на потом.
— Почему?
— Потому, что кто-то с ними общается, — перебила Роуз. — Им не следовало знать, что оперативники Короля будут бежать с пленниками именно в тот день, и именно в том месте. Это значит, что у них либо есть шпионы в высоких кругах, либо кто-то установил с ними какого-то рода альянс, и скармливает им информацию — кто-то близкий к Королю.
— Точно, — подтвердил я. — То, что было простой войной человечества против тёмных тварей, теперь усложнилось. Весьма вероятно, что кто-то с нашей стороны переметнулся на сторону сил зла. Нам нужно узнать, что это, прежде чем мы лишим Короля власти.
Я видел, что ум Марка уже нагнал нас, и он начал работать на упреждение, пытаясь придумать наилучший курс действий.
— Нам нужен кто-то во дворце, — наконец сказал он.
— Что ты там говорил насчёт того, чтобы стать «главным шпионом»? — напомнил ему я.
Он покачал головой:
— В данном случае я плохо подойду, я слишком хорошо известен среди дворянства — даже лучше, чем среди духовенства.
Роуз согласилась с ним:
— Без обид, но даже учитывая возвышенное социальное положение Маркуса, его воспитали провинциальным дворянином. Здесь же требуется кто-то с подробным знанием города и живущих здесь людей, особенно — тех, что во дворце.
 
Они переглянулись. Как обычно, когда доходило до интриг, они друг с другом соглашались.
— Ты полагаешь, что сможешь найти нужную нам информацию? — сказал я, глядя на Роуз.
Она улыбнулась мне так, что напомнила мне о своей обычной уверенности: