Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)
Однако это была просто нормальная забота. Егерь был достаточно мудр, чтобы знать разницу между похотью и любовью. Она была просто другом, с которым просто было проводить время чуть веселее, чем с его собутыльниками-мужчинами. «Надо было оставить Присциллу приглядывать за ней, а не брать её с собой в Албамарл», — подумал он. Чёртова драконица определённо не приносила никакой пользы, болтаясь по сельской местности за городом.
Пока он был погружён в раздумья, они добрались до городских бань. Здание было разделено на две части, и Присцилла бегло оглянулась, прежде чем направиться ко входу для женщин.
— Благодарю за заботу. Мне нужно возвращаться к работе, так что я не буду задерживаться. Если мы ещё увидимся в будущем, то, будем надеяться, что при лучших обстоятельствах.
У Чада отвисла челюсть, пока он пытался расшифровать подтекст её слов:
— Задерживаться?
Она одарила его взглядом с едва прикрытой жалостью:
— То есть, я быстро помоюсь, и пойду по делам, так что — до свидания.
Наконец смысл её слов дошёл до него. «Она думает, что меня к ней влечёт», — осознал он.
— О, да ничего. Я всё равно сюда собирался. Хочу хорошенько отмокнуть. — Он отмахнулся от неё, но когда она отвернулась, ему в голову внезапно пришёл вопрос: — А чем ты занимаешься? — спросил он ей в спину.
Она приостановилась, и ответила:
— Я — портная.
Тут у него в голове что-то щёлкнуло, но времени понять это наитие не было. Он инстинктивно продолжил:
— Значит, ты — швея?
Её губы сжались, и он понял, что каким-то образом её оскорбил.
— У меня есть швеи, которые мне помогают и занимаются текущими вещами. Я же создаю платья для знатных дам, — поправила она упрекающим тоном.
— О. — Чад посмотрел, почёсывая в затылке, как она входит в бани. Когда она скрылась из виду, он пробормотал себе под нос: — А мне не пофигу? — Ощущение было такое, будто у него что-то зудело в мозгу, но он не был уверен, как это место почесать. Пожав плечами, он вошёл в мужскую половину, и оплатил личную ванну, полностью намереваясь хорошенько отмокнуть. Последний раз он мылся в Ланкастере, неделю назад, и там он по сути ограничился обливанием холодной водой.
Его мышцы с нетерпением предвкушали тепло.
Он сидел в воде лишь минуту, прежде чем шестерёнки встали на место: «Если Роуз явилась сюда после поспешного бегства, то одежды у неё наверняка не было», — подумал он, — «по крайней мере — ничего приемлемого, по её мнению. Если у неё есть деньги, то она должна была найти портную». Он не мог вспомнить последний раз, когда видел на ней одежду, которую большинство сочло бы менее чем достойной короля.
— Да я вообще ни разу не видел её ни в чём кроме высококачественных платьев, — сказал он себе.
Вздохнув, он знал, что долго расслабляться в ванной ему не суждено. Окунув голову под воду, он быстро промыл волосы, и встал.
— Зря потратил пять пенни. — Чад поспешно вытерся, и забрал у мальчишек свою одежду, из которой те выбивали пыль. Всё ещё не до конца высохший, он оделся, и принялся ждать у входа. Ему нужно было снова поговорить с Присциллой.
Прошло полчаса, а её всё не было.
— Чёрт, я таки мог бы отмокнуть хорошенько, — тихо выругался он. Чад начинал гадать, не помылась ли она даже быстрее его, уже успев уйти, когда наконец увидел, как она вышла наружу. Она мгновенно нашла его взглядом, и на её лице отразилось удивление. — И это ты называешь «быстро помыться»? — спросил он с сарказмом.
Присцилла настороженно посмотрела на него:
— Почему ты всё ещё здесь? Ты ведь понимаешь, что я — замужняя женщина?
Он нетерпеливо кивнул:
— Ага, понимаю. Твоя добродетель меня не интересует. Ты сказала, что ты — портная, верно?
Она нерешительно ответила:
— Д…да?
— Я ищу одну леди, и я думаю, что она наверняка нуждается в твоих услугах, или в услугах кого-то вроде тебя, — продолжил он. — Сколько в Айвэрли портных?
— Несколько, если их можно называть таковыми, — с вопрошающим взглядом сказала Присцилла. — Но лишь я специализируюсь на платьях и одежде для родовитых леди.
Он коротко хлопнул ладошами, заставив её отступить на шаг:
— Значит, ты-то мне и нужна!
— Прошу прощения?
Раскочегарившись, он обнаружил, что так и сыплет словами:
— Ты ведь наверняка знаешь большинство клиентов, да? Учитывая то, что ты делаешь платья для богатых?
Присцилла огляделась, наверное гадая, есть имелись ли поблизости городские стражники, но ответила, косясь на него:
— Да.
Осознав, что пугает её, Чад смягчил свой тон:
— Слушай, я не плохой малый. Прости, что напугал. Женщина, которую я ищу — из моих друзей, но я думал, что у неё сейчас могут быть неприятности. Я могу заплатить. — Потянув за свой пояс, он положил руку на свой кошелёк.
На её лице мелькнуло гневное выражение:
— Не будь таким вульгарным. Я — не уличная попрошайка, выпрашивающая монеты за услуги. Чего тебе надо?
— Я буду благодарен за любые сведения, — отозвался он со слегка усилившимся акцентом. — Моя подруга здесь недавно, но я не знаю, как её найти. Думаю, она могла прийти к тебе за платьями. Она — благородная леди, и путешествовала налегке, поэтому с собой одежды много взять не могла.
Многострадально вздохнув, Присцилла взглянула ему прямо в лицо:
— И когда зовут эту леди? Если я её видела, то слышала и её имя.
Чад на миг отвёл взгляд:
— Ну, в том-то и проблема. Я не могу сказать. Она бы не назвала своё настоящее имя. У неё неприятности. Но я могу описать её внешность.
— Ты что, какой-то охотник за людьми? — спросила Присцилла, прищурившись с подозрением.
Он покачал головой:
— Нет, отнюдь, но другие люди действительно её преследуют. Мне нужно найти её раньше них.
По её лицу ясно было видно, что она ему не поверила:
— Я не знаю, кто ты, но я тебе больше ничего не скажу.
— Послушай, — отчаянно сказал он. — Я правду тебе бачу. Я поклянусь. Никакого вреда я ей не желаю — наоборот, вообще-то.
— Ты ожидаешь, что я поверю клятве незнакомца?
Чад немного подумал, пытаясь найти что-то способное её убедить, но ничего в голову не шло. В конце концов, отчаявшись, он вытащил металлическую фляжку, которую хранил в своей куртке. Взяв её руки, он вложил в них фляжку, и накрыл своими собственными.
— Справедливо, — отозвался он. — Ты меня не знаешь, но это — правда. Мне в этом мире почти на всё плевать, кроме друзей и выпивки. Клянусь тебе в этом на вот этой фляжке, которая мне дорога как жизнь. Я не желаю той леди зла. Мне нужно найти её до того, как это сделают другие, которые ей вреда желают.
Присцилла долгий миг смотрела ему в глаза, прежде чем спросить:
— Ты серьёзно? — Она сказала это, едва не смеясь.
— Что?
— Ты клянёшься на фляжке?
Он кивнул:
— Ага.
Тут она и впрямь рассмеялась:
— Я никогда не слышала ничего более смехотворного.
— Но ты же мне веришь, да? — подтолкнул он её.
Она выдернула фляжку у него из рук, и подняла, чтобы оглядеть:
— Что в ней?
Чад гордо ответил:
— Не что иное как лучшее от МакДэниела.
Присцилла отвинтила крышку, понюхала, и сделала долгий глоток, слегка поморщившись:
— Неплохо. — Затем она вложила фляжку обратно в его ладонь: — Ладно, я тебе верю.
Чад слегка потряс фляжку, с некоторым сожалением определяя, сколько осталось:
— Я ещё нескоро смогу это восполнить, — печально объявил он.
Она посмотрела на него с весёлым сочувствием:
— Я скажу тебе, что знаю… но не бесплатно.
Он одарил её своим лучшим заносчивым взглядом:
— А я-то думал, ты для денег слишком хороша.
— Деньги я не хочу, — сказала портная. — Я хочу две бутылки… как ты сказал… лучшего от МакДэниела?
Чад потёр подбородок:
— Это быстро не устроить. Выпивка эта из Лосайона…
Присцилла отмахнулась:
— Не сейчас — потом. Я поверю, что ты в долгу не останешься.
— Замётано.