Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

К этому я был готов:
— Нет, Лорд Осуалд, не нахожу. Когда я встретился с Королевой, то свободно рассказал всё, что знал, поскольку в тот момент не был в курсе убийства Принца Лиманда. Если бы я намеревался солгать, то с самого начала рассказывал бы совсем другое. Мои слова о том, что Милли заснула до того, как я покинул охотничий домик, были простой ошибкой, которую я не допустил бы, если бы пытался скрыть преступление.
Лорд Осуалд похоже был не рад моим словам:
— Удобный ответ, — отозвался он. — Давайте перейдём к кое-чему более релевантному. Принц Лиманд вам не очень нравился, верно?
— Я едва знал его, — искренне сказал я. — Мы встречались лишь несколько раз, но он определённо не оставил о себе хорошее впечатление.
— Вы ведь преуменьшаете свою неприязнь к Принцу, так ведь, Лорд Камерон? Говорят, что вы испытывали к мужу Королевы лютую ненависть.
Хотя в данный момент это по сути было правдой, я на самом деле не мог вспомнить, чтобы в прошлом испытывал такие чувства, и никогда не говорил о таком никому другому. Одарив прокурора озадаченным взглядом, я спросил:
— Кто говорит?
— Вопросы задаю я, Лорд Камерон. Пожалуйста, отвечайте.
— Я и пытаюсь, — отозвался я. — Насколько я знаю, я никогда не демонстрировал и не высказывал таких негативных чувств по отношению к Принцу, поэтому для ответа на ваш вопрос мне нужно, чтобы вы уточнили, кто именно сделал такое заявление, разве что вы просто выдумываете слухи, чтобы подкрепить свою позицию.
Лицо Лорда Осуалда приобрело пурпурный оттенок, но Судья Уотсон подался вперёд:
— Пожалуйста, сообщите суду об источниках вашего утверждения, Лорд Осуалд. Мне любопытно.
— Уверен, их было несколько, — сказал прокурор, — позвольте мне свериться с записями. — Он споткнулся, пока шёл к своему столу, отчего по галёрке пробежали смешки. Чуть погодя он поднял лист бумаги: — Да, вот оно. Лорд Эйрдэйл. А теперь отвечайте на вопрос, Лорд Камерон.
Я улыбнулся:
— Насчёт принца я с Лордом Эйрдэйлом никогда не говорил. Его единственным основанием для такого утверждения может быть тот факт, что он видел, как я вломился в охотничий домик Принца. В тот момент я был в ярости из-за творимого там надругательства. Подозреваю, что у него могли быть другие причины для того, чтобы вспомнить о разговорах, которых у нас в прошлом на самом деле не было.
После этого прокурор двинулся дальше, и хотя мне нравилось, как всё пока шло, дальше ситуация приняла нелицеприятный оборот.
— Лорд Камерон, вы же очень симпатизируете Королеве, верно?
— Она — моя родственница, — сразу же ответил я. — Я очень её люблю.
— Двоюродная тётка, если быть точным. Верно?
— Её мать, Королева Дженевив, была сестрой моей бабки, — твёрдо сказал я.
— Вы могли бы сказать, что она красива? — спросил Лорд Осуалд.
Я понятия не имел, к чему он клонит, но Роуз, судя по всему, понимала. Прежде чем я смог ответить, она вскочила на ноги:
— Протестую. Внешность Королевы к делу не относится.
Судья кивнул:
— Принято.
Лорд Осуалд ухмыльнулся, и двинулся дальше:
— Ваша жена недавно погибла, верно?
— Почти четыре месяца назад, — твёрдо сказал я. — Полагаю, все уже знают об этом.
— Вы думали о повторной женитьбе, Лорд Камерон?
Его вопросы начинали меня злить, но я был не настолько глуп, чтобы показать это:
— Конечно же нет. Я любил жену больше, чем можно выразить словами. Ещё не оправился от её потери.
— Учитывая то, что вы, очевидно, знаете закон, вам несомненно известно, что двоюродным родственникам позволено вступать в брак, верно? — спросил Лорд Осуалд.
Нахмурившись, я ответил:
— Да, но Королева мне — как сестра. Такое никогда не приходило мне в голову, к тому же она уже была замужем.
— Ключевое слово здесь — «была», Лорд Камерон. Вы давно испытываете к нашей Королеве нежные чувства, верно, Лорд Камерон? — бросил обвинение Лорд Осуалд.
— Не такого рода, на какие вы намекаете, — упёрся я.
— Однако же вы создали особый портал, чтобы позволить Королеве навещать ваш дом по собственному желанию, верно?
 
— Ну, да, — ответил я. — Вы что, обвиняете Королеву в непристойных связях?
Лорд Осуалд улыбнулся:
— Я лишь проясняю ситуацию, дабы просветить данный суд. Вы создали портал между вашим домом и покоями Королевы. Она иногда пользовалась этим, чтобы спать у вас дома, верно?
— Моя жена и семья отлично знали об этом портале, — объявил я. — Мы построили ей дополнительную комнату. Ничего непристойного в этом не было.
По галёрке пробежались шепотки и бормотание. Прокурор продолжил:
— Лорд Камерон, если что-то неподобающее всё же происходило, неужели вы думаете, что ваша ныне покойная жена осмелилась бы сказать вам что-то против?
Разъярившись, я встал:
— Лорд Осуалд, если бы вы хоть раз лично видели мою жену, то не стали бы говорить такие глупости. Она была не робкого десятка. Если бы происходило что-то подобное, она бы мне яйца оторвала.
Это вызвало взрыв смеха с галёрки, и Судье Уотсону потребовалось несколько минут, чтобы восстановить порядок. Когда воцарилось спокойствие, Лорд Осуалд задал следующий вопрос:
— Вы утверждаете, что ваша жена не смирилась бы с подобным, Лорд Камерон, однако же она позволила другой незамужней женщине долгое время жить вместе с вами, верно?
— Протестую, — сказала Роуз. — Семейные обстоятельства Графа к делу не относятся.
Судья Уотсон бросил на неё взгляд, полный неприкрытого злорадства:
— Отклонено. Пожалуйста, продолжайте, Лорд Осуалд.
Прокурор кивнул:
— Позвольте мне пояснить, Лорд Камерон. Незамужняя женщина, жившая вместе с вами и вашей семьёй, сегодня присутствует в этом зале, верно?
Я медленно кивнул:
— Да.
— Пожалуйста, назовите её имя суду, Лорд Камерон.
Слова оставили привкус пепла у меня во рту:
— Леди Роуз Торнбер.
Лорд Осуалд плотоядно ухмыльнулся:
— Вы вступили с ней в сексуальные отношения сразу же после её переезда в ваш дом, или дождались смерти вашей жены?
— Протестую!
— Отклонено, — отрезал Лорд Уотсон.
Я ненавистно сверлил пылающим взглядом Лорда Осаулда:
— Я никогда не состоял в сексуальных отношениях ни с кем кроме моей покойной жены.
— В это трудно поверить, Лорд Камерон, учитывая то, что у вас дома в любой момент времени жило до трёх разных незамужних женщины, не говоря уже о случавшихся иногда ночных визитах нашей Королевы. Вы ожидаете, что мы поверим в то, что ваши отношения со всеми этими женщинами были невинны?
— Ожидаю.
Прокурор продолжил:
— Кто-нибудь из вашей семьи сегодня присутствует в зале суда, в знак поддержки?
Внезапная смена направления заставила меня моргнуть:
— Только мой младший, Коналл.
— Который, кстати, был в числе арестовавших вас людей, — указал Лорд Осуалд. — Лорд Камерон, как вы думаете, почему остальным членам вашей семьи было слишком стыдно появляться здесь сегодня?
— Мой старший, Мэттью, всё ещё в Ланкастере, защищает владения герцога. Моя младшая дочь Айрин сейчас с ним, — объяснил я.
— А что насчёт вашей приёмной дочери, Мойры?
— Она сейчас дома, — признал я.
— Несмотря на то, что могла бы прийти сегодня сюда?
— Да, — ответил я. — Я бы предпочёл, чтобы она не становилась свидетелем этого процесса.
Лорд Осуалд подался вперёд, оказавшись в считанных дюймах от моего лица:
— Но вы же с ней не говорили, Лорд Камерон? Вообще, она сегодня не явилась по своему собственному решению.
— Нет, напрямую не говорил.
Прокурор снова сменил направление допроса:
— Лорд Камерон, вы надеялись, что после того, как вы убили Принца, родственная любовь Королевы перерастёт в нечто большее? Быть может, достаточно большее, чтобы обеспечить вас новой позицией во дворце?
 
— Нет! — воскликнул я.
— Нет, что вы не надеялись на ней жениться, или нет, что вы не убивали Принца, Лорд Камерон? Какое из двух?