Сектор Андорра (ЛП)

Андер не ошибся.
Все омеги учуяли бы на нем мой аромат.
Подумав об этом, я принялась сосать усерднее, чтобы и Андер отметил меня, известив всех, чем мы занимались в лифте. Чтобы все знали, кто мой альфа.
В этом отношении он мог полностью лишить меня права выбора.
Я не хотела другого мужчину.
Только его.
Волчица выбрала за меня — она узнала свою пару. Раньше я не понимала, почему его отказ поверг меня в уныние, но теперь все встало на свои места.
Андер оттолкнул моего внутреннего зверя, ранил меня, бросил в растерянности и одиночестве, когда я уже его выбрала. Вся моя жизнь была ничем иным как искусством выживания, и от Андера я сбежала лишь из страха неизвестности. Просто я растерялась в неизвестной обстановке, вот и устремилась обратно домой.
Но теперь моим домом стала Андорра.
Значит, мне нужно было адаптироваться.
Обучиться.
Принять свою волчицу.
Отметить свою пару.
Андер надо мной зарычал, член набух у меня во рту и разрядился глубоко в моем горле. Истосковавшись по вкусу, я жадно глотала, нуждаясь в каждой капле, которую могла получить.
Андер не соврал — спермы было много.
Еще одно доказательство его верности, что я итак уже поняла по запаху.
Когда я сглотнула, приняв в себя семя, Андер отпустил меня и с обожанием погладил по щеке.
Адресованная мне ленивая улыбка говорила об удовлетворении и пресыщении. Я слизнула с головки последние капли и села на колени, ожидая от Андера каких-нибудь слов.
Наклонившись, он поднял меня с пола, и я снова обхватила его ногами. Андер потер меня между ног все еще твердым членом, покрывая его влагой моего возбуждения.
— Ты дочиста меня облизала, — тихо пояснил он. — Это недопустимо. Я хочу, чтобы все знали, кому принадлежит мой член, Катриана. Кому принадлежу я, — Андер поцеловал меня, не дав ответить и сплетя наши языки.
Я расслабилась в его руках.
Насладилась смешением наших ароматов.
Предстоящая вечеринка уже не казалась мне такой пугающей.
— Я весь вечер не отойду от тебя ни на шаг, — пообещал Андер, оторвавшись от моего рта. — Если захочешь уйти, в любое время скажи мне, что устала, и мы сразу же вернемся в нашу спальню, хорошо?
«В нашу спальню», — мысленно повторила я.
— А она наша?
— Да, Катриана, — он прижался лбом к моему лбу. — Все, что у меня есть, принадлежит и тебе, поэтому становится нашим.
Я смотрела на него, любуясь красивым незнакомцем, державшим меня на руках. Куда делось животное, вышвырнувшее меня из своей постели? Животное, холодно сообщившее мне, что я ему не пара? Или Андер заботился обо мне исключительно ради ребенка? Просто притворялся, чтобы я была спокойна, пока не рожу?
Он ведь так и не отметил меня.
Не тем способом, который был важнее всего.
Но также я не находила в его глазах ни намека на обман. Я умела читать людей, чему училась на протяжении всей своей жизни. И все же Андер оставался для меня загадкой. Властный мужчина в очень мягком элегантном костюме.
Я кивнула, соглашаясь, хоть и не знала, с чем именно.
— Осторожнее застегивай на мне штаны, котенок, — улыбнулся Андер, опустив меня на пол. — Я все еще твердый и буду таким, пока не смогу снова тебя завязать, — я вздрогнула, моя сердцевина напряглась, и половые губы оросила влага. — Мм, до чего же мне нравится твой запах, — вслух размышлял Андер, и пока я осторожно застегивала на нем брюки, поправлял лиф моего платья. Едва я закончила, он опустился на колени и, проведя языком по моей промежности, тихо гортанно зарычал.
В ответ на призыв альфы из меня просочилась новая волна влаги, и я задрожала от готовности. Едва Андер задел зубами клитор, как я упала в забвение, и ноги подвели меня. Он опустил ладонь на низ моего живота, прижав меня к стене, пока я извивалась от его языка.
«Что за мужчина! — подумала я. — Черт возьми, он меня погубит»
Я с трудом узнавала слова, слетавшие с моих губ, но большинство из них не имели смысла или были многократным повторением имени Андера. После оргазма мои конечности обмякли, кожа запылала, на лбу выступил пот.
Я не знала, как Андеру это удавалось.
Но не жаловалась.
Никогда еще я не чувствовала себя такой уставшей и довольной. Разве что во время нашего недельного гнездования. Только теперь наша близость была желанной. Очень интимной. Обещанием, которое ни один из нас не произнес вслух.
— Теперь мы готовы к мероприятию и знакомствам, — заявил Андер, одергивая на мне платье. Когда он поднялся, его губы блестели от свидетельств моего возбуждения. Я потянулась поцеловать его, но он остановил меня со злой усмешкой. — О нет, Катриана. Я хочу, чтобы все видели.
Обняв меня, Андер нажал кнопку, и лифт снова поехал вниз.
Глава 22
Андер
Все не сводили с Катрианы глаз. И я не мог их винить. Она выглядела великолепно в черном шелковом платье и с прической, немного растрепанной после секса. В лифте я сделал все возможное, чтобы пригладить рыжие кудри, но у них словно был свой собственный разум. Как и у омеги рядом со мной.
Поцеловав Катриану в макушку, я положил ладонь на ее обнаженную поясницу и продолжил беседу с двумя моими друзьями — Бурье и Аленой.
По моей просьбе большинство спаренных альф присутствовали сегодня без своих омег. Тем не менее, я предложил Бурье привести Алену, предположив, что она найдет язык с моей будущей парой. Они и впрямь заинтересовались друг другом, но Катриану отвлекали мужчины, не удосужившиеся скрыть свой интерес.
В отличие от меня, она была удивлена вниманием к ее персоне. Катриана была аномалией во многих смыслах, просто не осознавала этого. То была моя вина, и я решил ее искупить.
Слова Катрианы о странной новой жизни, в которую ее вынудили вступить без должных объяснений, поразили меня в самое сердце.
Я подвел ее.
Именно я должен был внятно объяснить своей будущей паре особенности жизни оборотней. Но раз ее отец был из клана Икс, я решил, что она итак все знала. Оказалось, Катриана в глаза его не видела. Помимо прочего, я не привык брать под свое крыло новичков. Почти все под куполом родились оборотнями, и лишь единицы были генетически изменены в лаборатории.
Последние были очень редки. Сектор Андорра прогрессировал быстрее прочих. Мы значительно превзошли своих собратьев и стали единственными во всем клане, кто мог искусственно создавать оборотней. Тем не менее, большинство людей умирали во время обращения. Еще одна причина, почему все хотели познакомиться с моей омегой — она была редкой выжившей. Не только в лаборатории, но и во внешнем зараженном мире.
— Я, эм… — откашлялась Катриана, крепче прижавшись ко мне в поисках поддержки. — Я жила в пещерах.
— Но как? — округлила Алена карие глаза, пустившись в расспросы о жизни вне купола. — Ты была всего лишь человеком, и на улице очень холодно.
— Не так холодно, как у нас дома, — усмехнулся я. Мы с Аленой выросли на землях моего отца. Несмотря на ее гены омеги, я никогда на нее не смотрел. Кроме того, для нее с раннего детства существовал только Бурье. Зверь двухметрового роста тихо стоял позади Алены, и конец его бороды касался ее светловолосой макушки.
— Дома? — повторила Катриана, посмотрев на меня.
— В Скандинавии, — прошептал я. — Точнее, в Южной Норвегии, где сейчас расположен Скандинавский сектор.
— Если ты оттуда, как оказался в Андорре? — нахмурилась она.
— Просто он вырос слишком властным альфой, чтобы оставаться заместителем своего отца, — сказал Элиас, присоединившись к нам и прижав к своему боку Дачиану. — Поэтому Андер основал в Андорре свой собственный сектор прямо перед зомби-апокалипсисом, — моему другу нравилось это слово.
— До заражения, — исправил я, качая головой.
— До него самого, — согласился Элиас и, глотнув пива, переключился на Катриану. — Он уже рассказывал тебе истории о своей жизни в иглу?