Стреломант. Дилогия (СИ)

В него я и выстрелил, подловив момент, когда дарг снова поднимет лапу для шага. Даже не заряжая стрелу, просто всадил метр никиной крови в сердце твари.
Со вторым даргом справилась сама Ника — не глядя махнула за спину кровавой плетью, с конца которой срывались алые капли, и располовинила тварь, как курицу на суп.
Но в эту секунду на нее прыгнули сразу три твари с разных направлений. От переднего Ника успела заслониться кровавой пленкой, в которую превратилась все та же плеть, в летящего справа выстрелил я, замедляя его полет, а вот тот что слева, достал Кровавую. Когти царапнули по одежде Ники, вырывая из нее яростный крик, но не пробили — только скользнули! Ника с яростным воплем отшвырнула от себя дарга, принятого на щит, подшагнула правой ногой к левой и мощно пнула ботинком дарга, заносящего когти для новой атаки! Ее нога прямо в момент удара приняла форму одного огромного острого шипа, который пробил бы дарга насквозь, если бы тот в последний момент не дернулся в сторону и не подставил под удар плечо вместо головы!
Сука, они что, всегда так делают?! У них это прямо защитный рефлекс — чтобы чужая атака всегда попала в плечо!
Ника рванула ощетинившуюся острыми шипами ногу обратно, лапа дарга отлетела прочь, отпиленная по самое плечо, но второй лапой он успел ударить по самому кончику никиной ноги.
И обломать одно из лезвий.
Ника снова яростно закричала, вращающееся в воздухе лезвие прямо на глазах потеряло форму, смялось, расплавилось в кровавый шарик, и, упав на землю, впиталось в нее.
И дарг упал тоже — на двух только задних лапах не очень-то удержишь равновесие. Причем упал он на спину, развернутый инерцией собственного же удара.
А на спину это значит подставляя сердце под стрелу.
Я не успел заметить, как Ника добила того дарга, что я замедлил, но она уже боролась с новым — тем, что секунду назад атаковал с фронта. Он прыгнул снова, и снова спереди, и снова Ника приняла его в кровавый щит, края которого слегка обтрепались, только в этот раз сангвимантка немного проехалась назад, взрывая подошвами землю, а потом она напряглась, злобно закричала и схлопнувшийся краями щит отсек даргу голову!
Без головы они тоже не живут, кстати.
Спасибо, я уже понял!
Бум! — в Нику сбоку врезался еще один дарг, даже не когтями — прямо лбом протаранил!
Кровавую бросило в сторону, она проехалась спиной по земле, вскочила, собирая вокруг пальцев кровавый сгусток…
А со спины к ней бежала еще одна тварь! Быстро, сука, какие же они быстрые! Я не успею довести лук, чтобы попасть в него!
Стреляй в землю позади Ники. Собери прану в наконечнике стрелы, утрамбуй ее там и стреляй!
Я послушно представил, как красный дым, переползающий из моих рук в стрелу, уплотняется в наконечнике, спрессовывается в плотную таблетку, подобную тем, что целители дают смертельно раненым, чтобы помочь им забыть о боли, как наконечник распирает изнутри от влитой в него праны…
Стрела вонзилась в землю в пяти метрах позади Ники — больше я не успевал довести лук. Вонзилась, и вокруг нее будто бы распух купол диаметром и высотой метра три. Его как бы и не существовало, но в то же время было совершенно очевидно, что он существует — внутри него тоже по-другому шло время. Сорвавшаяся с плети Ники капля крови повисла в воздухе, медленно планируя на землю, куски взрытой земли парили, как воздушные шарики…
И дарг, попавший ровно в этот купол, замедлился тоже. Пусть я не смог попасть прямо в него, но это, оказывается, мне и не нужно. Жаль только на подготовку подобного трюка требуется в четыре раза больше времени, чем на простую зарядку стрелы праной.
Руки Ники обросли двумя кровавыми клинками, и следующую попытку протаранить ее лбом она встретила в скрест, словно ножницами срезая глупую башку с плеч твари!
— Сзади! — крикнул я, предупреждая ее об атаке с тыла, но она будто не слышала. Пришлось выпустить еще одну стрелу, воткнувшуюся в землю прямо перед Никой, чтобы обратить на себя ее внимание.
Ника подняла голову. Из правого глаза у нее стекала струйка крови, глаза горели яростным огнем, а губы… Губы изогнулись в дьявольской довольной улыбке. Сомневаюсь, что она меня сейчас услышит…
 
Я махнул рукой в сторону застрявшего в куполе, как муха в капле янтаря, дарга, и едва успел выпустить стрелу в новую тварь, прыгнувшую на Нику откуда-то сбоку. Уже два дарга повисли перед Кровавой удобной мишенью, и она не преминула этим воспользоваться, чтобы прикончить сразу обоих двумя кровавыми плетьми.
Серж, справа! На землю!
Я ничком рухнул на землю, сбив себе дыхание, и надо мной пролетел донельзя удивленный дарг. Он попытался в воздухе извернуться, чтобы достать меня когтем, но не вышло — я слишком быстро оказался вне зоны досягаемости. Пролетев мимо, дарг снова приземлился на лапы, развернулся и побежал на меня!
Вот сука, я надеялся, что до самого конца боя эти твари не будут обращать на меня внимания, позволяя отстреливать их как в тире! А нет, нашелся все же один умный!
Только вот делать-то с ним что?!
Я прямо с земли выпустил стрелу, от которой дарг легко увернулся, просто пропустив ее под лапой, от второй ушел, слегка сместившись в сторону.
Нет, так не пойдет! Мне снова нужен тот купол, но нет времени его подготовить! А на открытом пространстве мне дарга не подстрелить — он, сука, уворачивается! Нужно заставить его прыгнуть, чтобы не увернулся, но, если он прыгнет — я, скорее всего, сдохну!
Надо как-то заставить его прыгнуть, чтобы это было безопасно для меня… Прыгнуть не на меня, а…
Знаю!
Я кувыркнулся назад через голову и что есть духу побежал к мотоциклу Ники, благо до него было все каких-то десять метров. Поставленный на боковую подставку, он был всего-то мне по пояс высотой, но дарг же не станет его таранить, чтобы добраться до меня, правильно?!
Я прыгнул через мотоцикл ногами вперед, в полете выпрямляясь и натягивая лук. Отставший всего на какой-то шаг дарг тоже уже сиганул вперед, перепрыгивая мотоцикл, и его когти уже практически коснулись кончика стрелы, которая в следующий момент сорвалась с тетивы и ударила прямо в оскаленную пасть.
Правильно. Дарг не будет таранить мотоцикл.
Я рухнул на землю плашмя, от чего воздух выбило из моих легких, и я судорожно закашлялся. Так и не коснувшийся меня дарг медленно пролетал надо мной, по-прежнему вытянув вперед когти, и, наверное, даже не понимая, что добычу уже не поймает. Подавив на секунду приступ кашля, я растянул лук, снаряженный последней оставшейся в руке стрелой, и пробил ему сердце.
Я позволил себе полежать лишь столько времени, сколько заняло два раза глубоко вдохнуть, чтобы грудь не ходила ходуном и не мешала целиться. Потом я вскочил, снова перемахнул через мотоцикл, кувыркнулся по земле, хватая из земли новый пучок стрел, и, встав на ноги, уже знал, куда и как выстрелю.
Дарги атаковали меня еще два раза, но я был наготове. В первый раз удалось снова провернуть трюк с мотоциклом, правда дарг врезался в него и опрокинул, чуть не придавив меня, но все сработало. Во второй раз я заметил атаку дарга заранее и выстрелил перед собой заготовленным куполом, который и помог мне справиться с тварью. В остальное время я занимался прикрытием Ники, подбирая стрелы, заряжая их и стреляя.
Я не всегда попадал — все же твари были очень быстрые, и нередко меняли положение в пространстве уже в тот момент, когда стрела была в полете. На двадцать удачных попаданий приходилось десять стрел, ушедших в молоко. И, когда я промахивался, Ника страдала. Клыки скользили по ее одежде, когти обламывали ее клинки, и каждый такой раз вырывал из ее уст сначала злобное шипение, а потом — и болезненные вскрики! Лишаясь частей своего оружия, Ника перетягивала куски одежды, воссоздавая его, оставляя некоторые части тела без защиты! Иногда дарги атаковали именно туда, и Кровавой приходилось снова менять местами броню, тасуя ее на собственном теле, выбирая, где сейчас защита нужна, а где ею можно пожертвовать.