Оборона дурацкого замка. Том 1. Том 2 (СИ)

Удары Акургаля и Ваня стали вторыми. Если копейщики шли в центре, то воины сместились по обе стороны от первой троицы и порыв Придворного прошел для них без последствий. Странная нежить еще только возвращала руку обратно в рукав, когда они ударили… Не по шапке, нет. Такого шанса им бы не дал даже тот мертвый хорн-культиватор, а этот придворный превосходил его на порядок. Нет, они целились в плечи.
Демон отбил их выпад все с той же ленцой, как и трех копейщиков до этого. Словно отмахивался от мухи. Правда, мух оказалось двое, да еще и с разных сторон. Пришлось слегка приподнять собственные руки, чтобы той же самой волной простого выброса Ци откинуть их в разные стороны. И, вот незадача, его пышное одеяние слегка прикрыло угол обзора. Почти незаметно, однако мелкий мальчишка на долю секунды выпал из фокуса зрения духа.
А когда Придворный почуял Ци, он рванул к Стасу на всей доступной скорости, впечатал ладонь ему в грудь быстрее, чем тот вообще начал шевелить ногами или ладонью. Попаданец согнулся пополам, со скоростью выпущенного из пращи камня влетел в развалины за своей спиной, захаркал кровью. 
Деревянное древко рассыпалось в щепки, которые моментально в ладонь хозяина целым частоколом огромных заноз, в клочья разодрали руку. Цепь у основания кистеня лопнула на звенья, верхняя часть халата мальчишки просто сгорела от выброса чужой энергии. Но это все оказалось уже не важно.
Стас рассчитал даже свое поражение. Он заранее наносил удар в пустоту перед ним, изо всех сил веря в чудовищную мощь своего противника. Тот, кто сражается на равных с Королевским Гвардейцем и даже побеждает, просто не имеет права на что-то меньшее, чем подавляющая сила. 
Шар разогнался еще в момент удара копейщиков, лопнувшая от атаки демона цепь окончательно завершила неизбежность нападения, задала шипастому билу единственную возможную траекторию. Не шапку, нет. Стас оказался не настолько техничен. И даже не голову. Просто общее направление. Вот только враг привычно среагировал на атаку своего слабого места самым жестким образом: ему пришлось подставить собственную ладонь на пути напитанного Ци куска железа.
Гулкий звон, как от удара в колокол. Вспыхнувшее пламя на маслянистой поверхности овеществленной тени Придворного, небольшое пятно в центре детализированной ладони. Маленькая, размером с монету, область, которая вдруг потеряла четкость, расплылась плеснутыми в воду чернилами, чтобы через пару секунд вернуться в нормальное состояние.
"Вот и все. Я сделал все что мог", — Думал попаданец, пока хрустел своей спиной по битому кирпичу и обугленным частям чертодрева. Он не успел заметить повреждений на руке своего врага, но даже так оказался вполне удовлетворен, даже рад. Их самоубийственная атака не прошла даром: следом за отрядом Акургаля в бой пошел Чжэнь Ксин.
Перед подобным демоном вся ватага преступников была меньше кролики перед тигром — тараканы перед тапком, а то и вовсе мошки перед воробьем. И тем не менее, мошки рассеяли достаточно внимания воробья, чтобы ястреб-перепелятник нанес свой удар.
Злобный, скрежещущий звук столкновений меча и плоти. Он отдавался вибрацией в мозге, дребезжал на зубах врачебным сверлом, ввинчивался в голову железными иглами. А верный клинок Императорского Гвардейца сыпался, исходил трещинами, но проникал все глубже и глубже под ключицу монстра. 
Ксин тоже не смог атаковать слабое место твари. Вот только ему это и не требовалось. Дивный меч, истончаясь сам, разрушал псевдоматериальное тело демона буквально на глазах. Прежде, чем Придворный сумел отбросить от себя гвардейца и сократить дистанцию, вся его правая рука, плечо и даже часть грудины исчезла клубами черного дыма вокруг воткнутого в чернильную плоть цзяня.
Тем не менее, даже после получения таких повреждений, демон из Мертвого города не захотел отступить. Он снова рванул к куратору, тот отбил выпад уцелевшей левой руки противника, но в нападение пойти уже не мог: слишком много Ци вложил в последнюю атаку. Странно, однако сам демон почему-то не обратил никакого внимания на лежащих на дороге аристократа и фармацевта, хотя пару раз пролетел в шаге от тихо стонущих тел. Ксин злобно ощерился, но потом моргнул, нахмурился, словно что-то вспомнил, и вдруг… Повернулся спиной к врагу рода человеческого.
 
Полулежащий в куче обломков Стас чуть не заорал в удивлении, но все же сумел себя сдержать. И тут же получил новое потрясение, когда демон не показал ни малейшей попытки агрессии в сторону Ксина, которого до этого атаковал "без сна и отдыха".
— Вставай, мы уходим! — Сквозь зубы бросил куратор десятнику и перевернул тело с живота на спину, — Либо ты поднимаешься, жуто (свиная голова), либо я бросаю тебя прямо здесь. Пойдешь на корм оставшимся хризалидам. Посмотрим, какие из них вылупятся бабочки при таком питании.
После такого доброго и воодушевляющего напутствия встал бы даже мертвый, что уж говорить о полуживом десятнике. Правда, он больше походил на зомби своими хрипами, синяками под глазами, изжелта-бледной восковой рожей и грязью на всех местах сразу. Но ведь встал! И даже начал понемногу поднимать остальных.
— Что случилось с демоном, гунцзы? — Все же задал свой вопрос десятник и тут же скривился от боли в боку.
— Это Защитник Кладки, — Мрачно отозвался Ксин, — В отличие от тех демонов, о нем я слышал. Вернее, о подобных титулах. Такие демоны, как Придворный, всегда имеют при себе какой-либо титул. Чем от значительнее, чем сильнее демон, тем он опаснее и могущественнее. Хрустальный — это пятый по счету ранг практика. Забивать голову не буду, но у нашего коменданта ранг лишь на один выше — Бирюза. А кто-то говорит что и вовсе — Розовый Хрусталь, — Едва слышно пробормотал себе под нос Ксин.
— Так это… Он атаковать пойдет в следующий раз? — Как и ожидалось, Акургаля беспокоили более приземленные вещи.
— Не думаю. Любые духи связаны контрактами и условностями. Придворных обычно так и побеждают всякие слабосилки — узнают их должность, род занятий, а потом пытаются помешать им выполнять работу. Если получается — Придворный… Да и любой другой Мо Гуй (голодный дух) теряет значительную часть своей силы.
— То есть, если бы мы расх… разъе… взорвали к ебе…гм, ко всем святым эти клятые яйца, то и духа бы потом победить смогли? — У десятника самым натуральным образом отпала челюсть. Смотрелось довольно забавно: как будто сельскому попу сказали, что он отправляется поститься в глухой скит.
— Вы — нет, — Едва заметно поджал губы Ксин. И, к большому удивлению Стаса, даже не вставил никаких оскорблений отряда в ничтожности, или никчемности, или в чем-то в этом духе, — Я — да. Поэтому Придворный не пускал отряд обратно — мы бы прошли вплотную к кладке. И поэтому же отпустил — риск в таком сражении шел бы во вред его задаче. А при провале демон бы упал на уровень, примерно чуть выше того хорна-культиватора.
— А тот на каком был? — Спросил десятник.
— На Мраморном и иди работать, смерд! Хватит донимать меня своими куриными вопросами.
Акургаль тут же ретировался, а сам гвардеец направился дальше по дороге, аккурат к Стасу.
— Тебе нужно особое приглашение, Саргон? — Выгнул бровь куратор, когда подошел к его лежке, — Или ты решил снова бросить вызов демону Хрустального ранга? Тогда я возражать не стану.
— А что, вам уже не нужен так-кхе-кхе-кхой полезный я-кха? — С видимым уважением но искрой в глазах спросил его Стас. То приподнятое состояние последнего боя уже прошло, но даже отголоски делали его сильнее, наглее и безразличнее к последствиям, чем обычно.
— Ты забываешься! — Поджал губы куратор, вот только пинать или забивать наглеца ножнами от цзяня отнюдь не стремился, — Впрочем… раз ты такой живучий и энергичный, — Уголок губ слегка изгибается в нехорошей ухмылке, — То ты сам и потащишь найденного нами демона.
— Какого еще… А! — До Стаса как до жирафа — только сейчас дошло, что, вообще-то, они пытались дотащить живого паразита из кокона. Правда, тащил его Ма. Но тот сейчас даже свою тщедушную тушу никуда бы дотащить не смог. Что уж тут говорить про еще одно тело.