Драго Том 1 (СИ)

Сейчас Василий одной рукой небрежно держался за необъемную, втянутую в золотые лосины, ягодицу своей подруги — знойной девушки, которая его пленила своим видом еще при встрече с бваной Ибову. Второй рукой Вася жестикулировал — втолковывая что-то сразу трем внимательно слушающим его «уважаемым людям» района, которые смотрели ему буквально в рот.
— Вася, — отвлек я его.
— А?! Оу, босс! — обернулся он, тут же небрежным жестом для своей мадам и слушателям показывая подождать.
«М-мать!» — в этот момент заорал мой внутренний голос, только благодаря выкрику которого я сейчас не вздрогнул.
— Доброе утро, босс! — приветствовал меня Василий, подходя. Быстро, но деловито и без ненужной суеты — провожаемый уважительными взглядами в спину от уважаемых людей.
— Василий, — устало вздохнул я.
— Босс?.. — напрягся Василий.
— Вася, уже день, — вздохнул я обреченно.
Ну вот что ему еще сказать? В принципе, я сам виноват — ведь лично дал ему задание вливаться в жизнь улицы, и стать полноценной десницей хозяина Полигона. Вот Вася и вливался — как умел. Внешне в том числе.
— А, день, — пожал плечами Вася, и улыбнулся: — Добрый день, босс!
Улыбнулся он широко и чернозубо: у него ведь еще со времен Архангельска была сточена зубная эмаль, а зубы выкрашены в черный цвет. Теперь это было заметно гораздо более контрастно — потому что на лбу, скулах и глазных впадинах кожа стала белоснежной — забитая татуировкой так, что на лице Васи теперь отображались контуры черепа. Причем специфического, угловатого черепа — так что рисунок был сильно похож на эмблему карателя из моего мира.
— Сам придумал? — дежурно спросил я. И коснулся пальцем его скулы, рассматривая необычную татуировку на лице.
— Да, — кивнул Вася.
Соврал, кстати. Потому что похожий череп я как-то на общем совещании рисовал еще в усадьбе Делашапель — предлагая как одну из возможных эмблем подразделений отправляющегося в Африку отряда.
— Я даже как-то боссу этот рисунок показывал, — гордо сообщил мне Вася.
Вот эту его фразу я вообще не понял.
— …предложил ему сделать как эмблему отряда, но он отказался. Босс сказал, что пусть это будет моей личной эмблемой, инсигнией моего личного отряда Ваканду́, когда я его соберу.
Шестеренки в моей голове заскрипели, но потом я вдруг озарением понял — Вася сейчас нагло мне врет о том, что я якобы сам ему сказал, будучи Артуром Волковым. Про Ваканду действительно было — из разряда тех шуток, где я сам с собой в этом мире шучу, и сам с собой в одиночестве смеюсь. Но вот насчет эмблем карателя Василий сейчас нагло… так скажем, привирал.
— Я с боссом, вообще на короткой ноге, — вдруг ткнув пальцем в небо, доверительно сообщил мне Василий, намекая на «того» босса. И продолжил доверительным тоном: — Он ведь мой бро, сколько раз я его задницу спасал, не сосчитать.
Отвага и слабоумие — только и покачал я головой: Вася ведь до сих пор единственный из всех из моего близкого круга, кто не догадывается о том, что Артур Волков и Драго Младич — одно лицо.
Впрочем, от осознания приукрашиваемой Василием действительности сильно не расстроился — он в некоторых вопросах до сих пор как ребенок. Чем б дитя не тешилось, лишь бы головы никому зря не отрывало.
Так, ладно, к делу.
— Посмотри вон туда, — показал я Васе на стайки детей и подростков, которые не расходились после того, как пробежались сюда за машиной такси.
— Видишь?
— Вижу.
— Мне нужно приставить их всех к делу. Через Гека или дядюшку Абрама закупи, или достань очки, линзы, что хочешь — главное, чтобы это были девайсы с возможностью видеозаписи и регистрации времени и локации на серверах RODZ. Мне нужно, чтобы вся эта братия не бесцельно по району слонялась, а стала нашими глазами. Мне нужно, в идеале, протоколировать каждый факт сброса мусора, нужны номера машин, которые сюда катаются нелегально, нужны время и локация сбросов.
— Понял, босс.
— Не совсем. Я еще не закончил.
— Босс, это все доступно даже для…
— Вася.
— Босс?
— Мусор здесь — нелегальный, это большие деньги. А где нелегальная деятельность и большие деньги, там большой интерес больших людей. Поэтому информацию нужно собирать очень аккуратно — потому что это, в перспективе, рычаг влияния. Есть институт репутации, трещина в котором иногда в денежном эквиваленте неоценима. Вася! — окликнул я, и похлопал в ладоши.
 
— Босс?
— Слушай, и запоминай. Завтра спрошу, как понял.
— I'm on fire, boss! — моментально напрягся Василий, приготовившись внимательно слушать.
— Простой пример: есть корпорация, есть корпоративная политика — лицо организации. И есть, допустим, корпорат на средней управленческой должности, который решил делать себе гешефт, вывозя нелегально мусор, а разницу класть премией за экономию себе в карман. Все же так делают на острове, правильно, никого еще не ловили? Но. Если нелегальный вывоз мусора вскроется, репутация пострадает у всей корпорации — главное правильно подать информацию. Хоть руки ноги управленцу с липкими руками оторви, хоть казни его изощренно и прилюдно, брызнувшие на лицо пятна испорченной репутации так просто корпорация не смоет. Особенно если умело брызгать — если это делает одноранговый конкурент или политик перед выборами. Так что, если есть покупатель или интересант, подобная информация может быть рычагом воздействия как на отдельного корпората, который тихо-мирно делает свой гешефт, либо на филиал корпорации здесь, либо же это большие деньги или оказанная услуга конкурентам корпорации. Следишь за мыслью?
— Так точно, босс. Я не идиот, босс.
— Отлично, рад за тебя. Что? — отреагировал я на его взгляд.
— Что такое гешефт?
— Крайне выгодная для одного из участников торговая сделка. Не всегда… скажем так, отвечающая нормам морали.
— Ясно, босс.
— Повтори, что я тебе только что рассказал по первому варианту.
Вася, надо отдать ему должное, повторил — причем понимая суть, а не просто запомнив.
— Красавчик. Итак, второй вариант, с которым мы можем столкнуться — нелегальный вывоз мусора согласован руководством филиала корпорации. Это еще хуже в плане репутации, опять же если знать как разыгрывать эту карту… потому что если не знать, эту карту с большой долей вероятности могут вбить в горло вместе с зубами. Это понятно?
— Да, босс.
— Так что действовать нужно предельно осторожно. Если кто-то узнает, что мы собираем статистику нелегального вывоза мусора, нас могут попробовать наказать.
— Понял, босс, — кивнул Василий, который становился все более серьезным по мере того, как я говорил.
— Так что каждого скаута, которого отправляешь на охоту за информацией, инструктируй самолично об осторожности, и о возможных путях отхода с позиции. И за каждого скаута отвечаешь. Если кого пристрелят, задавят или закопают в мусоре… а если ты недоработаешь с инструктажем и контролем кого-либо обязательно пристрелят, задавят или закопают в мусоре, то родителям погибшего пойдешь рассказывать о случившемся сам, и похороны будешь самолично организовывать. Ясно?
— Так точно, босс.
— Все, работай, я на тебя надеюсь.
Похлопав ставшего крайне серьезного Василия по плечу, я направился в дом. Дел было много, но особняком стояло одно. Вернее, сидело. За столом.
— Привет, — сказал я, обращаясь к хмурому ирландцу.
В ответ на мое приветствие Патрик только желваками поиграл, уставившись в одну, только ему видимую точку на столешнице. Или же просто выключив лишние мысли, уйдя в себя.
Помолчали несколько секунд, и я только сейчас заметил, что ирландец чуть покачивается. Как будто максимально сосредоточенный боец на ринге перед самым началом поединка. По идее, транс ему не был нужен — он уже прокапался два дня, и должен был сегодня максимально прийти в себя — вернув здоровый дух в тело.
 
Коротко я глянул на Войцеха — тот только глаза коротко прикрыл — мол все контролирую. За моей спиной привычно встал Чумба, так что я немного расслабился и присел напротив Патрика. Который в своей сосредоточенности сейчас казался… опасным, да.