Драго Том 1 (СИ)

— … и когда я сошел на берег, здесь, в этом самом доме, обнаружил твоих датчанина, мутанта и мужина.
Не сразу я понял, что мужином, murzyn — чернокожим по-польски, Войцех назвал Василия. Помогла память Олега, оперативно подкинувшая воспоминание.
— Нам потребовалось совсем немного времени, чтобы найти общий язык. Тем более что датчанин меня узнал и подумал, что я здесь нахожусь по твоей воле. Он рассказал, что они все вместе прибыли сюда для того, чтобы первично осмотреться и найти пути для того, чтобы иметь возможность подняться в иерархии нижнего города. Причем сказал он это слово в слово с тем, как озвучивал эту задачу Мустафа. Я же… с некоторых пор не очень верю в совпадения, а верю в предназначение. Так что, услышав от датчанина их цель появления здесь, понял — моя служба панне еще не кончилась.
Я только покивал, прекрасно понимая, что-то самое предназначение, в которое верит Войцех, имеет конкретное имя. И звучит оно так: Астерот, Князь Тьмы.
— Насчет оружия, — продолжил между тем Войцех. — Гек сказал, что получил от тебя задание осмотреться, не упуская возможностей. Ну… я и осмотрелся. Немного помог с деликатным вопросом начальнику тринадцатого полицейского участка, эта земля в зоне его ответственности, после этого он стал мне доверять.
— Патрульный с номером тридцать один семнадцать, — вдруг догадался я.
— Что патрульный с номером тридцать один семнадцать?
— В аэропорту у меня возникло небольшое недопонимание, и я уже смирился с перспективой отъехать в кутузку. Но появился Василий, и тридцать один семнадцать, когда увидел эмблему на спине его куртки, развивать тему недоразумения не стал, и они с напарником просто ушли. Он, получается, в курсе твоей деликатной помощи?
— Нет, — улыбнулся Войцех. — Это Януш Новицкий, мы с ним в Легионе Колониальной лиги в Бенгази пересекались, он просто меня знает.
— С начальником тринадцатого участка тоже до этого пересекался?
— О да, — снова усмехнулся Войцех. — Его зовут Вальдуш Дрозд, мы в одной школе учились.
— Дружили?
— Нет, наоборот. Я ему однажды нос из-за одноклассницы сломал. Поэтому он меня и вспомнил сразу, когда я к нему в гости пришел, — усмехнулся Войцех.
«Мафия. Польская мафия», — подсказал мне внутренний голос.
— Ясно. Так что с оружием, откуда дровишки?
— Оружие — это в некотором роде аванс. Изначально Вальдуш попросил меня решить вопрос с его любовницей. Девочка до некоторого времени работала в городской администрации, но немного переоценила собственную значимость. Выехала в большой город и под камерами попалась за рулем в состоянии наркотического опьянения. После сразу потеряла должность и решила немного Вальдуша пошантажировать, чтобы он помог ей восстановиться. Вопрос я решил, легко и быстро, и тут же от Вальдуша… как бы тебе сказать… — вздохнул Войцех, не найдя сразу нужных слов. — Скажем так, он меня ни о чем не просил. Даже не думал. Просто рассказал грустную историю, и мне, вернее уже нам, сейчас нужно решить, проникнемся ли мы, и будем ли пытаться хоть как-то помочь мирозданию восстановить справедливость.
— Что за история?
Войцех повернулся к проекции с картой района, и быстро уменьшил масштаб, так что перед глазами вновь появился весь остров. После следующего его жеста часть видимых районов окрасилась в синий цвет. Еще одно движение рукой, и на карте появилось несколько красных пятен — в основном на побережье. Также в красный окрасились некоторые башни на благополучном юге острова.
— Зоны ответственности, — пояснил Войцех. — На всем острове охрану правопорядка осуществляет Полиция Занзибара. К ней относится и муниципальная гвардия, ты с ними получается уже виделся в аэропорту.
— Да, — кивнул я, осматривая синие участки, на которые показал Войцех.
— Но. Зазу — отдельный автономный дистрикт, при этом находящийся в составе протектората. И после того, как дистрикт стал автономным, Федеральная Полиция Танганьики, которая по полномочиям выше местной Полиции Занзибара, здесь больше не работает. И теперь на федеральном уровне здесь действует частная полиция корпоратов, которую наделили многими функциями, — показал Войцех на красные участки зоны ответственности. — Эти районы теперь контролируют Томми, или парни из Тип-Топ, как их называют.
 
— Эм… — вообще не понял я неожиданного захода с названиями.
— Тип-Топ, — посмотрел на меня Войцех. — Транспортная полиция протектората Танганьика. TPTP.
— Тип-Топ, понятно. А почему Томми?
— Томми-Ган, — пояснил Войцех. — Корпораты уже давно создали свою транспортную полицию в Танганьике, и контролируют все грузопассажирские перевозки в регионе, да и на всем Юге и Востоке Африки. Но из-за того, что федералы — после того как Занзибар стал отдельным протекторатом, отсюда ушли, Томми заполучили здесь, на острове, часть их функций и привилегий. В том числе — право на ношение тяжелого оружия. Томми здесь, пока, гораздо меньше, но вооружены, а также экипированы они намного лучше Полиции Занзибара, не говоря уже о муниципалах из городской стражи, которым ничего кроме двадцать вторых Глоков не положено. Кроме того, уже почти все высшее руководство муниципалов на серой зарплате у корпоратов. Так что местная стража у ребят из Томми теперь, можно сказать, начала смачно отсасывать с заглотом, причем по всем параметрам.
— Грубовато.
— Зато полностью отражает картину, — усмехнулся Войцех. — Так вот, с чего все началось. Томми в последнее время очень активно теснят муниципалов и погребают под себя многие прибыльные сферы деятельности на острове. В том числе охрану частных кварталов.
Частные кварталы. Приватные зоны. Элитные районы, где отсутствуют системы слежения и видеонаблюдения, гарантируя обитателям конфиденциальность частной жизни. Действительно, охрана подобных районов — весомая статья доходов любого полицейского департамента в любом городе любого протектората.
Забрать охрану частных кварталов — это не просто серьезный, это сокрушительный удар по самом главному, что есть у любой полиции. По бюджету. Это на самом деле реально больно, так что с грубоватым эпитетом Войцеха я теперь был полностью согласен.
Мой бывший опекун между тем вновь изменил масштаб карты, и сейчас я видел западное, благополучное побережье. На котором, рядом с маринами, расположились районы особняков. Окрашенные сейчас синим цветом, но в красной рамке. И это несоответствие Войцех быстро пояснил:
— Округ и яхт-клуб «Янтарь» в ближайшее время по договору города и протектората должны перейти в ведении Томми. Но пока еще безопасность в районе обеспечивают муниципалы. Вот этот дом, — увеличил Войцех масштаб так, что на экране остался лишь один богатый особняк, — через подставных лиц принадлежит Ричарду Уильямсу, главе филиала «Занзибар» в корпорации Некромикон. Он здесь, так скажем, развлекался в обход жены.
Ричард Уильямс, глава филиала Занзибар — сразу понял и вспомнил я о ком идет речь. Он, во время нашего «совещания» в башне Некромикона в Хургаде, умер одним из последних — после того, как мы с Рыбкой достигли джентльменского соглашения, и она пробила Уильямсу голову молотком.
— Не знаю, кому в голову из Томми пришла замечательная идея, но перед передачей территории они решили пошакалить в особняке Уильямса, — выражением и интонацией выразил все, что думает о подобной затее Войцех.
— Пошакалить?
— Трое корпоратов пытались несанкционированно проникнуть внутрь.
— Да нормальная идея, — покачал я головой. — Учитывая то, что Уильямс уже два месяца как мертв. Если бы у них получилось не спалиться, все было бы замечательно.
 
— Уильямс мертв?
— Да, я лично присутствовал в момент, когда он откланялся. И то, что территория под контролем муниципальной гвардии, тоже укладывается в картину отличного плана — корпораты вскоре примут функции охраны, начнут проверки охранных систем, и засвидетельствуют проникновение в особняк. Обнесут все желтой лентой и вынесут под это дело оттуда все, что нужно, перебрав дом уже по дощечке. Обнесли бы и вынесли бы, вернее.