Двуликие. Клетка для наследника (СИ)

— Просто реши, чего ты хочешь больше — знать правду или избавиться от снов навсегда. Однако помни, что правда не всегда бывает приятной.
Магистр выпрямилась и сказала, но на этот раз уже громче, на всю аудиторию:
— Продолжайте, Шайна, у вас отлично получается. — И ушла, оставив меня в полнейшей растерянности.
  
29
 
После завершения практикума по прикладной магии как-то вдруг оказалось, что нам уже кучу всего назадавали. И письменных работ, и изучения дополнительных материалов, и тренировки разных заклинаний. Пора было начинать делать хоть что-то, но мы малодушно откладывали всё на выходные — завтра ведь пятница. Конец первой недели учёбы. Хотя неделя получилась неполной, всего-то три дня. Но всё равно, как сказала Мирра, «есть повод выпить».
После ужина Дин ненадолго заглянула в нашу комнату, нацепила на шею какой-то платок — на улице был ветер — и убежала на свидание с Эваном. Перед этим я успела тихо спросить подругу, понравился ли он ей, и та кивнула, сказав, что парень вполне искренний и приятный, так что она попробует наладить отношения.
— Вдруг что и получится, — улыбнулась мне Дин тогда, и я подумала — хорошо, что всего этого не слышит Мирра.
Мирре я теперь здорово симпатизировала. Приятно знать, что ты тут не единственный человек со странностями.
И когда Рональдин убежала на свою свиданку, я спросила, покосившись на рыжую:
— Ну, и что ты будешь делать?
Мирра сморгнула явную досаду из взгляда, вздохнула, помялась, а потом выдавила из себя:
— В каком смысле?
— В прямом. Ты так и будешь смотреть, как она бегает на свидания? И всё?
— А что я могу? — сказала она вдруг зло и как-то совсем не по-женски жёстко. — Ухаживать? Цветочки дарить? Я же… — Мирра запнулась. — Девочка.
Я смотрела на неё несколько секунд, силясь понять, что мне кажется неправильным в этой фразе. Так и не смогла.
— А почему ты спрашиваешь? Я думала, ты со мной жить не захочешь, когда поймёшь…
— Сдурела? — взвилась я. — Я в борделе обитала полжизни, ты меня чем удивить хочешь? Подумаешь, девочки ей нравятся! Тоже мне, трагедия! Может, Дин тоже нравятся, но она об этом пока не знает.
Мирра чуть улыбнулась и покачала головой.
— Нет, Дин не могут нравиться девочки. Она оборотень. У них с этим всё однозначно.
— А вдруг она исключение?
Я и сама не понимала до конца, зачем говорю рыжей всё это. Просто в глазах Мирры, когда она смотрела на Рональдин, я видела обречённость. Страсть, да, но и обречённость.
Пусть лучше попытается и получит от Дин по шапке. Ведь Мирра явно относится к тому типу людей, которым вредно унывать.
— Попробуй. Пока не попробуешь — не узнаешь.
Она вновь вздохнула.
— Эмирин меня в порошок сотрёт.
— Да ладно. Она мудрая женщина. Ты же не собираешься никого насиловать. Просто… э-э-э… ну представь, что ты мальчик, что ли.
Мирра вздрогнула, потом фыркнула и расхохоталась так, что стёкла в окнах задрожали.
— Чего ты ржёшь-то? Ты иногда и правда поведением на мальчика смахиваешь, так что, думаю, это тебе особого труда не составит.
Рыжая в последний раз всхлипнула, стирая слёзы смеха с глаз.
— Да это я так…
— О своём, о девичьем? — вспомнила я вдруг одну из присказок матушки Розы.
Она улыбнулась.
— Можно и так сказать.
Пятницы я боялась. Даже несмотря на то, что девочки решили вечером наведаться в город и отметить нашу первую учебную неделю — кстати, с нами, к моему полнейшему неудовольствию, напросилась ещё Данита — так вот, несмотря на это, я не очень хотела, чтобы этот день наступал.
 
Причина была, конечно, не в планируемой попойке. С трёх до половины шестого меня ждали неведомые «индивидуальные занятия с куратором». Они были у всех студентов, но иногда, как объяснила Дин, не каждую неделю, и не в те дни, что указаны в расписании.
— Вы с куратором можете хоть по выходным встречаться, хоть раз в месяц в шесть утра понедельника, — просветила нас она. — Как договоритесь. Некоторые кураторы совмещают занятия со своими подопечными, другие — нет. Кстати, думаю, ты у магистра Дарха вообще единственный студент на кураторстве.
— Ещё бы, — проворчала я, — с его-то характером.
М-да уж, теперь понятно, в кого я этот самый характер унаследовала.
— Да нет, — засмеялась Дин, а потом понизила голос: — На самом деле там всё гораздо прозаичнее, но и драматичнее. Он никогда не любил кураторство, а после того, как в него одна молоденькая студентка влюбилась и стала за ним ходить как приклеенная, совсем отказался от этого.
— И что случилось с этой студенткой? — с подозрением спросила я, и Дин вновь рассмеялась.
— Ничего особенного, я полагаю, сейчас она уже замужем. Давно дело было, до проклятия. Я её помню немного, Дрейк эту девицу на практику в Арронтар привозил. И она его страшно к маме ревновала, хотя у них тогда и не было ничего. Даже пыталась маме как-то напакостить… Не помню, как, но Дрейк на неё потом так орал — вот это помню. И от кураторства отказался.
— А что же меня-то взял?
— Потому что ты — маг Крови. Кроме него тебя мог взять ещё только один преподаватель, но ты сама слышала — ректор не берёт личных учеников.
А жаль. С ней, как мне казалось, договориться гораздо проще…
В общем, шла я на эти индивидуальные занятия, как на казнь. Во всём чёрном, голодная — на обеде кусок в горло не полез — и с гордо поднятой головой. Только музыки не хватало.
И старалась, изо всех сил старалась не думать о том, кем мне приходится этот эльф. И как я перед ним виновата.
Магистр Дарх ждал меня в аудитории под номером 405, на четвёртом этаже основного корпуса. Комната была маленькой, даже, я бы сказала, слишком маленькой. И только после того, как я с удобством расположилась в мягком кресле перед небольшим столиком, вдруг осознала, что это никакая не аудитория, а видимо, его кабинет.
Кроме двух кресел и столика здесь ещё были камин, книжный шкаф и два стола, заваленных книгами и бумагами. Интересно, зачем ему два стола? А-а-а, вижу. Один совсем захламлён, а на втором есть место для того, чтобы что-нибудь написать — маленький пятачок посреди стола расчищен.
Я еле удержалась от того, чтобы не фыркнуть. А потом почувствовала дикую досаду, вспомнив и почти услышав строгий голос мамы:
— Шани, письменные столы существуют не для того, чтобы их заваливать. И помни: дом, а в данном случае дом — это твоя комната — следует содержать в порядке, дабы тебе было не стыдно приводить в него гостей.
Магистру, видимо, стыдно не было. А может, он просто не встречался с моей мамой.
— Что ж, начнём, — я чуть не подпрыгнула в кресле, так крепко задумалась. — Но прежде я хочу прояснить одно недоразумение. Насчёт вашего вступительного экзамена.
Я напряглась, а эльф вдруг усмехнулся.
— Профессор Аррано была весьма категорична в своём желании, чтобы я объяснил случившееся и извинился перед вами, Шайна. Дело в том, что вы — человек, а маги Крови среди людей встречаются даже реже, чем среди светлых эльфов. Последний маг Крови и человек, учившийся в академии, скажем так, плохо кончил. И я был одним из его преподавателей. С тех пор я испытываю некоторую неприязнь… Но можете не переживать, на наши с вами занятия это не повлияет. И прошу меня простить за вступительный экзамен.
 
Магистр смотрел на меня вопросительно, будто бы чего-то ожидая, но говорить я была не способна, поэтому просто кивнула.
Может быть, он говорит про Триш? Была ли она магом Крови? Я не знаю. Я знаю только то, что она была сильным магом, но каким именно?
— Однако во время вашего вступительного экзамена я понял, что вы уже и сами неплохо разбираетесь в травах, поэтому я думаю, что мои коллеги справятся с вашим обучением по предмету «целительство». Я хочу предложить вам другую тему для изучения и, соответственно, для курсового проекта. — Он откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. — Что вы знаете о темноэльфийских проклятиях?