Лепила (СИ)

Солнце только коснулось горизонта, когда я, совершенно вымотавшись, я буквально уполз в предоставленный мне шатер, разделся и рухнул на ложе и провалился в сон. Сильно за полночь палец обжог разряд из перстня, я проснулся, но, не видя опасности, решил не двигаться. С тихим шорохом полог шатра раздвинулся, закутанная в темные одежды фигура скользнула внутрь. Заготовив плетения щита и воздушного кулака, но пока не наполняя их силой, я сквозь полусомкнутые веки наблюдал за фигурой. Она явно сначала потеряла ориентацию в темноте шатра, снаружи было заметно светлее от звезд на ночном небе, но вскоре сориентировалась и пошла в мою сторону. Магии в ней не чувствовалось, поэтому я чуть расслабился. Фигура подошла к моему ложу, движением одной руки скинула одежду, движением другой руки сбросила с головы платок, прикрывавший также лицо. Передо мной стояла юная орчанка, ее стройная фигура вызвала бы жгучую зависть у любых земных фотомоделей. Длинные ноги, умеренно широкие бедра, осиная талия, высокая грудь идеальной формы, над этим всем лицо, которому позавидовала бы Нефертити. Кошачьим движением орчанка скользнула под мое одеяло. Я развеял заготовленные плетения, убивать меня тут точно не собирались. Остальная ночь была интересной. Такого накала страсти я давно не испытывал. Выспаться не удалось, зато с утра было отличное настроение. Более того, запас магической энергии полностью восстановился.
Вождь шел на поправку, вовсю ходил по шатру и разминал затекшие от почти двухдневного лежания мышцы. На предложение убрать шрамы, оставшиеся от когтей ягуара, он ответил резким отказом, выдав банальность, что шрамы мужчину украшают. Окончательно убедившись, что его здоровью больше ничто не угрожает, я объявил, что мы вскоре возвращаемся обратно в ПВД, если гостеприимные хозяева нас отпускают. Гостеприимные хозяева готовы были отпустить нас не раньше завтрашнего дня, ибо вечером всех ждал пир.
Пир, как много в этом звуке… Орки вытащили на площадь (если так можно именовать пространство перед шатрами вождя и шамана) служившие здесь столами высокие топчаны, разложили подушки, мы на них расселись, и пир начался. Площади явно не хватило для всего племени, поэтому топчаны расставили также и по «улицам» проходов между шатрами, расходившихся от площади радиально. За столом с вождем сидели также шаман, Далер и я. Часть солдат рассадили за соседними столами. Еда была обалденно вкусной, никогда ничего подобного не пробовал, напитки были безалкогольные и слабоалкогольные, что-то вроде пива. Тут шаблон восприятия снова сломался. Из-за темного цвета кожи я до сих пор воспринимал орков примерно, как негров в Африке, но сейчас окончательно понял, что ничего общего с той, оставшейся в прошлом, ленивой публикой у орков нет. Да, темнокожие, но лица скорее европеоидные, разве что клыки более развитые, но, если не приглядываться, этого не заметишь. Кухня у них тоже другая, да и шаманы никак не мошенники, в отличие от своих африканских коллег. А уж женщины… я сужу, конечно, только по одной, но…
На пиру звучали здравицы как в честь гостей, так и в честь хозяев. Далер преподнес вождю в подарок рогатину великолепной работы на двухметровом древке, такую не стыдно взять в руки и королю. Молодец, лейтенант, догадался сделать правильный и уместный подарок. Вождь тоже отдарился, нам вручили по шкатулке с чем-то ценным. Затем шаманы пустили по кругу свой вариант «трубки мира». В воздухе отчетливо завоняло жженой веревкой. Нагнувшись к вождю, я посоветовал ему воздержаться сейчас от курения, тот лишь кивнул в ответ. Вождь передал трубку мне, я ее передал дальше Далеру, тот затянулся, чуть закашлялся, и его проняло. Глазки заблестели, на губах начала блуждать улыбка, трубка же пошла дальше. Далер усугубил затяжку изрядным глотком пива, тут ему совсем похорошело. Тем временем, часть столов-топчанов утащили в сторону, на площади освободился пятачок метров пятнадцать в диаметре. Откуда-то возникли музыканты, полилась музыка, африканскую и близко ничем не напоминавшая. В кругу начались танцы, в какой-то момент чьи-то руки выдернули меня из-за стола и потащили в круг. Вытащила меня высокая девушка, голова и лицо ее были закрыты белым платком, но глаза я узнал, именно она приходила прошлой ночью. Вечер пролетел быстро, мы танцевали, ели, пили, снова танцевали. Племя искренне радовалось спасению вождя, без которого оно вполне могло бы прекратить существование. В какой-то момент я увидел Далера, уходящего куда-то в обнимку с двумя девицами, остальные солдаты тоже не остались обделены женским вниманием. Только я один, похоже, был без пары, моя спутница упорхнула куда-то чуть раньше. Придя в шатер, я понял, куда она упорхнула. Эта ночь тоже обещала быть интересной. Впрочем, сколько я без женского общества обходился, месяца четыре? Это вообще нормально в моем возрасте?
 
Утром я еще раз осмотрел вождя, снял с руки уже не нужную гипсовую повязку, тепло распрощался с ним, еще раз услышав про «мой дом — твой дом», тем временем Далер уже построил свое воинство. И он сам, и его солдаты сильно напоминали объевшихся сметаной котов, судя же по лицам прибежавших провожать нас женщин, ночью все остались довольны. Единственно, я никак не мог найти в этой толпе свою ночную гостью. Не торопясь наш отряд проехал до границы селения, там мы с Далером спешились, чтобы попрощаться с шаманом и провожавшими нас телохранителями вождя. Шаман сунул мне в руку обмотанный веревкой кусок кости:
— Возьми этот переговорный амулет, Майк. Знай, ты всегда желанный гость на землях племени Нгамото. Не стесняйся вызывать меня, даже если повод будет самый незначительный. И знай, если позволят духи, твой сын станет вождем нашего племени.
— Сын? О чем ты? — слова шамана ввели меня в ступор.
— Вторая дочь вождя родит от тебя сына в положенный срок, у вас все получилось, — хитро ухмыльнулся шаман, в глазах его читалось «дело молодое, так и надо», — тебе сложно понять наши обычаи, человек из другого мира, все случилось, как должно. Счастливой дороги!
Мне оставалось только кивнуть, пробормотать что-то приличествующее моменту, вскочить в седло, да двинуться вместе с отрядом обратно к пункту нашей временной дислокации. Когда мы отъехали где-то на полмили, я сообразил, что шаман назвал меня «человек из другого мира», что он имел в виду? Что белые не принадлежат этому континенту, или что меня сюда принесло с Земли?
Сейчас мы никуда не торопились, поэтому дорога до лагеря заняла почти вдвое больше времени, чем мы добирались до племени, в лагерь мы прибыли уже после обеда. Доложив о результатах майору, разве что, умолчав о ночной гостье, спросил его о планах по поводу операции. Он решил не тянуть кота за хвост и все сделать как можно быстрее. Вернувшись в санчасть, я отдал распоряжение готовить операционную, сам же пошел переодеться и смыть дорожную пыль. Когда через час прибыл майор, все было уже готово.
Операция была достаточно рутинная. Иссекаем рубец, соединяем мышцу и сращиваем. Удаляем хондрозные отложения, восстанавливаем кости, ставим временный силовой каркас, чтобы пару дней держал позвонки в нужном положении, шьем кожу, всё. За час управились. Еще один довольный пациент покинул операционную. На всякий случай, майора я на сутки оставил в палате, мало ли что.
Еще пара дней продолжалась в привычном темпе. Завтрак, пациенты, обед, пациенты, ужин, беседы о мироустройстве, спать. На третий день пришло известие, что рота, которая должна сменить роту капитана Берга, уже выступила в нашу сторону, по прибытии мы должны передать им дела и отбыть по ротации в Лундию. Майор спросил, не надумал ли я тут остаться, на что я ответил, что не надумал. Буду лучше держаться Далера, Мило и остальных. Услышав о грядущей ротации, ко мне валом повалили те, кто до сих пор не решался обратиться. Как говорится, хватай мешки, вокзал отходит, потом поздно будет.
 
Сменяющая нас усиленная рота прибыла через шесть дней через пару часов после обеда. Три взвода, плюс санчасть, два здоровенных фургона с имуществом, всего под две сотни человек. В лагере сразу закипела бурная с виду хаотичная деятельность. Фургоны разгружались, временные палатки разбивались, солдаты размещались, в общем, обычный в таких случаях бардак. В моей санчасти тоже закипела бурная деятельность, надо было знакомиться с прибывшими сменщиками, проводить инвентаризацию остающихся запасов, объяснять, что и как у нас устроено и почему. Вроде, и хозяйство у нас небольшое, а провозились аж до отбоя. Прибывшие медики оказались толковыми специалистами, насколько это возможно при местном уровне знаний. Следующие несколько дней были посвящены передаче материальной части, включая сделанные мной амулеты и приборы, организационным моментам и, разумеется, работе с пациентами. Наконец, настал день, когда рота капитана Берга построилась в походном порядке и вышла за ворота лагеря. Предыдущим вечером мы неплохо наотмечались с остающимися офицерами, самодельный аспирин с утра помог, но не всем. Лейтенант Ларен настолько опасно раскачивался в седле, что я его «по медицинским» показаниям пересадил в один из фургонов, возвращавшихся с нами. А потом следом за ним отправил и самого капитана Берга, пусть там отсыпаются и не подрывают боевой дух роты своим откровенно похмельным видом. Мы с Мило были единственными офицерами, не выглядевшими помято и не совсем трезво.