Пробуждение (СИ)

*
С Мариной мы договорились встретиться на послеобеденное время. Дедушки ждали меня на десять утра. А так как подселяться я ни к кому не хотела, то временно оккупировала самый дешевый номер в гостинице. Все равно ночевать здесь не буду. Зато есть независимое место дислокации, где можно привести себя в порядок и заодно красиво упаковать подарки.
Поделав все свои дела, я на всякий случай помедитировала, чтобы успокоиться, и глубоко вздохнула.
Ну что? Погнали?
***
Сон Ен крепко обняла внучку.
За прошедшие три луны девочка немного подросла и заметно загорела. Что важнее, выглядела намного здоровее, чем во время их расставания.
Алессандр тоже не удержался от теплых объятий, не в силах нарадоваться встрече.
Зато атмосферу немного омрачало настроение самой Шуры. Невольно возникало чувство, что заехала по делам, а не к родным бабушке и дедушке.
— Привезла вам гостинцы, — она приподняла два огромных пакета. — Куда положить?
— Да зачем? Не стоило, — встрепенулась хозяйка.
То, что внучка привезет подарки, она ожидала. С пустыми руками девушка ни разу не заходила, приученная вежливостью родителей. Но, что притащит столько всего, совсем не предполагала.
— Давай помогу, — Александр поспешил забрать у гостьи поклажу, и невольно крякнул, не рассчитав вес. — И ты это сама тащила?
На что Шура молча пожала плечами.
Бабушка пригласила ее на кухню с накрытым столом.
— Ты, наверное, еще не кушала. Когда же тут успеешь, когда только приехала?
— Спасибо, — девочка присела вместе со всеми.
Позавтракала она рано утром и к данному часу успела проголодаться, но не хотела набивать желудок, так как впереди предстояла куда более долгожданная встреча с Мариной и наверняка еще одна пирушка. Так что ограничилась лишь небольшой порцией. Благо ни бабушка, ни дедушка не имели навязчивой идеи накормить внучку до отвала.
— Как-то ты совсем мало кушаешь, — заметила Сон Ен. — Может, тебе еще что-то положить? Мяса?
Раньше не имели.
— Все в порядке. Я не голодна, — соврала Шура. Чтобы перевести фокус с еды на что-то другое она поинтересовалась: — Как у вас дела?
— Хорошо, — улыбнулась бабушка.
— Неплохо, — в унисон с ней ответил Алессандр.
Что могло означать нечто среднее.
Прежде чем внучку успели засыпать вопросами, она заняла доминирующую позицию в беседе:
— Вы говорили, что у вас не было эвакуации. И что же, с тех пор ничего не изменилось? О чем вообще думает региональный совет? Хоть бы учения проводили.
— В школе и детском саду были учения, — возразил дед. — Тут у большинства есть погреба, чтобы спрятаться.
— Да, эти погреба равносильны готовым могилам. По ним даже ходить нельзя, чтобы не обвалились.
— Почему нельзя? — удивился он.
— Рилла рассказывала, как ее родители в детстве наказывали за то, что со старшими по горке погребной бегала. Анж тоже запрещали. У нас во дворе она пеплом была посыпана, чтобы трава и деревья не росли. Вот я и подумала, что правда ненадежная конструкция.
— Наверное, их рукожопы строили. Нормальное подземное хранилище имеет крепкую крышу. Или просто дряхлые у всех. От времени на ладан дышат.
— Скорее всего второе, — добавила бабушка. — Тут большинству домов больше полувека. Мало кто перестраивается. Новых поселенцев тоже не много, большинство едут жить в город, а не села.
Шура мысленно вздохнула, отмечая что хозяева немного отвлеклись от задавания неудобных вопросов.
Но не тут-то было.
— Что у тебя случилось? — спросила Сон Ен.
— Ничего нового. Ездили с братом на море. Только вернулись. Вот, — пожала она плечами, знатно преуменьшая с "летели почти сутки" на "ездили" и с "океана" на "море".
С другой стороны, если бы девочка сказала "вырвались на денек на залив", то не соврала бы. Ведь, пока они с братом были на Астее, в реальном мире прошли всего сутки. И все равно, что Ястанийский залив находился не то что в иной галактике, а в другой физической вселенной.
— Что-то ты сидишь, как в воду опущенная, — заметил Алессандр.
 
— Точно что-то случилось, — добавила хозяйка.
— Все хорошо.
— Не вижу улыбки, — пошутил дед.
На что Шура растянула губы от уха до уха. Выглядело это не очень натурально.
Сон Ен и Алессандр полагали, что отношение внучки после совместного отпуска осталось прежним. В переписке она никак не давала знать, что затаила обиду. Теперь они не были так уверены.
— Солнышко, если что-то случилось, ты можешь рассказать, — аккуратно попросила бабушка.
— Все хорошо, — повторила та.
Ссориться со старшими перед встречей с подругой-эмпатом ей определенно не хотелось. Но беседа как-то не клеилась и эти приставания с вопросами ей совсем не нравились.
— Ты бы чаще забегала, а то видим тебя раз в полгода, — напомнила Сон Ен.
— Да сейчас особо некогда. На одну дорогу туда-обратно нужно потратить больше четырех часов. В том году я заходила к вам довольно часто.
Шура вовремя прикусила язык о том, что сами они ни разу к ней не заглядывали и не интересовались, нужно ли чем-то помочь ребенку без родителей. А помощь пришлась бы очень кстати.
Сама девочка ранее не подозревала, что можно обратиться с какими-либо просьбами к родным бабушке и дедушке. Откуда ей было о таком знать? В ее былом представлении пожилая чета была кем-то вроде уважаемых друзей семьи. К ним можно приходить в гости, заранее и официально предупредив. Обязательно необходимо взять гостинцы, а также соблюдать небольшую дистанцию и не задавать лишних вопросов.
Теперь она понимала роль старшего поколения в семье. Но к Сон Ен и Алессандру это по-прежнему не относилось ввиду того, что внучкой они не интересовались. Нынешняя встреча была инициирована Шурой. Последняя в свою очередь заглянула к ним из вежливости и потому, что была рядом.
— Все не пойму, зачем вы переехали в город? Тут экология лучше, места гораздо больше, и ты завела столько друзей. А потом взяла, и все бросила, — тихо проворчала Сон Ен. — Разве так можно? Что вы в той Малой Столице нашли? Одни дома, асфальт и ограничения. Ребенку и погулять негде.
— Хах. Что? — моргнула гостья. — Я ничего не решала. Родители приказали сворачивать вещи и прощаться с друзьями. Мама срочно продала дом государству за минимальную цену, так как не хотела платить огромный налог на лишнюю недвижимость.
— Ты могла попросить о том, чтобы остаться в Келинке, — возразил Алессандр таким тоном, словно это было самым очевидным вариантом.
— У меня нет права голоса, — терпеливо вздохнула Шура.
— Тебе же здесь очень нравилось.
— Да мне все еще нравится это место. Даже больше, чем раньше. Здесь здорово: есть небольшие горы, чистые реки, леса с грибами, ягодами и лещиной. И людей совсем немного.
— Ты можешь пожить с нами. Будешь ходить в школу, общаться с друзьями, — предложила Сон Ен с надеждой.
На что девочка фыркнула, прикрыв глаза, и эмоционально объяснила:
— Спасибо за предложение, но больше я переезжать не хочу. И без того последние полгода сижу на чемоданах. Каждый раз обустраиваться на новом месте — та еще морока. Сейчас у нас с Аском есть отдельный дом. Я там полноправная хозяйка, а не на птичьих правах. И меня это полностью устраивает.
Прозвучало излишне резко и категорично.
На собственную несдержанность Шура не рассчитывала, поэтому, пока не наговорила лишнего, поспешила распрощаться:
— Спасибо за теплый прием и еду. Еще нужно успеть на встречу с подругой. Думаю, мне пора бежать.
Сон Ен не отошла от предыдущего тона внучки, как та уже прощалась.
— Ты только пришла. Разве это прилично? — строго заметил Алессандр.
Девочка замерла и медленно села обратно.
— Хорошо, — кивнула она с каменным лицом, пристально глядя на деда в ответ.
— Кто тебя учил так разговаривать со старшими? — спокойно и без повышения тона поинтересовался Алессандр.