Время разбрасывать камни (СИ)

— За тобой следят? — удивилась она, тоже снимая пальто, — кто?
— КГБ кто ещё-то. Я решил сдать дела детей и часть денег с драгоценностями. Они видимо сильно удивились их появлению у меня, иначе я не могу представить, зачем было устанавливать за мной прослушивание.
Ира испуганно вскрикнула.
— А на что я буду теперь жить?
— На зарплату советского труженика, — напомнил я ей, — мы это с тобой после той ночи обговаривали, успела позабыть?
— Эх, прощайте мои красивые заграничные вещи, — с тоской вздохнула она, — я была в них такой красивой, а теперь буду выглядеть как все, и ты меня разлюбишь.
— Ира, я тебя не люблю, что опять за новости?
— Ну хотя бы секс будет? — она умоляюще посмотрела на меня.
— Кто-то говорил про пять-десять мужиков с которыми ты успела без меня потр…я, — напомнил я ей, — как ещё что не подхватила от них удивительно.
Краска стыда мгновенно залила её щёки и шею, она схватилась руками за лицо. Вскоре послышались рыдания.
— Ты знаешь, как я отношусь к женским слезам, — спокойно сказал я, — слишком часто мной ими манипулируют.
Она отняла лицо, и встав пошла ко мне, опустившись на колени.
— Вань, ну пожалуйста, что нужно сделать, чтобы ты меня простил. Я правда, чувствовала себя такой одинокой, что только вино глушило всю боль. Я даже никого из них не помню в лицо, представляешь? И ни с кем так и не смогла кончить.
— Ты меня уже столько раз обманывала, нарушая свои слова, что не вижу смысла брать у тебя ещё какие-то обещания, — я покачал головой.
— Ваня, я себе даю обещание, с любыми вопросами прийти сначала к тебе! — она подняла заплаканное лицо. — Пожалуйста!
— Моя доброта, меня погубит, — я покачал головой, — хочешь я тебя помою?
Её глаза расширились.
— А можно? Ты больше не сердишься?
— Сержусь конечно, но помыть тебя нужно, — пожал я плечами.
Взвизгнув, она бросилась на меня и всего зацеловала. Затем раздеваясь на ходу потащила в ванную вручив там мочалку и мыло. Причём я заметил, что она ни разу не повернулась ко мне спиной, всегда вздрагивая, когда я пытался помыть ей спину, развернув к себе. Оставив эти попытки, я вручил ей мочалку, и она сама всё это спокойно доделала, и я протянул ей полотенце, чтобы она вытерлась. Ира попыталась приставать ко мне голой, но я отрицательно покачал головой. Она огорчилась, но не стала настаивать.
Утром, собрав вещи, и забрав с крыши сумку с деньгами, я перевёз Иру на её квартиру, обрадовав горничную, которая рада была видеть хозяйку. Отдав тишком, пока Ира переодевалась, женщине деньги на квартплату, покупку продуктов и её зарплату на три месяца вперёд, я попросил Розу Ивановну звонить при любых вопросах сначала мне. Она серьёзно заверила меня, что конечно, теперь так и будет делать впредь.
Заглянув к девушке, я спросил её.
— Слушай, а как ты отнесёшься к новому знакомству?
— Отрицательно, мне тебя хватает.
— Я думаю, она испытала в детстве то же, что и ты, — я серьёзно на неё посмотрел, — я бы хотел, чтобы вы просто поговорили.
— Хорошо Вань, если это нужно, то да, — согласилась она.
— Ир? — я подошёл к ней, — просто поговорите, нет так нет.
— Веди её, не переживай, я знаю нужные слова.
— Тогда я мигом.
Вызвав машину, я поехал на Лубянку и поскольку мой пропуск работал, пошёл в архив Третьего управления. Сидящие там на входе девушки позвали мне Лену, с любопытством поглядывая на мой нестандартный документ допуска.
— Добряшов? — из-за кипы папок показалась Лена, удивлённо на меня посмотрев.
— Нужно поговорить, — я кивнул в сторону двери.
— Мне не о чём с тобой разговаривать, — она покачала головой.
— Хорошо, — я подошёл к ней под взглядами её коллег и наклонившись к уху, тихо, одними губами, прошептал, — если не пойдёшь, я всем расскажу, что ты тр…ся с отцом.
Голова девушки дёрнулась словно от оплеухи, а руки её разжались и документы упали на пол, бумаги из них тут же разлетелись словно птицы в разные стороны. Наклонившись, она сначала собрала документы, затем отнесла их на место и с потухшим взглядом пришла обратно, последовав за мной. Вы вышли из здания, и я показал на ожидающую нас машину такси.
 
— Куда мы?
— Конечно же, теперь, зная твою тайну, буду пользоваться тобой, как и он, — заверил я её, — презервативы с собой есть?
Она отрицательно покачала головой, ничего не сказав насчёт первой части. Сев в такси, мы поехали к Ириному дому, заодно удивив гувернантку, которая увидела василькового цвета петлицы на форме гостьи. Я попросил женщину приготовить мне чай и закуски, поскольку через пару минут я присоединюсь к ней на кухне. Женщина тут же испарилась, а я завёл безропотную девушку в комнату, где Ира читала газеты, лёжа на кровати.
Увидев её, Лена удивлённо посмотрела на меня.
— Ты хочешь сразу с двумя? Да ты ещё худший извращенец, чем я предполагала Добряшов.
Я открыл было рот, чтобы разубедить её в этом, но тут внимательный и главное запоминающий взгляд Иры, заставил меня буркнуть лишь.
— Чтобы вам было проще, Ира сними пожалуйста кофту и покажи спину.
Девушка безропотно сняла требуемое, обнажив красивую грудь и затем нехотя повернулась к нам, показывая кучу рубцов на иссечённой спине. У Лены округлились глаза, и она оцепенела.
— Пень, твой бывший директор детского дома, удочерил её в детстве, чтобы насиловать и избивать, — прокомментировал я печальную картину спины Иры, обратившись снова к ней, — можешь одеться.
Та быстро повернулась и накинула на себя кофту.
— Думаю, вам есть о чём поговорить, — заметил я, — буду на кухне, если что, зовите.
На мой уход никто не обратил внимание.
— Присаживайтесь Роза Ивановна, — показал я женщине на соседний стул, появившись на кухне, — им нужно поговорить, а я не могу уйти, пока они не закончат.
Женщина кивнула и сначала пододвинула мне тарелку с закусками, потом налила чай, и только после этого села рядом.
— Расскажите, чем живёт дом, кто соседи, — я взял бутерброд в руку, — похоже мне придётся теперь чаще тут бывать. Она обрадовалась и мы, попивая чай, стали неспешно беседовать. Прошёл не один час, солнце стало клониться на горизонте к закату, когда появились эти двое, держась за руки.
— Вань, можно Лена ко мне переедет? — смущённо спросила Ира, — здесь много комнат.
— Чего у меня спрашиваешь, квартира твоя, хоть десять мужиков приведи, мне какое дело, — мстительно напомнил я.
— Ваня! — возмутилась она, — я думала ты меня простил!
— Нет конечно, — удивился я, — чего ради?
— Не слушай его, — Ира повернулась к смущённой Лене, которая старательно не показывала нам своё зарёванное лицо и расплывшиеся на нём следы косметики, — у него маска такая, быть на людях злым, но на самом деле он очень добрый. Я уж точно знаю!
— А вот и нет!
— А вот и да!
Роза Ивановна с умилением смотрела на эти препирательства, затем спохватилась, подскочила с места и бросилась всех усаживать и обеспечивать чаем.
— Вань, перевезёшь Лену? — через час чаепития с разговорами не о чём, внезапно попросила Ира, — сегодня.
— Роза Ивановна, сходите посмотрите почту пожалуйста, — повернулся я к гувернантке, — газет так захотелось почитать, страсть просто.
Женщина мгновенно всё поняла и собравшись, тихо закрыла за собой дверь.
— Будет скандал? — решил уточнить я, когда мы остались втроём.
Лена кивнула, она уже успокоилась и снова стала знакомо отрешённой.
— Он не выпускает меня никуда. Та поездка в Мексику была исключением, только потому что это Олимпиада и ему приказали.
— Мда, — почесал я затылок, — вы чего кумушки удумали?
— Лена будет жить со мной, — Ира повернулась ко мне, — а ты нас защитишь! Считай, что принцесс стало две.
— «Эй! Мы так не договаривались! — возмутился я про себя, — а где объятья? Где фраза-ключ запускающая квест?».
Вспомнив о последнем случае с Варей, я, бледнея от испуга понял, что возможно сам отказался от понятного начала цепочки.