Под крылышком у ректора (СИ)
- Вы куда руки су… - начала я, видя, как он засунул руки в корсет, а потом стал рвать его с такой силой, что платье поддалось!
Ткань хрустнула, а поверженный враг упал к ногам победителя.
- Ууух! – выдохнула я, едва удержавшись за стол.
- Готово, - выдохнул ректор с усмешкой, пока я прятала заклинание бюстгальтера и трусы руками.
Я заметила, что он не уходит, а стоит, странным взглядом осматривая меня. Внезапно мне на талию легли руки, а меня прижали к себе.
- Хочу убедиться, что не зацепил тебя заклинанием… - послышался едва слышный голос. Мое сердце билось так часто, что я только по обрывкам слов смогла угадать, что он сказал. Огромные руки скользили по моей талии и спине, едва касаясь. И от этого у меня перехватило дыхание.
Мне показалось, что он склонился, словно для поцелуя. Может, Гелиад еще что-то говорил, но я не могла разобрать его слов из-за гулкого биения собственного сердца.
- Я тебя люблю, даже если ты мне этого не скажешь, - услышала я, обмирая и разучившись дышать.
- Я вас … тоже… - прошептала я на одном выдохе.
- Что ты меня тоже? – послышался голос ректора. – Я сказал: «Я тебя убью завтра, если ты плохо себя покажешь!».
- А! – сглотнула я, видя, как он с улыбкой отстраняется. – Я вас … тоже убью, если вы… Эм… Не будете за меня болеть! Вот!
Это ж надо такое услышать!!! Мамочки! Щеки вспыхнули, но я уверяла себя, что получилось очень неплохо.
Он вышел, оставив меня в растрепанных мыслях и чувствах. Я решила привести в порядок волосы! Ну не буду же я с зелеными волосами ходить!
«Просроченная научная работа!», - прочитала я заклинание – напоминалку. – «Минус один балл!».
- Тэкс! – закусила я губу, глядя на стопку прибитых пылью книг. Еще никогда мне не хотелось быть столь старательной и прилежной.
Совесть вяло зашевелилась, разминая зубы, чтобы тут же вгрызться в гранит науки.
Я взяла учебники и стала перерывать их, прикидывая, какие еще факты из жизни горгульи можно внести в список.
«Гори в страшном пламени! Покройся слизнями!», - заорал один учебник, который я открыла. И тут же вежливым голосом сообщил, что я должна была сдать книгу в библиотеку еще неделю назад.
- Бывает, - согласилась я, беря черную потертую книжонку с огромной магической печатью. В одном экземпляре.
Завалившись на кровать, я села внимательно листать ее.
- Гремлин, - вздохнула я, видя мелкого пакостника. – Гремлин падла шустрая…
Мои глаза округлились, а я с удивлением посмотрела на старинное издание.
- Пользы от него никакой. Зато вреда. Если слышишь мерзкий смешок, когда падаешь со сломанного стула, знай. Это он. Размножаются со скоростью мышей. Моргнуть не успеешь, как они завелись у тебя, а они милостиво терпят тебя в своем доме. С людьми не скрещиваются. Хотя, возможно, и были извращенцы, но они предпочли хранить это в тайне. Так что науке данный факт не известен.
Я перелистнула страницу, закусывая палец.
- Горгона, - прочитала я, глядя на жуткую тварь с шевелящимися волосами. – Горгона – падла опасная. Эта злющая и хитрая бестия давится своей непомерной злобой где-нибудь в укромном месте. Предпочитает старые руины или мрачные пещеры. Ее волосы напоминают змей, и умеют шевелиться на каждого героя, мечтающего ее победить. Воевать с ней бесполезно и опасно. Способна обратить любого в камень взглядом…
«В камень!», - прошептала я, отложив книгу на секунду. Горгона…
- Если при встрече с Горгоной у вас еще не намокли трусы, то скоро они окаменеют, - прочитала я, вглядываясь в ужасную тварь. – Скрещиваются с людьми. Полукровки могут иметь ноги вместо хвоста. Отличительных черт не выявлено. Дар может проявляться стихийно, внезапно. Особенно, когда полукровка напуган.
- Горгона!!! – дернулась я, вырывая страницу. – Это, возможно, горгона!
- Напоминаем, что по магическим законам полукровкам, кватеронам и так далее запрещено обучение в Магических Академиях, что тщательно проверяется при поступлении, - прочитала я.
Глава двадцатая. Изучаем анатомию ректора
– Сражаться с горгоной сложно, но можно. Учти, мой диванный герой, чьими чудесами восхищается только мама и бабушка, тебя она одолеет в два счета. Даже если ты сумел убить муху на стене, то на горгону лучше ходить вдвоем. Чтобы один успел убежать и, заикаясь, рассказать о том, что случилось с тобой.
Я хихикнула, хотя по коже пробежали мурашки. Перелистнув страницу, я замерла над буквами, скользя волосами по странице.
- Если вы решили пойти в рукопашную, то готовьтесь к «ногобежной», ведь горгона – падла хитрая и умеет стрелять глазками, - прочитала я. – Если ты, юный победитель мух и гоблина – инвалида, решил ее побеждать, то придется закрыть глазки. Если ты думаешь, что победить на ощупь женщину может любой мужчина, то горгона тебя разочарует. Поэтому, мамина радость, подойди к зеркалу, посмотрит на себя внимательно, а потом забирай его с собой.
Я закусила палец и прыснула.
- Пока ты с бабкиным трюмо тащишься в темную и мрачную пещеру, а окружающие считают тебя главарем идиотов, позаботься о том, что ты сражаешься с чистокровной горгоной, а не с полукровкой.
Книга захлопнулась, поскольку дальше было: « Вот кому не страшны горгоны, так это горгульям. Они и так местами каменные. Горгулья – падла сильная и жестокая. Способна голыми руками завалить замок, дракона и принцессу. Даже дракону горгулья станет камнем в почке, печени или желудке, если тот надумает его всосать. Ибо даже зубы дракона сломаются о горгулью».
Нет, я разочарована! Хотя, вдруг кому-то удалось проникнуть в Академию?
- Горгона, - повторила я, с ужасом глядя в зеркало. Мне казалось, что позади меня стоит страшное чудище, готовое обратить меня в камень, как других целителей.
- Зеркальце, зеркальце, - бормотала я, перетряхивая свои сокровища. – Теперь буду ходить с зеркальцем. А вдруг это горгона и…
- Ректор! – дернулась я, прижав зеркальце к груди. – Нужно срочно сказать ему, что это, вероятно горгона!
Я бросилась по коридору, сжимая в руках вырванную страницу книги и зеркало. Минуя этажи, переходы и порталы, я выбежала в коридор ректорской башни.
В голове стучало: «Я знаю, кто это может быть! Это – горгона!».
- Они же не догадываются, кто чудовище! – стучало у меня в висках, пока я чувствовала себя юным героем, спасающим мир.
Дверь в кабинет была приоткрыта, а я постучалась, словно забиваю гвозди, повисла на ручке и ввалилась со словами: «К мам вожно?».
Только сейчас я поняла свою ошибку. На меня посмотрели десятки преподавательских глаз.
- Итак, среди учеников или педсостава есть горгона, - закончил ректор. – Скорее, даже не полукровка. Иначе бы магический детектор ее мигом определил.
- Значит, это потомок горгоны! – воскликнул кто-то из собравшихся. – Кровь очень разбавлена!
- Именно! – авторитетно произнес преподаватель защиты от темных искусств и существ Убигейль Быстрикс, одергивая свой продырявленный когтями плащ. – Такое бывает, что сила передается через много поколений!
Ректор поднял на меня глаза.
- Ты что-то хотела? – спросил он, пока я мяла в руке уже никому не нужную бумажку.
- Эм… - замялась я, глядя на присутствующих. – Вы уже в курсе, я так понимаю…
Я что-то смущенно лепетала, осознавая, что героя из меня не получится. И защитника Академии тоже. Все уже спасено до нас.
- Хорошо, собрание окончено, - произнес ректор, присаживаясь со скрипом в кожаное кресло. Послышался шелест голосов и мантий, обсуждающих, как они могли проглядеть горгону.
- Ты! – рявкнул мне голос на ухо, заставив меня подскочить на месте.
- Простите, - икнула я, глядя снизу вверх на побитое шрамами лицо Убигейля. – Вы меня напугали…
- Жизнь тебя напугает! Чему я учил? А? – наседали на меня. – Всегда быть начеку!