Обретённая 2. Выжить назло (СИ)
— Я благодарю вас за милосердие, нэра Надья, — Правительница уже взяла себя в руки, — А за тебя мне стыдно, сын! Твоя супруга достойна любви и уважения! Надеюсь, что хоть уважение ты ей будешь оказывать! Простите меня нэра Надья, я очень расстроена из-за сына. Для вас и нэра Нориша я всегда на связи. Пусть Звёзды будут к вам милосердны!
Экран растаял. А Талан так и остался стоять на коленях.
Осторожно дотронулась до дрогнувших крыльев:
— Встаньте, пожалуйста. Мы же решили, что ваши отношения с вашей возлюбленной, это исключительно ваше личное дело. В которое мы с Норишем не будем вмешиваться. И домогаться до вас я не собираюсь. Мне достаточно Нориша, — я прижалась спиной к груди моего обожаемого супруга, откидывая назад голову, — Правда, милый?
— Правда! — ОЧЧЕНЬ довольный муж обнял меня за талию, с удовольствием целуя за ушком. — Всё складывается просто замечательно! — Оптимизм у Нориша просто перехлёстывал через край, — Талан, вставай же! Надо готовиться к визитам! И вообще… Надя ещё не была ни на одной развитой планете. Поможешь сегодня устроить для неё экскурсию?
— Да, — бедный парень поднялся с колен, всё ещё не решаясь на нас взглянуть, — Я всё подготовлю… дайте мне полчаса…
— Вот и отлично! — от хандры и тревоги Нориша не осталось и воспоминаний, — А мы с Наденькой пока переоденемся. Да, дорогая?
— Да, — улыбнулась я, отвечая на поцелуй мужа, — Талан, я вас прошу только об одном — не замыкайтесь в себе. Мы всегда вам поможем и во всем поддержим.
— Спасибо… — пторх едва коснулся моих пальчиков ледяными губами и стремительно вышел из комнаты.
***— Скверно как-то всё получилось… — я смотрела на дверь, за которой скрылся Талан, — Я рада за нас… что мы остаёмся нормальной семьёй. Где один муж и одна жена. Но… почему-то на душе гадко… словно я обманула слабого и доверчивого… Бедный Талан. Любимая не скрывает презрения. Мама ругает. Малыш ещё не выздоровел… и ещё я тут тихо радуюсь, что не надо никаких усилий прилагать для налаживания ДЕЙСТВИТЕЛЬНО семейных отношений. Что он нам с тобой мешать не будет! Боже мой… он везде лишний! Мамочки… как стыдно! Прости меня… у тебя не самая лучшая жена!
— Шшшшш… уссспокойссся, сссдадкая моя… — Нориш обвил меня хвостом, — Для меня ты — единссственная и сссамая лучшшшая! Я приму любое твое решшшение, сссвет мой!
***Некоторое время спустя…
— Талан так замкнулся, — пожаловалась я мужу.
— Прости, Надюша, но я бы тоже замкнулся, — и, увидев непонимание в моих глазах, пояснил, — Ты снова начала обращаться к нему на "вы" и он обязан был последовать твоему примеру. Твоё обращение означает, что ты минимум — недовольна его поведением и отношением к тебе.
— Нориш, — утыкаясь мужу в грудь, прошептала я, ругая себя последними словами, — Какой ты умный и внимательный! А я — идиотка! Знаешь, когда я себя неуверенно чувствую, невольно начинаю "выкать". И даже не замечаю этого! Как мне это объяснить Талану?
— Я сейчас пойду и всё ему объясню. А ты пока переоденься в удобную одежду. У сет-пторхов нет никакого особенного дрес-кода в быту. Поэтому не задумывайся особо, — супруг, чмокнув меня в висок, стремительно ушел.
Оставшись в гордом одиночестве, поплелась в ванную. Водные процедуры всегда помогали мне не впадать в депрессию. Помогли и сейчас. Из ванной я выходила уже не с таким похоронным настроением, которое было после ухода Талана.
Ещё в душе обдумав, решила не мудрить и поехать на экскурсию в той же одежде, что носила всю дорогу. То есть — в комбинезоне. Удобно. Практично. Не броско. Плюс — куча мелочей на всякий "пожарный" случай.
Настроение ещё немного поднялось. И, поэтому, открывшуюся дверь я встретила с улыбкой. Которая медленно сползала с лица.
Потому, что пришел не Нориш, не Талан, не Лера… В открывшуюся дверь шагнул высокий гуманоид в боевом скафандре максимальной защиты. Я знаю… муж успел многому меня научить.
Глазами поискала место — куда бы занырнуть. Такого места не нашлось.
Несколько секунд мы с "пришельцем" буравили друг друга взглядами. Он — тяжелым и неприязненным, даже сквозь тёмное забрало, исключающее возможность увидеть лицо "гостя".
Я — отчаянно-испуганным, не понимающим — что этот гуманоид тут делает.
Так же молча, он оказался рядом со мной, срывая коммуникатор, сдирая кожу и едва не ломая моё запястье. Вторым движением прижимая к шее, слева, кубик с чёрным наполнением.
Головокружение. Тьма.
***"Надо же, какой сон жуткий снился," — я лежала на спине, пытаясь успокоить бьющееся в истерике сердце, — " Хорошо, что омолодили… иначе бы я уже от инфаркта скончалась. Ой! Что это я дрыхну? Мы ж договорились с Норишем, что идём на экскурсию. А я что — прямо так и заснула? Как срубило! Неет! Стоп, Надька! Не могла ты прямо так взять — и скопытиться! Не сон это был… не сон! Господи! А если — не сон… тогда что ж получается? Меня ПОХИТИЛИ? Час от часу не легче! И кому я на хрен понадобилась? С меня и взять-то нечего… Нет! Если хорошо подумать… только хорошеееенько… взять-то как раз и есть чего! Нориш — доверенное лицо Леры и её мужей. Талан — Наследник Правителей. Интриги этих… недо-Высокорожденных… и ещё этот… золотисто-коричневый мужик… Он ТАК смотрел на меня на церемонии… Как мои макрогнатусы на мотыля! Интересно, эта… недомать нашего "крылатика" может быть его родственницей? "
— Самка, ты очнулась, приборы это показали. Да и без них я вижу что ты вполне очухалась. Открывай глаза! — сипящий, тихий голос разом взбодрил мозг.
Открываю глаза, и вижу тёмное помещение, освещаемое лишь огоньками неведомых мне приборов.
"Мамочки! Где я?" — в животе образовалась леденящая пустота.
— Где я? — продублировли непослушные губы мои мысли.
— Неважно где. Ты всё равно не поймёшшшь… даже, если бы я ссказал, иномирянка, — происипел тот же голос, слегка пошипливая.
— Зачем я вам?
— Заплатили… — обыденно пояснил невидимый собеседник.
— Убьёте? — в животе всё скрутило ледяным комком. Так ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ! Особенно сейчас! Когда есть любимый муж!
— Не решшшил ещё… А ты попросссси… Вдруг ссссжалюсссь…
— Что-то мне подсказывает, что не сжалитесь.
— Верно… мне нравитссся говорить ссс тобой… может быть иногда… потом… я буду сссмотреть, как ссс тобой играет моя беременная сссамка…
Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше.
— Но вы же сказали, что вам заплатили за мою смерть?
— Да… но осстальное оссставили на моё уссмотрение… Моя ссамка твоей расссы. Она беременна. У неё началасссь депресссия. Ты будешь её игрушшкой…
Вот тебе и здрасте! Нет! Я не против помочь соотечественнице, да ещё и беременной. Представляю, как это — быть одной да ещё с таким довеском в качестве "мужа". Но как-то настораживает формулировка — "игрушка".
А похититель, тем временем продолжал открывать мне перспективы на мою дальнейшую жизнь:
— Моя Сашшша плохо переносссит беременносссть. У нассс должны родитссся несссколько детёнышшшей. Ты вернёшшшь моей сссамочке хорошшшее насстроение. И она ссснова сстанет вкуссной — и тело, и кровь, и эмоции. Ссс ней сснова ссстанет тепло и уютно… посссле её родов я большшшше не приму никого… мне не нужна другая… Я буду сссам рассстить нашшших детёнышей.
— Почему вы так странно говорите? — у меня было нехорошее предположение на счет похитителя и его возлюбленной, но так страшно его озвучивать самой себе! — Миллиарды женщин рожают. Всё будет хорошо.
— Глупая сссамка! — голос похитителя звучал тихо и ровно, но я сердцем почувствовала страшную боль, которую он старательно прятал за внешним равнодушием, — Знаешшшь, почему нашшша раса так закрыта?
— Нет. Не знаю. Я понятия не имею — какой вы расы.
— Я — Рудх, ар. Вижу… не знаешшшь. Но это уже не важно. Мы — Потомки Древних. Сссейчас нет ни одной расссы, которая ссс нами может сссправитсся. Даже ссссашшшары проиграют нам. Мы живём долго… очень долго… как и сссашшары, ведь в них тоже есссть капля Древней крови. Нашши сссамочки могут родить только один раз в жизни. Потому, что, давая жизнь трём-пяти детёнышам, ссссами умирают в родах. Они неохотно идут на ссупружессство. Никто не хочет умирать. Но, когда вссстречаешь сссвою Пару — невозможно сссдержать сссвоего Зверя. Это вышшше нас! Вот и я не сссдержал… И моя Сашшша тоже умрёт. У нассс будет пять детёнышей. И только пять месссяцев сссчасстья. А посссле — тысссячи лет ссскорби. Ты развлечёшшшшь мою Сашшу. Будешшшь сссо мной помогать ей в родах. А когда глаза моей Пары закроютссся, ты отправишшшьссся ссс ней. Будешшшь сссопровождать в Сссскорбный Путь. Вассс ссс ней опусстят в жерло вулкана. Там, где мы рассстаёмссся с теми, кто нам дорог. Надеюсссь, ты ссс чессстью примешшшь сссвою долю. И не рассстроишь мою Пару. Не иссспортишшшь её посследние дни сссо мной!