Мой личный демон (СИ)

— Он очень страстно просил меня снова позволить вам общаться. — Улыбнувшись, я припомнила, как именно будущий муж зарабатывал возможность говорить.
Что бы Деймон ни думал, я хотела быть уверенной в том, что слова Рена были искренними, и он больше ни словом, ни делом не желал ему навредить.
Пусть я и любила их одинаково, но всё же понимала, что мне нельзя было относиться к ним так, как к равным. Слишком разными были статусы у парней, да и будущее тоже.
Подумав об этом, я устало потёрла лицо, ощущая, как лёгкая сонливость стала вдруг занимать место былой бодрости. Мне не нравилось разделение по статусам. Насколько бы всё оказалось проще, если бы их не было.
— Завтра трудный день, поэтому тебе пора спать, Деймон, — удивительно для самой себя мягко сказала я. У него ведь наверняка с самого рассвета были тренировки.
Демон кивнул, никак не выразив неудовольствия, и мы довольно быстро вернулись обратно в дом. Я даже позволила парню проводить меня до комнаты, едва сдержав желание хотя бы прикоснуться к нему напоследок.
«Кто бы мог подумать, что из того маленького и неказистого комка с крыльями вырастет такой красивый и самостоятельный мужчина, который сумеет тронуть моё нутро желанием?» — пришла ко мне мысль, едва дверь закрылась за мной.
  
Глава 5. Ночная прохлада
 
Рен
Этот тёплый вечер был близнецом многих предыдущих — мерцающие за окном далёкие звёзды, светящиеся в небе спутники и космические корабли, свежий воздух и тихий шёпот листвы сада… Но всё же он был особенным. Впервые за долгое время произошло нечто долгожданное, ведь фрау Лингрен определила мой статус! И пусть подобное было неокончательно, потому что за месяц многое ещё могло перемениться, но всё же… С большей долей вероятности я мог стать её мужем!
Размышляя об этом, я мечтательно улыбнулся проплывающему по небосводу голубоватому спутнику, одновременно ощущая, как тёплый ветерок из распахнутого настежь окна подул в моё лицо. Мне требовалосьсделать несколько домашних заданий, выучить пару длинных таблиц, но от переполняющего меня чувства радости в голову совершенно ничего не шло.
Постояв ещё немного около окна, я всё же подошёл к письменному столу, мельком посмотрев на расположенную на стене мою личную фотогалерею. В глаза мне бросился один из висевших там снимков, сделанный лично фрау Лингрен в наш с Деймоном день рождения. Нам там исполнилось только по семь лет, и мы с ним были лучшими друзьями, а потому стояли в кадре, обнимаясь и весело улыбаясь друг другу. Кажется, тобыл самый счастливый день в нашей жизни! Море подарков, аттракционов, игр… Тогда я ещё не до конца понимал различие между нами и не знал, что демоны считались чем-то плохим в нашем мире.
Эта раса издавна жила на совсем недавно колонизированной и порабощённой людьми планете. Точнее, не совсем порабощённой, поскольку они откупались от нас своими детьми, которые затем расходились по всем планетам на опыты или в качестве рабочей силы. Человечество временно не трогало их, пока просто наблюдая издалека. По всем галавизорам можно было увидеть данных существ. Совершаемые ими убийства, кровавые ритуалы, их беззаконие и агрессию даже по отношению друг к другу… Однажды я лично наблюдал, как один из демонов убил другого лишь потому, что тот во время их разговора посмел кашлянуть и перебить его. Это были прямые трансляции с их планеты, а не какие-нибудь постановки. Не зря данную расу считали крайне опасной, в связи с чем содержание демонов отличалось от общепринятых в обществе норм. Они были рабами, а не частьюпоследнего.
В нашем мире любой демон, посмевший проявить агрессию или недовольство, убивался на месте, причём совершенно без разбирательств. Да, такое было несправедливо, но закон останавливал многих из них от укоренившегося в генетической составляющей поведения. Поначалу, когда их планета только-только появилась в списках колонизированных, а самих демонов внесли в реестр разумных рас, к ним было иное отношение, но они сами испортили всё, начав убивать. Когда же учёные выяснили, что демоны ядовиты для людей, и даже одно-единственное прикосновение может плачевно закончиться для человека, их раса навеки перешла в статус «опасных» и чуждых.
 
Размышляя обо всём, я резко отвернулся от снимка на стене, попробовав заставить себя выкинуть Деймона из головы, но подобное было не так-то и просто. Он был мне как брат… Родной и любимый брат, который никогда не делал по отношению ко мне ничего плохого. Мы вместе играли, ели, спали, жили до того злополучного дня, когда я пригласил в дом гостей, будь они трижды прокляты!
Тогда мне хотелось получше влиться в круг школьных знакомых и показать им, что я «свой»… Дурак! Всё закончилось очень плачевно и для меня, и для него. Он был лишён крыльев, а я отселён в дальний конец дома.
Тряхнув головой, я устало потёр лицо ладонями, после чего сел за стол и достал из него кипу учебников, по которым требовалось позаниматься. В голову же, несмотря на мой настрой, снова полезло разное и совершенно не связанное с учёбой.
Проблема была в том, что я не имел права сдаваться, как бы ни было мне тяжело. Отчасти из-за моего понимания того, что Деймону оставалось всяко тяжелее. Его домашние задания, включая тренировки на рассвете, отнимали у него куда больше времени и сил, чем мои у меня. Отчасти же из-за того, что я на самом деле мечтал стать мужем фрау Лингрен.
Эта женщина, являясь частью элиты нашего мира, была просто совершенна! Дарованные ей генными модификациями идеальное тело, цепкий ум, жизнелюбие, доброта… Я каждый раз, когда видел её, замирал от восторга, едва сдерживая реакцию своего тела. Всё же жить девственником до двадцати одного года было довольно сложно. Нет, я уже попривык, но моменты, когда бурлили гормоны, являлись для меня настоящей пыткой.
Мне было любопытно, как Деймон справлялся с подобным вопросом, ведь все давно знали, что раса демонов по своей физиологии не отличалась от человеческой. Значит, что и в этом плане всё у них было таким же. Та же гормональная перестройка, вызывающая дикое желание найти себе самку, да и остальное… К тому же в их мире половозрелым считался мужчина, достигший пятнадцатилетия, а не двадцати одного года, как у нас.
Прикусив губу, я усилием воли выгнал из головы все ненужные мысли и открыл учебник истории. Через месяц меня ждал большой экзамен, и я просто обязан был сдать его на отлично, чтобы фрау Лингрен даже не сомневалась в моих способностях. И ещё мне хотелось сходить на несколько дополнительных тренировок для тела. Я не был дураком и видел, каким взглядом госпожа иногда пожирала тело Деймона, оставаясь практически равнодушной к моему. Ещё бы… Каждодневные тренировки плюс генетическая предрасположенность расы давали ему великолепные формы, тогда как мне не всегда удавалось найти время, чтобы уделить себе больше внимания. В школе, конечно же, были общие занятия по физической подготовленности, но они и близко не стояли с тем, что мне требовалось.
Мысли снова вильнули не туда, и я опять думал о Деймоне. Вина перед ним душила меня. Он ведь ничем не заслужил тогда те насмешки, и я понимал, почему он теперь не стремился восстанавливать со мной общение. Впрочем, разрешение на разговоры у меня было, а потому… За оставшийся месяц я планировал успеть хотя бы попытаться запомниться ему не только в негативном ключе.
Никто из нас не мог гарантировать того, что могло случиться в будущем, когда придёт время определять статусы. Да, у меня была высока вероятность того, что я стану супругом, а что же касалось Дея… Я прекрасно понимал, что его будущее не было определено. Однажды я случайно подслушал разговор с ним фрау Лингрен, из которого узнал, что демоны в личную собственность не отчуждались, поэтому Деймон по-прежнему считался подопытным в действующем эксперименте Института исследований и всецело принадлежал последнему. Как бы ни было страшно осознавать подобное, оставалась велика вероятность, что и фрау Лингрен относилась к нему, как к объекту научного эксперимента. И, вполне возможно, она могла без колебаний вернуть его в ряды подопытных, когда придёт время.