Гробовщик. Дилогия (СИ)
– Так на то и рассчитывали, – сказал Полтораш. – Потому Киров с проверяющими и примчались так скоро. Щеглов каждому своему монстрику ампулу с какой‑то лютой дрянью зашил возле жизненно важных органов. А брелоки с активатором подрыва всем, кому надо раздал. И Кирову, в том числе. Вот, мол, смотрите, если зверушки попытаются взбрыкнуть, чик – и нет проблемы. Киров, как приехал, всё по сторонам головой крутил, тайком кнопку подрыва тискал, да нервничал. А‑ну, как не работает брелок! Это потом всю эту Щегловскую нечисть в семи километрах к востоку отсюда на околице Нового Мира нашли. И кровососов, и снорков, и онтролёров. Кучно легли, всей, так сказать, компанией. Иначе как бы тогда Краб уцелел? Двое их тогда осталось. Он и Антон Балабол. А трое сгинули, по очереди отход прикрывая. Минуты для товарищей выигрывая.
– Сам‑то как уцелел? – спросил Бек. – Или на тебя ампулы не хватило?
– Почему не хватило? – усмехнулся Полтораш. Он раздвинул полы плаща, приподнял свитер, обнажая левую половину груди, и на всеобщее обозрение предстала дыра с почерневшими краями и висящими из неё обрывами гнилых тканей. Остро пахнуло падалью. Полтораш удовлетворённо посмотрел на искаженные отвращением лица собеседников, опустил свитер, запахнул плащ.
Помолчали под треск углей в костре.
Наконец Полтораш спросил:
– Пойдёшь к Кораблёву в гости?
– Пойду.
– Ну‑ну. Только имей в виду, что за это время характер его изменился не в лучшую сторону. Захочет ли он вообще с тобой разговаривать?
Девушка упрямо поджала губы.
– Ну ладно она, – Полтораш ткнул пальцем в Алесю. – Она Гробовщика ищет, потому, как долг на ней. А вы? Вам зачем головы класть? Ведь даже если отыщите вы «Карман» на дебаркадере, что врядли – столько лет прошло! Кораблёв его выкинул давно или хламом каким завалил и забыл. Но даже если и отыщите – дальше что? Я ж говорю: «Карман» тот «за‑пе‑ча‑та‑ло». Наглухо. И я ни разу не слыхал, чтобы такой вот «запечатанный» «Карман» кто‑нибудь ухитрился открыть.
Он обвел мужчин у костра долгим взглядом. Сказал в сердцах:
– Бесполезно.
Излом встал на ноги, потянулся со стоном, надвинул на голову капюшон. Шумно втянул носом воздух, улыбнулся чему‑то.
– Ладно, – сказал он. – Посидели у чужого тепла, пора и меру знать. Ступайте отсюда по добру по здорову.
Сталкеры, не тронувшись с места, посмотрели на Алесю.
– Куда ж ты нас гонишь, на ночь глядя? – спросил Пыж потерянно. – Тут и днем по такому туману в раз заплутаешь. Может перекемарим как‑нибудь в тесноте да не в обиде, а поутру разойдёмся.
Полтораш не ответил, не сводя с Алеси насмешливого взгляда.
Девушка решительно встала.
– Нет уж, – сказала она. – Пойдём. Лучше уж ночью на болоте, чем с тобой у одного костра. А‑то вдруг ты ещё раз передумаешь. Или ещё чего…
Пыж тоже встал, решительно потянулся за автоматом, но левая рука вдруг перестала его слушаться. Полезла в карман штанов, вытащила оттуда начатую пачку сигарет, протянула Полторашу. Пыж испуганно перехватил левую руку правой, но та по‑прежнему вела себя самостоятельно и, ни в какую, не сгибалась.
– Прекрати, – сказала девушка.
В ответ Полтораш громко рассмеялся, взял протянутые сигареты.
– Вот уж и побаловаться нельзя, – сказал он. Потом продолжил, уже серьёзнее. – Вы бы оружие у него забрали. А‑то, не ровён час, встретите Контролёра. Он, пока вы скумекаете, что к чему, одной рукой этого сопляка много всяких бед натворить успеет.
– И ещё, – сказал Излом. – Если кто не понял, вы сейчас находитесь на маленьком островке в самой бездне Вонючего болота. Так что путь ваш лежит через его топи. А за то, что едой со мной поделились, да беседой развлекли… Да и вообще – чтоб веселее шлось, вот вам подарочек.
Он достал из кармана плаща артефакт, поднёс к лицу, то ли дунул, то ли тихонько просвистел какую‑то мелодию и, будто выточенный из слоновой кости, шарик засиял матовым пульсирующим светом. Взлетел с его ладони, завис чуть выше головы.
– Что? – усмехнулся Потораш, глядя на вытянувшиеся лица сталкеров. – Не знали, как его активировать? Или вы думаете зря его «Болотным огоньком» прозвали?
– Давай, – кивнул он Алесе, и та, подойдя, с силой ткнула пальцем в мерцающую звёздочку. Зашипела от боли, будто укололась. Сунула пострадавший палец в рот.
«Огонёк», между тем поменял цвет на кроваво‑красный, пролетел вперёд и замер, будто дожидаясь тех. Кто за ним последует.
– Ну вот, – удовлетворённо протянул Полтораш. – Теперь он приведёт тебя туда, куда тебе нужно. Заметь: не туда, куда ты хочешь, а туда, куда тебе нужно! Если суждено вам потонуть в этих болотах, то заведёт он вас прямо в трясину, а если судьба вам добраться до суши, то выведет он вас прямо на зелёную травку. Ну и дальше, куда для вас тропа протоптана.
Монстр осклабился, снова демонстрирую нечеловечески тонкие и острые зубы.
– Если вдруг вы решите пойти собственным путём, он какое‑то время будет лететь за вами, а потом отстанет и погаснет. Так что свой путь торить не советую. Во‑первых, сгинете. Во‑вторых, заблудитесь и всё равно сгинете…
Пока длился этот монолог, сталкеры собрали свои пожитки, подобрали оружие. Пыж подумал было сходить поискать свой нож, но потом махнул рукой – чёрт с ним!
Не прощаясь, Бек, следом за ним – Алеся, Пыж и Баркас замыкающим, двинулись вслед за «Огоньком».
– Скатертью дорога! – крикнул им в след Полтораш.
Никто и не обернулся. Бек на ходу поднял длинную палку, вскинул её себе на плечо.
– Эй, душегубы, – продолжил кричать Излом. – Если переживёте это путешествие, впредь мне не попадайтесь! Это сегодня я такой добрый. В другой раз живьём сожру!
И не думавший рассеиваться туман быстро погасил крики Полтораша. В нос ударил смрад гниения вперемешку с какой‑то вонючей химией. Под ногами зачавкало. Шедший последним Бек, достал из рюкзака фонарик, посветил назад и не увидел ни оплывших строений, но пятна костра. Одну только молочно‑серую муть.
Цепочка из четырёх человек углубилась в Вонючее Болото.
20. Вонючее болото.
Вечерело.
«Болотный огонёк», укрытый туманом, казался мутно‑красным призраком. Светил себе тревожной краснотой где‑то впереди, не давал к себе приблизиться.
Сначала они шли по щиколотку в грязной мути, из которой виднелись, шевелились, будто черви, какие‑то водоросли. Потом вода поднялась до колен, скорость их движения замедлилась. Шедший первым Бек, стал в полголоса ругаться на погоду, на жизнь, на это проклятое болото.
– Песком не засыпало, так теперь в трясине утонем, – бормотал он.
Следом за ним месил воду Пыж. Он несколько раз недоверчиво трогал свою левую руку. Потом е выдержал, обернулся на ходу к шедшей за ним Алесе и спросил:
– Что не так у меня с рукой?
– Помнишь, бабочка тебя обрызгала? – напомнила девушка. – А потом гусеница ещё «говорила» про контактную жидкость? Так вот, так гадость, что тебе на руку попала и есть – контактная жидкость. Если она попадает на органику… Короче, если по простому, даёт доступ к управлению тем органом, в который впиталась.
Пыж наморщил лоб.
– И что, теперь любой может моей рукой двигать, как ему пожелается? – спросил он.
– Из тех кто знает как – любой? – виновато улыбнулась Алесся.
Пыж ненадолго задумался.
– Выходит, если бы мне в лицо попало, я бы, как зомби был? – задал он новый вопрос.
– Ну не попало же, – успокоила Алеся.
– И надолго у меня это? – Пыж кивнул на свою руку.
Алеся пожала плечами.
– К утру должно пройти, – сказала она. – Эта жидкость не стабильная. Быстро на составляющие распадается.
Пыж поскользнулся, с трудом удержавшись на ногах.
– Ненавижу болото, – пробормотал он. – Может здесь ещё и пиявки какие‑нибудь водятся?
– Про пиявок не скажу, – сказал Бек, не оборачиваясь. – А вот про болотного лося – слышал. Он, хоть и водорослями питается, не дай Бог на него нарваться.