Королевский шут (СИ)
37. Демон меня загрызи.
Осень пришла тихо, однажды окрасив деревья в жёлтый цвет. Всё чаще хмурилось небо, плача косыми дождями, холодный ветер не давал возможности просто выйти утром на балкон насладиться началом нового дня, и лёгкая грусть по теплу поселилась в душе.
Команда шутов всё прочнее завоёвывала своё место во дворце, постоянно устраивая шумные представления по поводу и без, на которых обкатывались задумки для Праздника Зимы и предстоящего императорства Ипрохана Весёлого. Каждый из нас становился настоящим “зубром” своего дела, набираясь опыта как в совместной работе, так и по отдельности. Спокойная рутина, одним словом, если это применимо к шутам неадекватного короля. Были, конечно, и мелкие неурядицы, и напряжённые моменты, но мы научились их обходить или не замечать, не тратя драгоценные нервы на всякую ерунду. Никто нас особо не тревожил, и жизнь текла своим чередом.
Фаннория потихонечку привыкала ко мне, частенько засыпая, уставшая после очередного увеселительного мероприятия, на моей кровати, но всё равно, до нормального состояния ей было далеко, и под утро я всегда обнаруживал её на диване, свернувшуюся калачиком.
По первости злило, если честно, но потом привык к этим диванно-кроватным отношениям и перестал мечтать о чём-то большем, чтобы лишний раз не “обламываться” в своих ожиданиях, что вот-вот и произойдёт прорыв. В общем, пустил всё на самотёк полностью, тем более, что было, чем занять голову ночами. Архимаг оказался прав — во мне происходило слияние двух миров. В состоянии Шурсы, стали видны не только энергетические потоки мира Маллия, но и появляться неизвестные ранее разноцветные линии, всё чаще и чаще обретая плотность и выдавая картинки, которые могли быть только в одном месте — на Земле. Чем всё это закончится понятно: моей смертью либо от естественных причин в результате катастрофы, либо от насильственных действий “неравнодушных граждан”. Как мы ни бились с Кортинаром, но найти ту самую точку отсчёта не могли, хотя я и довольно далеко, по мнению старика, продвинулся во взаимодействии с крупицами сущего и линиями Творцов, уже без посторонней помощи проводника подключаясь к ним. Оставалась самая “малость” — научиться управлять ими, отсекая земное, чтобы не сотворить большой звиздец на всю округу. Вспыхнувшие в начале надежды, что, почуявший знакомую магию, Харм поможет разобраться не оправдались — ящер знал лишь то, что подобное было внутри его яйца, и на этом месте умолкал, виновато хлопая глазами.
Наконец, даже бездушный маг потерял терпение, понимая, что развязка близка. Этой ночью, как только я появился у него в кабинете, он не стал мне подсовывать очередную книгу из своей библиотеки или устраивать лекцию, а сразу выдал странную речь.
— Все обычные методы исчерпаны, — начал он, — остались лишь те, к которым не стоит обращаться. Случай уникальный, если я не сделаю то, что делать абсолютно не хочу, то до конца зимы, Илий, вряд ли дотянешь. Харм… Помнишь, где книга, с которой началась история Короля Шутов?
— Конечно, Хозяин! — немного обиженно ответил Черныш. — Если ты про четвёртый том “Призыв демона”, хранящийся на одиннадцатой полке слева, то такую малость забыть было бы стыдно. Но причём тут она?
— Твоё яйцо. Не знаю, с чего ты взял, что я нашёл его, но это не так — демовилур Ситгульвердам притащил.
— Этот?! Сит?! — подпрыгнул от неожиданного известия Харм. — Меня нашёл самый мерзкий из всех демонов, благодаря которому ко мне чуть “переросток” не приклеился?!
— Он. Нашёл в каком-то из мёртвых миров, покрытом льдами — в результате раскопок наткнулся. Стоящего в яйце ничего не увидел, поэтому пригласил меня разделить с ним трапезу “иномирским продуктом”.
— И вы… Вы чуть не съели? Меня?! Почему ты не рассказывал?
— Зачем? По моим умозаключениям, ты бы вряд ли обрадовался, узнав, что чуть не стал закуской для демовилура и пьяненького архимага. Считай, что я сделал тебе одолжение, дав возможность поверить в историю, которую ты же сам и выдумал. Моя заслуга лишь в том, что я отговорил разбивать яйцо — слишком оно меня заинтересовало в тот момент, и обменял на пять окороков, которыми насытиться смогли мы оба с Ситом.
— Целого меня на какие-то жалкие окорока?! — разгневанным Чернышом можно было разжечь камин.
— Не каких-то, а изумительно закопчённых, и не “целого”, а в виде непонятного зародыша.
— Успокоил, Хозяин, — саркастически улыбнулся бедняга, — теперь я знаю свою “цену”.
— Стоп! — вмешался я в их товарно-кулинарный разговор. — Харм! Друг! Не кипятись — бывает! Уверен, что знай наш бездушный маг, какое сокровище ты из себя представляешь, то и больше заплатил бы!
— Ага! С него станется! Не пять, а шесть окороков отвалил бы в порыве щедрости! И я его чуть ли ни отцом считал!
— Дурень! Кортинар бы золотом по весу отсыпал за такое чудо! Притом, не по твоему весу, а по моему!
— Намного больше, — пояснил старик. — Теперь полезность подобного приобретения сложно представить в денежном эквиваленте.
— Во! Понял?! Ты, Черныш, вообще бесценный, оказывается!
Ящер долго дулся, забившись в самый дальний угол кабинета и всем своим видом показывая, насколько ему плохо и обидно. Наконец, поняв, что особого внимания на него не обращают, со вздохом материализовался на столе.
— Ладно. Если бесценный, то тогда сойдёт! Но демона лучше не вызывать — ещё решит, что раз тогда недоел, то теперь можно…
— Ты принадлежишь мне, и Сит не осмелится, несмотря на внешнюю кровожадность и хамоватость, украсть чужое.
— А вот с этого места поподробнее! — попросил я мага. — Что за демон и причём здесь я?
— Не демон, а демовилур, — начал объяснения Кортинар. — Демон для него оскорбление, хотя Харм и продолжает так называть Ситгульвердама в отместку.
— И на то есть веские причины! — вставил свои “пять копеек” Черныш. — Теперь ещё больше его не люблю… Детоедца!
— Так вот, ситуация в следующем: я заключил с этим существом сделку, чтобы он подобрал человека по определённым параметрам. Так ты и оказался в момент своей смерти у нас. Если Сит изучал мир Харма, в котором есть похожая на твою магия… а он изучал — я его хорошо знаю, то может оказать неоценимую помощь в разрешении вставшей проблемы. Во всяком случае, шансы наши увеличатся. Но есть одна проблема — пока не обрету душу, не могу вызвать демовилура, без дальнейшего кровопролития. В общем, разговора не получится.
— Ага! Этот урод так и сказал! — снова вякнул Черныш. — Мол, пожалеет Хозяин, так как бездушный ему не друг!
— Хм… И какой же выход?
— Ты, Илий, заключишь со мной сделку, заплатив за вызов. Любая вещь или монета сгодится.
— И отдуваться перед ним тоже буду я, получается?
— Естественно, как заказчик. Не скрою, опасная затея, но других вариантов не вижу.
— Не соглашайся, друг! — не унимался хвостатый паникёр. — Убьёт или сожрёт! В нём силы и злобы больше, чем терпения! Даже слушать не будет! Хрясь, и всё!
— Возможно, — подтвердил старик. — А что ещё делать? Тем более, твоя смерть и так не за горами. Но шанс есть — главное, перед ним страх не выказывать, так как он действует на демовилуров своеобразно. Сможешь устоять перед натиском, может, и договоритесь до чего-нибудь.
Долго размышлять не стал — прав архимаг в том, что без сторонней помощи не справимся. Придётся рискнуть…
— Когда начнём? — задал я единственный вопрос.
— Сейчас и пойдём. Зачем откладывать неизбежное? Харм, доставь “Призыв Демона” в подвал.
Помню это помещение. Смутно, правда, так как был немного не в себе, но проходил через него, поднимаясь из лаборатории мага к нему в кабинет. Вроде ничего особо не изменилось — напоминавший студенческую аудиторию зал всё так же был неуютен в своём запустении.
Коритнар стал чертить на полу пентаграмму, сверяясь со сложным рисунком из книги. Так и хотелось пошутить: “Смотри! Демона не вызови своим художествами!”, но именно это существо мы и готовились достать. Чувствовал себя, мягко говоря, неуютно в ожидании потустороннего монстра, нервно теребя кинжал на поясе. Одно дело читать про них в книжках, скептически хмыкая, а другое — в скором времени оказаться рядом.