Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

К тому времени в коридор стали выходить пассажиры, услышавшие крики женщины, и сразу же с разных сторон донеслись недовольные голоса.
Кто-то с возмущением начал басить, мол, что такое, куда смотрит милиция, дожили до того, что честным гражданам не стало прохода от хулиганов. Где проводники, почему не следят за порядком?
Неожиданно ему ответила женщина, скорее всего проводница:
— Мужчина, не будоражьте людей, прекратите митинговать, вы своими криками больше беспорядка наводите. Милиционеры вот-вот будут здесь.
И тот сразу умолк. Видно, на него отрезвляюще подействовала решительность проводницы.
Пострадавшие к тому моменту поднялись на ноги и стояли, покачиваясь из стороны в сторону, вытирая при этом видавшими виды носовыми платками обильно льющиеся из покрасневших глазниц слезы.
Эди понявший, что напарница топальщика применила против забияк эффективное оружие — газовый баллончик, не стал выходить и не позволил это сделать Илхаму, рванувшемуся было в коридор, обронив:
— Не нужно, все обошлось, там разберутся и без вас.
— А что за крики и этот запах? — недоуменно промолвила Елена и попыталась взглянуть на то, что происходит в коридоре.
— Люди резвятся, а запах — это газ, — ответил Эди, закрывая дверь. Затем попросил Илхама открыть окно, чтобы проветрить купе, пока газ не начал разъедать глаза.
— А откуда вы знаете о газе? — не унималась Елена.
— Служил в армии. Там изучают газы и противогазы, — отшутился Эди.
— Нас в армии заставляли даже кроссы бегать в противогазах, — заметил Илхам, с большим усилием сдвинув вниз закопченую от времени створку окна. И в купе ворвался перемешанный с шумом стука колес свежий воздух.
— Ой, как здорово, — восторженно произнесла Елена, пересев ближе к окну и подставив лицо под потоки воздуха.
В это время за дверью послышались властные голоса прибывших на место происшествия милиционеров, которые во всеуслышание потребовали от хулиганов предъявить паспорта и пройти на рабочее место проводницы для разбирательства. Туда же они пригласили и оборонявшихся.
Эди, уловив момент, когда Елена была увлечена видами за окном, наклонился к Илхаму и шепнул:
— Сходите к Артему, передайте, что появилась возможность через милиционеров проверить документы и опросить по автобиографиям наблюдателей от Марка. Скажите, что их надо взять под наружку в Минске.
— Понял, — сказал тот и вышел в коридор.
— Илхам пошел смотреть, что в коридоре? — неожиданно развернулась Елена.
— Нет, пошел туда, куда цари пешком ходят, — в очередной раз отшутился Эди.
— А куда они пешком ходят? — переспросила девушка, сделав удивленное лицо.
— У нас поговорка такая есть, и ее используют для того, чтобы не говорить, что человек в туалет пошел, — пояснил Эди, улыбнувшись.
— И у русских раньше в таких случаях говорили, что человек до ветру пошел, — вставила свое слово Рита.
— Забавно как-то все это. Мне такое слышать не приходилось, — констатировала Елена.
— Кстати, насчет ветра, поберегитесь, а то, не дай бог, простудитесь. Согласитесь, что с таким ветерком раньше не ездили? — заметил Эди.
— Лишь с папой на машине, но он заставлял поднимать стекло, — грустно промолвила она, сев рядом с Эди. — Скажите, сможет ли он в скором времени так меня прокатить?
— Леночка, я очень надеюсь на то, что вы с вашим отцом сможете гнать машину навстречу всем ветрам.
— Спасибо, я знаю, — тепло промолвила она и, обхватив двумя руками предплечье, прижалась щекой к его плечу.
Заметив некоторое смущение на лице Эди, Рита засобиралась было выйти, но тут открылась дверь, и на пороге показался улыбающийся Илхам с пакетом.
— Я купил заварные пирожные и заказал у проводницы чай. Сейчас будем угощаться, — выпалил он, передавая пакет Рите. Затем, плюхнувшись на матрац напротив Эди, продолжил: — А этих хулиганов милиционеры взяли в полный оборот. С ними, как говорит проводница, не все в порядке. Могут на ближайшей станции высадить.
— Они что, кого-то побили? — полюбопытствовала Елена.
— Да нашего соседа через купе ударили, а его жена недолго думая прыснула им в глаза газом из баллончика.
 
— Вот умница, — не сдержалась Елена. — Этих хулиганов надо каленым железом выжигать из нашего общества. Вот и у нас с Эди приключилась неприятность, — начала было рассказывать она о драке у ее дома, но, уловив его неодобрительный взгляд, ловко свернула эту тему фразой, мол, там все обошлось. И тут же, чтобы исключить вопросы, спросила: — Скажите, Илхам, а как себя чувствует человек, на которого напали эти хулиганы?
— Бодр, ему предложили написать заявление в милицию, он, сославшись на то, что не хочет никому навредить, отказывался, но милиционеры все-таки настояли на своем. Сейчас там идет серьезное разбирательство, — произнес Илхам, многозначительно глянув на Эди.
— А пирожное где купили? — поинтересовалась Елена.
— Конечно, в ресторане. У торговок я бы не стал покупать и вам не советую, — с серьезным видом произнес Илхам.
— Илхам, давайте сходим за чаем, а то проводницу можно и не дождаться, — предложил Эди, поднимаясь.
— Вы правы, как говорится, если гора не идет к Магомету, то он сам идет к ней, — пошутил, широко улыбаясь, Илхам и шагнул вслед за Эди в коридор.
Не доходя до купе проводницы, где толпились милиционер и еще несколько человек, они остановились. Присутствующая тут же проводница, заметив Илхама, выпалила, что она не забыла о его заказе и попросила несколько подождать. После чего они пошли в обратном направлении и остановились, не доходя до своего купе.
— Из ваших реплик я понял, что виделись с Артемом, — промолвил Эди, упершись рукой о поручень.
— Да, он сразу же схватился за ваше предложение и помчался к начальнику поезда, чтобы от него связаться с нашими, кто работает на транспорте. Думаю, что сладкую парочку начали «поддавливать» именно по его просьбе.
— Для меня что-нибудь он передал?
— Вы имеете в виду слова?
— Конечно.
— Сказал, что вам надо будет остановиться в той же гостинице. Номера заказаны от имени какого-то Юры.
— И все?
— А этих под наружку возьмут на вокзале.
— Прекрасно.
— Что? — переспросил Илхам.
— Говорю, что все прекрасно. Вон и наш заказ на подходе, — кивнул Эди в сторону проводницы, двигающейся по коридору с узорчатым подносом, на котором тряслись под такт ее шагам граненые с ободком стаканы с бурым чаем, а также стояла тарелка с кусочками белого рафинада. Поравнявшись с ними, она недовольно буркнула:
— Вот чай вам несу, возвращайтесь к себе и пейте на здоровье. Заплатите потом. Если что, могу и печенье донести. Хотите?
— Нет, спасибо, у нас пирожные есть, можем и вас угостить, — предложил Илхам.
— Не до пирожных сейчас. Разве не видите, что происходит? Из-за этих хулиганов, будь они неладны, сегодня не удастся глаз сомкнуть. И откуда они взялись на мою голову?! Обрадовалась было, услышав, что их будут ссаживать на первой же станции, но милиционеры решили дальше везти и по ходу оформлять происшествие, — протараторила она.
— Сочувствуем вам, — участливо заметил Илхам и двинулся вслед за ней. — А этот бедолага-то не очень пострадал?
— Да нет, его только толкнули, — обронила она, остановившись у полуоткрытой двери.
— Если так, то чего всю эту канитель завели? — удивленно спросил Илхам, сдвигая дверь в сторону.
— Вы что, нашу милицию не знаете, она же найдет повод и к телеграфному столбу придраться, — сыронизировала проводница и шагнула в купе.
Эди остался у окна. Отчего-то ему хотелось некоторое время побыть одному, но из этого ничего не получилось — как только проводница ушла, Елена позвала его на чай.
 
После чая обитатели купе легли спать, выключив общий светильник. Мужчины разместились на верхних полках, Елена и Маргарита — на нижних. Находящейся под впечатлением ожидаемой встречи с отцом Елене не спалось, и она, присев на полке, приглушенным голосом спросила у Эди: