Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Удалось, я об этом уже говорил, но это только начало. Сейчас важно закрепить этот успех всесторонне продуманными и исключающими всякий шаблон мерами, — резко произнес зампред и умолк, увидев, как в комнату вошла средних лет женщина, катя впереди себя тележку с кофейником, чашками и тарелками с разными сладостями.
Дождавшись, когда она уйдет, он вопросительно взглянул на Эди и промолвил:
— Да, мы несколько отвлеклись. Давай, майор, расширяй сводку.
После этого Эди подробно рассказал о встрече с Моисеенко… Закончил свой рассказ короткой фразой:
— Доклад закончен!
— Спасибо, майор, ты серьезно расширил сводку, — задумчиво произнес Иванков, уставившись рассеянным взглядом в лицо Эди. Затем, как-то оживившись, спросил: — Как ты думаешь, почему Моисеенко так легко отказался от идеи вызволения «Иуды» из тюрьмы?
— Я обратил внимание, что он отказался от продолжения разговора на эту тему после уточняющих вопросов о Справедливом.
— Совершенно верно. Поэтому, Алексей, надо понаблюдать за этим вором, чтобы не пропустить возможного контакта с ним людей Моисеенко, — в приказном тоне произнес зампред, обращаясь к Маликову. Тот в свою очередь молча кивнул Артему, который тут же сделал пометку в лежащем перед ним блокноте. — Хорошо, с этим вроде понятно, но надо разобраться, почему он толкает тебя, майор, к Шушкееву, этому недобитому агенту-нелегалу. Ты же наверняка не поверил его сказкам?
— На этот вопрос можно будет получить более полный ответ, исследовав его письма Шушкееву и «Иуде». В них явно будут тайнописные тексты, — ответил Эди, уловив боковым зрением одобрительный кивок Маликова.
— Никак не могу поверить в искренность этого матерого шпиона, когда он предлагает тебе установить связь с минскими контактами своего ценного агента, — с сомнением в голосе промолвил зампред. — Таких глупостей резидент, как правило, не допускает, если, конечно, не поверил человеку на все сто. Но что тобой сделано такого, чтобы он оказал подобное доверие? Привез пленку, думая, что это лекарство. Поддержал «Иуду» в камере. Свел с Леной, на которую Моисеенко делает ставку в дальнейшей работе с ее отцом. Помог проверить подозрительную квартиру и наконец, оказался чистым под спецмероприятием, — рассуждал вслух зампред. А потом неожиданно, окинув сидящих за столом коллег вопросительным взглядом, предложил: — Может, кто из вас приведет другие аргументы? — и умолк в ожидании реакции на свои слова.
— Я тоже считаю, что Моисеенко затеял какую-то игру. И это показное доверие является не чем иным, как стремлением склонить, как ему кажется, неискушенного чеченского парня, пострадавшего в прошлом от действий властей, к совершению противоправных действий. Возможно, и к сотрудничеству… — высказал свою точку зрения Маликов, наблюдая за тем, как зампред увлеченно размешивает серебряной ложечкой сахар в кофе.
— Логично, а что по этому поводу думает полковник Ковалев? — заметил зампред, подняв на него внимательный взгляд.
— Товарищ заместитель председателя, мне добавить нечего, поскольку вами и начальником главка все разложено по полочкам. Поэтому буду работать с учетом ваших установок, — отчеканил Артем, преданно глядя ему в лицо.
Молодец Артем, надо же, так умеючи лизнул, отчего оба начальника, должно быть, получили удовольствие, да и сам внакладе не остался: они с пониманием отнеслись к его короткой речи… Не контрразведчик, а изощренный дипломат… Мне до такого уровня даже при очень большом старании не дорасти, — пронеслось в голове Эди в короткое мгновение. Может быть, и другие шальные мысли посетили бы его отяжелевшую за последние дни голову, но этому помешал Иванков, который с ехидцей в голосе спросил:
— Майор, а чего ты молчишь, или мы действительно обо всем перетолковали и тебе не о чем сказать?
Эди, решивший было действительно промолчать, понял, что из этой затеи ничего не получится и начал сухо излагать свое видение ситуации:
— Товарищ генерал, по-моему, не так и важно в данном случае, искренен или неискренен Моисеенко. Главное, как вы сказали, наживку он проглотил, все остальное…
— Интересно… — прервал его зампред, осторожно, чтобы не обжечься, отпив кофе и со стуком поставив чашку на блюдце, — интересно, давай аргументируй.
И Эди продолжил:
— Все остальное им делается, чтобы не лишиться возможности и далее добывать ценную информацию о противоракетной обороне страны.
— Логично рассуждаешь, — заметил генерал и, хитровато улыбнувшись, спросил: — Ну а что скажешь о его планах по тебе?
— Очевидно то, что Моисеенко, удостоверившись через спецмероприятие в моей непринадлежности к КГБ, надумал задействовать меня в облегчении участи «Иуды». А что касается подключения к этому его связей в Минске, можно будет поразмышлять еще после того, как получу от Марка данные на эти связи.
— Вы допускаете, что ими могут быть неизвестные нам люди?
— Скорее всего, дополнительно к Шушкееву и Глущенкову он может назвать Золтикова, Андрея и хозяина квартиры, где до ареста жил «Иуда».
— Но можно, воспользовавшись предложением Моисеенко, спросить о его связях у самого «Иуды» и тем самым расширить этот круг, — заметил Маликов. — Хотя он и так вроде всех назвал.
— Вот именно, — воскликнул зампред. — Давайте лучше ограничимся теми, кого даст Моисеенко, чтобы не расширять круг людей, которые будут заниматься спасением шпиона из тюрьмы. Вы это поняли, товарищи?
— Да, поняли. Эти лица и так находятся в разработке как связи шпиона, при необходимости к ним можно будет присмотреться и в этом плане, — за всех ответил Маликов.
— Прекрасно, — отметил зампред, а потом неожиданно спросил: — Когда думаете вербовать дочь «Иуды»?
Маликов, окинув вопросительным взглядом Эди, неуверенно ответил:
— Вот изучаем. Майор работает с ней.
— И что? — промолвил зампред, посмотрев на Эди.
— С ее вербовкой предлагаю не торопиться, так как можно получить обратный эффект. Есть идея поручить «Иуде» подготовить дочь к такому предложению, а затем лишь…
— Оригинально, конечно. Но захочет ли он втягивать дочурку в шпионские игры? — с сомнением в голосе спросил зампреда.
— Ему будет разъяснено, что таким образом он получит возможность ее видеть часто. И это станет весомым аргументом для получения его согласия.
— Алексей, ты рассказывал, что к ней проявил интерес и Моисеенко. Что он от нее хочет?
— Думаю, поддерживать через нее связь с «Иудой», — ответил тот.
— Но нам она нужна, как я понимаю, не только для этого?
— Да, мы хотим подставить ее Моисеенко и как минимум получать информацию по интересующим его проблемам.
— Хорошо, принимается. Но скажите, Моисеенко будет спрашивать у «Иуды» разрешения на тайную работу с ней? — сыронизировал зампред, но теперь только глядя на Эди, из-за чего все поняли, что данный вопрос адресован именно ему.
— Товарищ генерал, Моисеенко через сына Сафинского уже пытался войти к ней в доверие, но из этого ничего не получилось. На ужине в «Метрополе» он сам лично познакомился с ней, но контакт предложил поддерживать через меня. Правда, при этом обещал помочь включить ее в состав советской делегации на Международную выставку в Болгарию. И она зажглась такой перспективой, но я считаю…
— Правильно считаешь. Отбей ей эту зажигалку… Насколько я осведомлен, она вроде тебе послушна? — улыбнулся генерал. — Нельзя ее такую юную и неотесанную отпускать в свободное плавание. Ведь там могут обработать моисеенки на свой лад и, как говорится, упорхнет за кордон твой мощный аргумент в перевербовке «Иуды». И тогда все наши задумки, мягко говоря, окажутся у кота под хвостом… Майор, ты принял мою логику?
— Так точно, — отчеканил Эди, отметив для себя, что этот лощеный генерал не зря ест чекистский хлеб.
— И правильно сделал, — рассмеялся тот, а затем, отхлебнув из чашки уже остывшие остатки кофе и посерьезнев, задумчиво произнес: — Товарищи, следует срочно и всесторонне проработать вопросы, которые необходимо решить, чтобы сократить срок пребывания «Иуды» в тюрьме. Там он нам мало пользы принесет. В этом вопросе, как выяснилось, мы солидарны с противником, — грустно ухмыльнулся он и продолжил: — Конечно, при этом каждая сторона преследует свои цели: Моисеенко хочет, как правильно сказал майор, сохранить возможность получения советских секретов, мы же — исправно подсовывать через него дезу, а также выявлять агентуру и разведчиков, работающих в стране под различными прикрытиями. Документировать их преступную деятельность, чтобы в день «Х» предъявить по полной программе… — После этого, сделав непродолжительную паузу, заметил: — С минскими милиционерами нужно будет решить все необходимые организационные вопросы. Руководство КГБ Белоруссии этим уже озадачено. Непосредственно данным делом, как вам известно, занимается генерал Тарасов. Алексей Алексеевич, работайте с ним плотнее. Он имеет большой опыт борьбы с вражескими разведками.