Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

А Заурбек даже не предполагал о том, что Сан Саныч продолжает думать о нем, что он ищет какие-то оправдания для себя… Пикаев так и не позволил себе обидеться на подполковника, потому что тот был прав.
Пикаев сидел за столом, склонившись над большим листом бумаги, где карандашом была начерчена схема, на которой графически изображены все направления в розыскной операции, связи уже установленных и предполагаемых участников событий, обстоятельств… Работать по таким схемам Заурбека научил во время войны Золотов. Схема состояла из слов, заключенных в узенькие рамки. Часть их соединялась друг с другом прямыми линиями, другие оставались вне связей. В центре схемы находился большой квадрат, отмеченный знаком «икс». Вокруг него и группировались рамочки со словами внутри, но ни одна из них не была соединена с квадратом, когда по логике схемы к этому они как раз и должны были стремиться.
Пикаев с величайшим удовольствием «обвязал» бы квадрат соединительными линиями с рамочками, но если бы все зависело только от его воли. Все связи с квадратом обрывались на промежуточных стадиях, количественный рост информации упорно не хотел переходить в качество.
В фрагменте схемы «Забегаловки» — «Сипягин» — «Ваган» — «Будзи» черточка обрывалась на Будзи. Тело его сегодня утром нашли в Тереке, оно застряло под Чугунным мостом. Это Будзи купил тогда Сипягину вино и закуску в забегаловке и попросил Вагана «пошарить в карманах этого ханыги и зацепить ключ, если он там будет». Будзи «утонул по неосторожности, в состоянии сильного алкогольного опьянения» — так гласит медицинское заключение. Верно ли?
Когда Ваган узнал на допросе, что он проходит как соучастник в организации ограбления и особо зверского убийства на улице Маркуса, он признался в том, что намеренно споил Сипягина, выкрал у него ключ и передал его Будзи. Хотя на теле сутенера не было никаких следов насильственной смерти, Пикаев почти не сомневался, что Будзи умер потому, что слишком много знал. Бандиты могли убрать его на всякий случай. Но дело было не в нем, а в его связях, на которые Пащенко уже выходил. Он понял, что Будзи — это крепкая ниточка, за которую надо хорошо ухватиться и потянуть.
Заурбек отложил в сторону карандаш, поставил локти на стол и оперся подбородком в ладони, сложенные лепестком. Его излюбленная поза. Ладони ложились с обеих сторон на лицо и как бы отгораживали Заурбека от всего, что отвлекало от главной цели. Все сейчас действуют: Пащенко, Алешин, Николаев, Задворнов, Каров, оперативники из милиции, Дзамат, и только он, Пикаев, безвылазно сидит в кабинете и думает, думает до одурения…
Взгляд Заурбека снова обратился к схеме и остановился на группе соединенных между собой черточками рамок со словами «Пригород» — «Усатый» — «Аслан». Под «Усатым» подразумевался человек, который, по показаниям соседей, приходил к потерпевшим в пригороде незадолго до налета на их дом и предъявлял хозяйке какое-то удостоверение, после чего она и впустила его во двор. Этот факт наталкивал на мысль, что «Усатым» может быть человек, по роду своей работы обслуживающий бытовые нужды населения и могущий быть для бандитов наводчиком. Добровольные помощники милиции, снабженные словесными портретами «Усатого» ворошили уже личные дела сотрудников домовых служб города и села.
Прояснилась уже ситуация и с Асланом — кучером председателя артели. Жеребца и линейку у него угнали, но только не подростки, вне сомнения. Жеребец с линейкой появился на улице, где жил кучер, в четыре часа ночи. Вид у жеребца был загнанный: он дрожал, на морде белела высохшая пена. В милицию Аслан не заявил — не любитель он таких дел, но дал себе слово, что больше ни на минуту не оставит жеребца с линейкой без присмотра за воротами своего двора.
Следственная группа установила наблюдение за теткой Резо — Зинаидой. Допрашивать сейчас Зинаиду было нельзя, племянник, если явился сюда и она имеет с ним связь, догадается, что его прошлое раскрыто, и, попросту говоря, даст чесу.
Зинаида каждый день ходила на огород-корчевку, в подлеске, где у нее был посажен картофель, и время как раз такое, когда картофель копали (еще не на зиму). Оказалось, что поблизости находился и огород Арсентия.
 
Пикаев вспомнил бурную сцену в своем кабинете, которая закончилась минут за десять до появления у него Задворного и Карова.
Капитан свел Арсентия с Костасом, потому что Арсентий всячески отрицал свой особый интерес к личности Котэ Долидзе. Спокойные, внушительные, подтвержденные множеством мелочей из визита Арсентия в фотоателье показания Костаса вынудили все-таки Арсентия признать, что он интересовался в ателье именно фотографией Котэ Долидзе. С помощью Арсентия было раскрыто убийство Вахтанга. Оказывается, Арсентий провел свое расследование этого преступления. Родственники убитого сказали ему, что Вахтанг вернулся из Грузии с важной новостью: проезжая через горное село, он видел Котэ Долидзе и намеревался обязательно сказать об этом «бедной сироте» Резо. Почему родственники убитого скрыли этот факт от официального расследования? Боялись, что «змееныш» убьет еще кого-нибудь, а покойного уже не вернешь. Арсентий, как, впрочем, и остальные, был уверен, что Резо убил Вахтанга, чтобы тот не разболтал о Котэ, а потом бежал, быть может, к тому же Котэ. Если бы Вахтанг назвал село, где он увидел Котэ: в Грузии оно или в Осетии, большое или маленькое, придорожное или в глубине гор…
Теперь уже можно довольно достоверно выстроить преступную биографию Ягуара. Надо полагать, что Вахтанг, на свое несчастье, все-таки сказал Резо, где он видел Котэ, и Резо, спасая дядю от разоблачения, убивает Вахтанга и бежит к Котэ. Какое-то время он живет в лесу, по всей вероятности, открывает тогда и пещеру, где потом скрывался со своими сообщниками после дезертирства. Еще в те времена, до войны, Резо, конечно же, хорошо изучил окрестности пещеры и нашел скрытый путь по, казалось бы, непроходимому склону горы в соседнее ущелье. Волею судьбы во время войны он со своей частью попадает в знакомые места, находит Котэ, который продолжает скрываться под личиной лесника Габо, сообщает ему, что намерен дезертировать, Габо готовит племяннику убежище в пещере: обустраивает ее кое-каким хозяйственным инвентарем, доставляет в пещеру воду, пищу, свечи… В одну из таких ходок лже-Габо настигает по дороге инфаркт миокарда, и он умирает. Поэтому тело его находилось достаточно близко от пещеры… Что касалось остальных обстоятельств: убийство Гурама, возможность связи дезертиров с диверсантами, характер их взаимоотношений, убийство лейтенанта Попова и все остальное, что было у Ягуара после побега из лагеря, оставалось пока в области самых приблизительных и ничем не подтвержденных предположений.
О Долгове опергруппе удалось узнать, что на четвертом году отбывания срока заключения он был тяжело ранен в лагерной потасовке между заключенными и умер в тюремной больнице.
Заурбек открыл сейф, сложил туда документы. Сегодня он к ним уже не вернется. Если точкой отсчета времени начала работы оперативной группы считать прошлое воскресенье, когда была осуществлена первая фаза операции «Контакт», то сегодня заканчивались уже четвертые сутки. С понедельника на вторник бандиты устроили резню в пригороде, со вторника на среду — на улице Маркуса, и пока они оставались неузнанными и неуловимыми.
Пикаев очень рассчитывал на группу Пащенко. Их работа обещала дать серьезные результаты.
…Пащенко сидел за столом, в квартире Григория Афанасьевича Абова. Здесь же находились Задворнов, сержант из милиции Каров и понятые — муж и жена, соседи хозяина дома.
 
Задворнов закончил составлять протокол осмотра дома, дал подписать его понятым. Те подписали и ушли.
Ничего криминального в доме не обнаружено, но самое обидное, что здесь не оказалось и хозяина дома, инспектора-пожарника добровольного пожарного общества. Еще его можно назвать Гошей и «Усатым» — это одно и то же лицо. Гошей зовут его девицы, которых приводил сюда Будзи, а в деле по ограблению в пригороде Абов значится как «Усатый».