Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Питер с удивлением посмотрел на своего патрона:
— Ты угадал, Гордон: Чамберс Льюистон! — бывший офицер МИ-6. [336] У него по сей день много знакомых среди сотрудников МИ-5 [337] и МИ-6.
— Прекрасно. Я займусь им после того, как легализуюсь. А пока продолжай изучать второго кандидата и подбирай третьего. А сейчас, — Лонсдейл посмотрел на часы, — отведенное нам по сценарию время для встречи уже истекло. В следующий раз я звоню вам по телефону в офис на Стрэнде, называюсь Арнольдом и интересуюсь новыми поступлениями исторических фолиантов. Вы говорите, что кое-что поступило. Тогда я спрашиваю: «Когда к вам лучше подъехать?» Вы называете дату, но встреча должна состояться не в этот день, а на другой, в шестнадцать ноль-ноль у северо-восточного угла магазина «Би-энд-эйч» на Оксфорд-стрит. Если у меня вдруг возникнет необходимость срочно встретиться с вами, то я сам называю время и место…
— О’кей.
* * *В тот день, когда должна была состояться вторая встреча с Крогерами, в Лондоне с утра моросил мелкий холодный дождь и все вокруг было тусклым, серым и неприятным. Увидев подходивших к магазину «Би-энд-эйч» Питера и Хелен, Лонсдейл встретил их и, чтобы не мокнуть под дождем, пригласил в безлюдный торговый зал.
— Я недавно побывал в районе вашего проживания, — начал беседу Гордон, — и удивился, как много времени вы затрачиваете на дорогу до своего офиса на Стрэнде. Наверно, неплохо было бы вам купить себе машину, — порекомендовал он.
Крогеры с улыбкой переглянулись: они сами давно мечтали об этом.
— Машина нам, конечно, нужна, — согласился Питер. — И не столько для экономии времени на дорогу, сколько для транспортировки книг.
— Так в чем же тогда дело?
— В фунтах стерлингов, — улыбнулся Питер.
— Фунты будут, — с обычной уверенностью ответил Бен. — Ну, а как у вас складываются взаимоотношения с соседями?
Питер перевел взгляд на Хелен и как-то небрежно бросил:
— Эго скорее по ее части, пусть она и ответит.
— Я спрашиваю вас об этом потому, что вы должны знать: самое лучшее прикрытие для нелегала — это соседи и знакомые.
Хелен доброжелательно улыбнулась:
— Неужели вы думаете, что я не умею наводить мосты с соседями?
— Но я, например, знаю, что подружиться с англичанами непросто.
— Да, это так. Но первую крепость я взяла сравнительно легко. С семьей Сбчей, проживающей в доме напротив, мы подружились сразу. Я часто захожу к ним, они бывают у нас, особенно их четырнадцатилетняя дочь Гей. В доме номер сорок один к нам хорошо относятся супруги Спунеры… Так… Кто еще?.. А, Уиллеры!.. Сначала они, правда, не очень хотели дружить с нами, но потом, когда узнали, что мы выходцы из другой страны, их отношение к нам изменилось сразу. В лучшую сторону, разумеется… Нашли мы также общий язык и с итальянцами из дома номер тридцать девять…
Хелен сделала паузу, задумалась. Потом, словно вспомнив что-то, продолжила:
— Вообще-то наш район Руислип намного демократичнее других районов и предместий английской столицы. Наверно, потому, что проживают в нем в основном выходцы из других стран, и новичков принимают намного лучше, чем в каком-либо другом районе Лондона.
Бен обратился к Питеру:
— В сумке, Пит, которую ты сейчас возьмешь у меня, есть все, что потребуется вам для изготовления микрограмм. [338] В банке из-под талька — приспособление для чтения микроточек. Все это вы должны сегодня же обязательно спрятать в надежном тайнике. Итак, вы берете сейчас с пола мою сумку, а я — вашу. Надеюсь, она не пустая?
— С пустыми не ходим, — засмеялась Хелен. — В сумке пирог, завернутый в пергаментную бумагу. На бумаге — тайнописный текст: характеристики Чамберса Льюистона и данные на Печника из военного ведомства.
— Спасибо вам большое за пирог… И за Печника тоже, — шутливо обронил Бен. — В следующий раз встретимся через две недели у театра «Олд Вик» или у вас дома. [339]
С этими словами он распрощался и вышел из магазина.
Из воспоминаний Гей Сёч
Когда Питер и Хелен поселились в соседнем с нами коттедже, мне было четырнадцать лет. Особенно запомнилась Хелен. Она была для всех нас существом, доселе невиданным: носила узкие брючки в обтяжку, чего английские женщины пятидесятых годов никогда себе не позволяли и считали это даже непристойным. Но Хелен есть Хелен. Она могла не стесняясь, по-мальчишески, свистеть на всю улицу, все невольно обращали на нее внимание, а ей хоть бы что. Она была экстравертом, похожим на шумного, энергичного мальчишку-сорванца. Экстравагантная, не похожая на женщин нашей улицы, она как-то сразу стала для меня, несмотря на большую разницу в возрасте, незаменимым взрослым другом. Я доверяла ей свои девичьи тайны, которые даже матери никогда бы не доверила.
Она также дружила с моей матерью, часто заходила к нам, дарила по праздникам подарки, угощала вкусными домашними печеньями и никогда при этом не касалась политических вопросов. Как будто ничто ее в этом мире, кроме домашнего быта и обычных женских сплетен, не интересовало.
Хелен всегда была для меня женщиной-загадкой. С ее способностями перевоплощаться, как выяснилось позже, она могла бы стать неплохой актрисой.
Питер совсем другого склада. Он необыкновенно мягкий человек Нежный и вежливый. О таких обычно говорят: мухи не обидит. Он походил больше на кабинетного ученого-философа, чем на коммерсанта в книжной торговле. У него, сколько помню, всегда были какие-то идеи, он всегда много философствовал, когда приходил в наш дом. С мамой он мог часами обсуждать висевшие на стенах картины английских художников или произведения литературы.
Нам тоже нравилось бывать в гостях у Крогеров. Они умели делать все хорошо, искренне, от души. Именно эти качества и позволили им подружиться со всеми своими соседями. И что удивительно, они так легко и непринужденно вписались в руислипское общество, что никому и в голову не могло прийти поинтересоваться, откуда они появились в нашем графстве Миддлсекс. Впрочем, эта вот эксцентричность характеров Крогеров позволила им так же легко войти в среду лондонских книготорговцев.
Только потом, спустя несколько лет, мне стало понятно, почему Крогеры, никогда не увлекавшиеся игрой в крикет, постоянно ходили на матчи между владельцами книжных магазинов и их служащими. Ходили не для того, чтобы поболеть за кого-то или попробовать себя в какой-нибудь команде, а для того, чтобы утвердиться в книжном бизнесе, который, как оказалось потом, был нужен им для другого, более важного, только им известного дела. Да и кто мог подумать тогда, что у Хелен и Питера было две жизни — одна ролевая, которая проходила на наших глазах, а другая — настоящая, глубоко спрятанная от чужих глаз…
* * *Из материалов дела № 13 676 (том 13)Совершенно секретно.
Москва. Центр, т. Андрееву (лично). [340]
Отправлена из Лондона 29.10.56.
Время отправления 18 час. 29 мин.
Снятие копий воспрещается.
Шифротелеграмма № 637/54Организация прикрытия «Дачников» [341] завершена. Приступили к выполнению второго этапа легализации. Книготорговая фирма «Эдип и Медея» выглядит вполне солидно, но при этом им пришлось пойти на непредвиденные затраты, связанные с ремонтом и приобретением мебели для офиса. Кроме того, для транспортировки книг им нужна машина, а для этого тоже необходимы деньги.
Просим доставить в Брюссель «Астру» [342] и расписание работы на ней.