ТриНити (СИ)

«В покое она меня не оставит», — подумала Аля, попытавшись улыбнуться маме, но крепко стиснутые зубы не добавили улыбке искренности.
Мама, заметив Алино раздражение, с восторженно-хвалебного тона перешла на обвинения и упреки. И ничего-то Аля не ценит, и заботы о себе не видит.
Мамины щеки уже окрасились ярким румянцем, а глаза лихорадочно заблестели. Выхода нет. Придется уйти из дома.
Кажется, Аля впервые в жизни не стала ничего выдумывать. Она молча, прямо при маме оделась, собрала рюкзак и, не отвечая ни на какие вопросы, направилась к выходу. Лидия Андреевна бросилась ей наперерез:
— Почему ты так себя ведешь? — мама тяжело дышала, ее голос дрожал от негодования.
— Как? — Аля, напротив, была абсолютно спокойна. Она как будто наблюдала весь этот разговор со стороны. Ни одно мамино высказывание ее не трогало.
— Ты игнорируешь меня!
— Что ты, мама. Я все утро тебя слушаю, — Аля продолжала обуваться.
— Тогда почему ты так себя ведешь? — Лидия Андреевна почти перешла на визг.
— Как? — Альку стал забавлять этот разговор.
— Ты уходишь!
— А почему я не могу уйти, мама? — Лидия Андреевна хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Алька выпрямилась и смотрела ей прямо в глаза. — Так почему, мама?
Ответа не было. Аля обошла ее и вышла из квартиры.
Наверное, она должна была плакать или дрожать от негодования, но нет — на душе было удивительно спокойно. Мамины слова не достигли цели — ни капли не задели ее. Аля чувствовала, что перестала жить по странному, навязанному ей сценарию, и наконец-то сама принимала решения. Только вот слегка щемило в груди: ей было грустно. Ведь с каждым днем становилось все яснее, что мама ведет какую-то игру, и Али среди выигравших не будет. Она чувствовала себя скорее разменной монетой. Что ж, может, действительно, временная разлука пойдет на пользу.
О! А вот и занятие себе придумала. Надо бы сходить в спортивный, купить кое-чего для поездки. Аля посмотрела на часы: до звонка Веры еще почти час. Она успеет добраться до ближайшего торгового центра, а там и вай-фай хороший. Аля вздохнула, приосанилась и направилась к метро.
* * *
— Ну, ты готова к колдовству и ворожбе? — Вера понизила голос и растянула гласные на манер средневекового привидения.
— Готова, готова.
Аля устроилась на маленьком диванчике в глухом углу торгового центра. Вокруг были только ювелирные бутики и какая-то супер-дорогая косметика. Тут и в выходные-то народу немного, а в будни так вообще никого. Девушка подключила к телефону наушники, скинула туфли, подобрала под себя ноги и с улыбкой посмотрела в экран телефона.
— Че эт ты не дома? — недаром же Вера была фотографом. Сразу заметила обстановку вокруг подруги. Но Але не хотелось пересказывать утренние события. И как можно более непринужденным голосом она выдала:
— Решила прикупить кое-что к отпуску!
— К отпуску?
— Ага. Еду на Алтай.
— Ого! Так. Сейчас сеанс черно-белой магии, а потом не смей вешать трубку! Я хочу знать подробности!
Губы Али растянулись в довольной улыбке, но на экране появилась темнокожая женщина с пестрым платком на голове, и Алька попыталась сделать серьезное выражение лица. Почти получилось. Секунды на две. Потом женщина сама улыбнулась Альке настолько обезоруживающе, что та улыбнулась в ответ. Женщина захохотала и что-то стала говорить Вере, бурно жестикулируя. Вера кивала и поддакивала.
— Аля, — Вера повернулась в монитор, — это Ваян. Она умеет видеть линии судеб.
— Угу, — Аля старалась быть серьезной, но выходило с трудом.
— Так, не ржать! — скомандовала Вера. — Сейчас попробуешь очистить свое сознание и настроиться на Ваян.
— Как настроиться?
— Ну как, как будто ты — приемник.
— Ты это серьезно? — Аля не выдержала и захохотала.
Ну что ж, по крайней мере, это гадание добавило ей хорошего настроения и пару лет жизни, если верить знаменитой поговорке.
 
— Так, ладно. Я дала Ваян твой браслет. Ну, точнее, мой, но из тех, что сплела ты.
Аля увидела в руках у балийки браслет из когда-то разноцветных ниток. В каком классе она его сплела? В шестом? Седьмом? И Верка до сих пор его хранит?! И эта скотина Андрей Евгеньевич уверял ее, что она никому не нужна! Аля помрачнела.
Ваян перебирала в руках браслет, как четки, и вглядывалась в лицо девушки. Балийка сдвинула брови в одну линию, прищурилась и что-то затараторила на ломаном английском, повернувшись к Вере.
— Говорит, что нить твоей судьбы тесно переплетена еще с двумя судьбами, — переводила ей подруга.
— Одну нить ты уже встретила, — продолжала Ваян. — Мужчина.
— Который? — усмехнулась Аля.
— Их двое около тебя, — вполне серьезно продолжала Ваян с помощью Веры, — оба на тебе жениться хотят. Выберешь правильного — счастлива будешь. Будешь жить в любви и достатке. Выберешь неправильного — погибнешь.
— О как! — лицо Али вытянулось. — А как выбрать?
— Слушай свое сердце, — балийка водила пальцем у монитора, как будто хотела подсказать Але, где ее сердце. — Слушай себя, а не других.
Аля подумала, что даже знает, кто эти «другие». Точнее, «другая».
— Ладно, с мужчинами разберемся, а что со снами?
Ваян нахмурилась и замолчала. Долго молчала. Прокрутила браслет в руках раз пять. Наконец, повернулась к Вере. Она была обеспокоена и как будто смущена:
— Вторая нить, с которой ты связана — не в этом мире.
— В смысле? — Алька опешила. — Мертвец что ли?
— Нет-нет, — балийка испуганно замотала головой. — Живой, живой!
— А как так? — Аля ничего не понимала.
Балийка затараторила, активно размахивая руками. Вера хмурилась. Казалось, она не понимает, как перевести то, что ей пытается объяснить темнокожая гадалка. Наконец, Вера заговорила.
— Она говорит, — Вера с недоверием покосилась на гадалку, — она говорит, что эта нить судьбы не из нашего мира. Что эти сны — это не сны вовсе. Она тут что-то распиналась про множество миров, злых и добрых духов. Муть какая-то. В общем, если переводить дословно, получается, что ты должна эту нить привести в наш мир.
— Ребенка, что ли, родить?
Вера перевела. Гадалка отрицательно закачала головой.
— Нет, говорит, — продолжила Вера с сомнением в голосе. — Дети, говорит, это другое. Именно приведешь дух в наш мир, и это будет правильно. Ну, она так говорит.
— Вот как.
— Ой, да не бери в голову, — Вера не стеснялась гадалки. Та вряд ли говорила по-русски. — Самое ценное, что она сказала — слушай себя, а не других! Вот.
— Она еще что-то хочет мне сказать?
Вера перевела вопрос.
— Угу, говорит — не бойся верить в чудо.
— Угу. И в Деда Мороза, — Аля была полна скепсиса.
— Я сейчас от нее выйду и тебе позвоню.
Аля закрыла видеочат и вздохнула. Ну что за муть. Привести в этот мир дух. Этого ей еще не хватало, спустила ноги с кресла и обулась. А чего она ждала? И вообще, она собралась кроссовки себе покупать.
Разнообразие моделей спортивной обуви отвлекло Алю настолько, что она и забыла об обещании Веры перезвонить. Вздрогнула, когда раздался звонок.
— Слушай, не бери в голову, — начала Вера без дополнительных приветствий. — Эти гадалки все такие: общие обтекаемые фразы, ясно, что ничего не ясно, а итог один — предсказание сбудется на пятьдесят процентов.
— Это как?
— Ну как! Или сбудется, или не сбудется. — подруга декламировала стары анекдот таким бодрым голосом, что Алька снова заливисто расхохоталась.
— Ты чего там делаешь? — Вера, как и все женщины, была любопытна. И она четко видела, что Аля в магазине.