Дорогая, я не изменю(сь) (СИ)
– Ты потом заскочи к Людмиле Палне, я там для тебя подарочек оставила. Хотела подарить куклу вуду, но подумала, это лишка.
– Вуду? – переспросила я.
– Вуду, вуду! По имени Герман, – хрипло рассмеялась крестная. – Чтоб ты у нее первым делом бубенчики отрезала.
– Теть Надь… Опять вы за свое.
Поболтав еще пару минут, я попрощалась с любимой крестной и отправилась будить мужа на завтрак.
Потом, пока я прихорашивалась в спальне, Герман сбегал за цветами и, вручив мне букет, теплым поцелуем поднял и без того прекрасное настроение.
– А основной подарок ждет тебя за ужином, – подмигнул он.
«Ох, Элька, Элька… И зачем я выведала у нее о сюрпризе? Теперь никакой интриги. Но… а с другой стороны, браслет браслету рознь, верно? Буду фантазировать, какой именно меня ждет сегодня».
Пока Гера побежал до машины, чтобы взять оттуда какую-то папку, я первой села на заднее сиденье джипа.
– Здравствуй, – улыбнулась я Владу.
– Привет, Поль, – обернулся он. – С Днем рождения! – И совсем неожиданно вручил коробочку размером со спичечный коробок, перевязанную красным бантом.
– Что это? – смущенно улыбнулась я.
– Открой, когда будешь одна, ладно? – подмигнул он, и повернулся обратно к рулю.
Гера сел в машину, я быстро сунула подарок в карман пальто и поставила на колени две коробки с тортами.
* * *День выдался чудесным. Даже погода поздравила меня с днем рождения: до вечера в окна нашего кабинета светило солнце и небо было чистое-чистое, словно уже наступило лето.
Вес рабочий день я принимала поздравления от сотрудников. Девчонки из отдела продаж подарили огромный букет цветов и сертификат в отдел парфюмерии. Бухгалтерия порадовала бутылкой хорошего вина, менеджеры презентовали корзину с различными сортами чая.
Но главный подарок еще впереди.
– Что заказала на ужин? – спросил Гера, когда мы поднимались в лифте.
– Морепродукты, итальянскую пасту и пару салатов. Как раз через полчаса должны привезти.
Чтобы не упыхаться с ужином и не садиться за стол выжатыми как лимон, мы с Герой решили заказать еду в ресторане.
«Надену черное платье с глубоким вырезом, замшевые туфли, заодно испробую туалетную воду, что купила в Сочи», – с улыбкой планировала я.
– Кстати, ты еще не говорил Макарову, что его девушка перейдет в отдел бухгалтерии?
– Ну, сегодня было как-то не до этого, – усмехнулся муж. – Весь день – сплошной праздник.
– И то верно, – хохотнула я. – Вале я уже позвонила, и ты знаешь, она сходу откликнулась на мое предложение. Вот только сможет выйти не раньше чем через три недели, так как ее ребенок еще только привыкает к садику.
– Ну вот… – недовольно вздохнул Гера, и вставил ключ в замочную скважину. – И начнутся у этой твоей Вали бесконечные больничные.
– За это не стоит переживать. Людмила Павловна на пенсии, так что все больничные и посиделки с внуком возьмет на себя. Люба пусть пока хоть что-нибудь поделает эти три недели, а как только Валя выйдет, отправится в бухгалтерию.
* * *Все готово: еда из ресторана разложена по тарелкам и украшена зеленью, играет легкая романтическая музыка, горят свечи и… мой вечерний образ тоже полностью завершен. Осталась только вишенка сверху.
Я воткнула в пучок заколку в виде бутона розы, покрутилась перед зеркалом, подмигнула своему отражению и, звонко цокая каблуками, вышла из спальни.
Герман сидит в центре стола такой красивый! На нем белая рубашка, темно-синий галстук, волосы уложены гелем.
– Ты прямо джентльмен, не иначе! – смущенно улыбнулась я и села напротив мужа.
В бокалы полилось вино, по моим венам разлилось тепло от предвкушения подарка и благодарности за него, которую получит этой ночью муж.
Герман встал, поднял бокал. Я выпрямилась, глядя на него снизу вверх.
– Милая, сегодня в нашей семье замечательный праздник – твой день рождения! – взволнованно сказал он. – В общем, ты знаешь, как я не люблю все эти длинные речи, так что давай сразу к делу.
Гера расправил плечи, уверенно прочистил горло.
– Я долго думал, что тебе подарить, и… Минутку!
Он сбегал в прихожую и вернулся с коробочкой, перевязанной белым бантом.
– Надеюсь, тебе понравится, – с улыбкой сказал он и вручил подарок.
Под треск свечей и нашу любимую песню Стинга Shape of my heart я беспокойными пальцами развязала бант, открыла коробочку и…
И все вокруг накрыло густым туманом. Накрытый стол, свечи, Герман – исчезло абсолютно все.
Остался только билет на концерт в филармонию, лежавший на дне коробки, и сумасшедший стук моего сердца.
Глава 15. Удар под дых
Гера
– …П-полечка, что с тобой? – хрипло спросил я, пытаясь понять: куда так резко испарилось ее праздничное настроение?
Неужто не угадал с подарком? Она же так хотела пойти на этот концерт…
Но увидев билет в филармонию, Поля ни с того ни с сего стала белой, как скатерть, ее плечи покрылись мурашками, губы задрожали.
Подняв на меня влажный взгляд, жена надломленным голосом вымолвила:
– Билет, значит?.. – вымученно улыбнулась Полина. – В филармонию… М-м…
Придерживаясь за край стола, она встала со стула, пошатываясь, подошла ко мне, пристально посмотрела в глаза и по ее щекам скатились слезы.
– А браслет ты кому подарил?
Удар под дых.
В солнечном сплетении резко сдавило, в горле намоталась колючая проволока, я растерянно заводил взглядом по кухне.
– П-поль, я… – И в следующую секунду от стен кухни отскочил звонкий хлопок от ее пощечины.
– Сволочь! – прокричала она мне в лицо и смахнула со стола бокалы. – Скотина! – еще один взмах руки и на пол полетели ваза с цветами и тарелки с едой.
Жена, сверля меня гневным взглядом, попятилась назад, рывками сняла с ног туфли, швырнула ими в меня и, громко всхлипывая, быстро пошагала в коридор.
– Убирайся из моего дома, Степанов! ПОШЕЛ ВОН! – крикнула она, и я вздрогнул от хлопка двери в спальню.
«Вот черти полосатые! – Я вцепился трясущимися пальцами в волосы и до боли сжал их у корней. – Откуда она узнала про этот браслет? Ну откуда, ети ж твою мать, она про него узнала?!»
«Так, Гера, спокойно, спокойно… Возьми себя в руки. – Я набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул. – Давай же, придумай что-нибудь, и как можно резче!»
Вжав ладони в подоконник, быстро покусал изнутри щеку.
«Потерял? Украли? Сломался? Ети ж твою налево!» – взревел я от безысходности.
Если б знал, откуда она узнала про браслет, точно нашел бы способ выкрутиться.
Я принялся мерить шагами кухню.
«Она в курсе, что я уже купил браслет, или просто знает, что собирался его купить?»
И тут пятку левой ноги внезапно пронзила адская боль.
– Да чтоб тебя и этот проклятый день! – Сжав губы и поморщившись от боли, достал из ноги осколок от бокала.
Снял окровавленный носок, швырнул его в занавеску, пропрыгал на одной ноге к ванной комнате и в этот момент распахнулась дверь спальни. Оттуда вылетел мой чемодан и с грохотом шмякнулся на ламинат.
– У тебя ровно три минуты, Степанов! ТРИ!
Поля, растрепанная и в перекошенном платье, вышла в коридор. Ее плечи быстро поднимались от частых вдохов, лицо злющее, глаза метали в меня молнии.
– Пока я была в Сочи, да? Или раньше? Давай, Степанов, скажи мне, когда ты ее нашел? – пропыхтела она, сдувая со лба челку.
Все еще не найдя приличного оправдания, я приложил ладонь к напряженной груди.
– Поль, давай ты сначала остынешь, и я тебе все объясню.
Через боль ступив на ногу, прохромал к ней и выставил вперед ладони.
– Милая, ты же все не так поняла, я…
– Не подходи ко мне! – нервно замотала головой жена. – Не притрагивайся!
И оттолкнув меня, вбежала обратно в спальню и распахнула шкаф.
– Я ему душу! – из шкафа вылетела моя рубашка. – Я ему место за директорским столом! – полетели брюки. – Я ему квартиру! – теперь свитер приземлился на комод. – Детей от него хотела! – взвизгнула Поля, и я едва успел увернуться от летящего пиджака.