Это любовь (ЛП)

Джексон до сих пор обхватывает мои запястья. Его руки теплые и большие, и впервые за долгое время у меня внутри все трепещет. Это приятное чувство. Знакомое. Чувство, по которому я скучала, когда не спала. То, что я не должна испытывать, пока бодрствую.
Я улыбаюсь Джексону и медленно освобождаю свои руки из его нежного захвата. Он отпускает меня, игнорируя мой неожиданный дискомфорт от его прикосновения, и снова откидывается на спинку скамейки.
— Ну, может быть, я мог бы воспользоваться услугами человека, который показал бы мне все кругом. Покажи мне новые крутые места, которые появились здесь, пока меня не было.
— Ох, уверена, есть люди и получше меня, которые смогут тебе все тут показать. Я сама едва выхожу, и не знаю никаких новых модных мест, — отвечаю я, взмахнув рукой, отлично осознавая, как скучно звучит моя речь.
На секунду его взгляд опускается на мои губы, а потом наши взгляды встречаются.
— Это даже лучше. Мы можем изучить их вместе, — отвечает Джексон, его голова наклонена на бок, и он наблюдает за мной.
Может, пришло время быть честной. Сказать ему, что я польщена, но...
— Джексон, я не ищу...
Он прерывает меня:
— Джакс.
— Что? — спрашиваю я.
— Зови меня Джакс. Только бабушка до сих пор называет меня Джексон, и то только после того, как я сделаю нечто очень плохое. — Он подмигивает мне.
Я смеюсь и качаю головой. Из-за игривого поведения Джексона, мне тяжелее отклонить его предложение.
— Не уверена, что я правильный человек для...
— Чего? — Он приподнимает бровь. — Чтобы завести нового друга?
Хлопнув в ладоши, он начинает потирать руки друг об друга, будто придумывая план.
— Как это вижу я: после того, как ты познакомилась и узнала Дилана, твой моральный долг не бросать меня с ним, как с единственным другом.
От этих слов я смеюсь.
— Моральный долг? — переспрашиваю я.
— Абсолютно, — отвечает Джексон. Знаю, он видит, что я сомневаюсь, и ненавижу, что меня это волнует. Он подталкивает меня в плечо. — Никаких условий.
Не знаю, что в нем такого, но рядом с ним я будто все время на грани, но одновременно ощущаю себя полностью расслабленной. Меня пугает и волнует это. А еще смущает.
— Конечно. Ладно. Друзья? — Я подчеркиваю последнее слово, чтобы убедиться, что мы на одной волне.
Джексон кивает и встает.
— Друзья.
А потом вытаскивает телефон из держателя на своем бицепсе и протягивает его мне.
— Введи свой номер.
Я беру его телефон и ввожу свой номер. Джексон смотрит на экран, проверяет, сохранился ли номер, и снова мне улыбается.
— Я тебе скоро позвоню, — обещает он, прощаясь.
Кивнув, я собираю со скамьи свои вещи и наблюдаю за тем, как он убегает. Сама же направляюсь в другую сторону, но уже на втором шаге начинает звонить мой телефон.
Неизвестный номер.
— Алло? — отвечаю я.
— Я же сказал «скоро», — слышу я на другом конце линии голос Джакса. Мгновенно осматриваю парк, надеясь заметить его. И так и есть. Он стоит вдалеке, прислонившись к дереву и скрестив ноги, наблюдает за мной. С такого расстояния сложно заметить, но уверена, он ухмыляется. И я борюсь с собственной улыбкой.
— Да, это довольно скоро.
Джексон смеется.
— Было приятно снова с тобой встретиться, Рэйчел. Поболтаем завтра, — заявляет он спокойно.
— Завтра? — переспрашиваю я, но он уже повесил трубку.
Я наблюдаю за тем, как он машет мне рукой, и второй раз разворачивается и убегает. В этот раз он не останавливается, и я, не отрываясь, наблюдаю за Джексоном до тех пор, пока он не исчезает из виду.
  
Глава 7
 
Я бодрствую с шести, и мой мозг перегружен. Груз, который давит на грудь, не дает возможности расслабиться или успокоиться. Даже дышать тяжело. Я думаю, не начинается ли у меня паническая атака? И от этой мысли паникую еще больше. Пот катится по моей спине, вызывая дрожь. Это нормально так сильно переживать о том, что я завела нового друга? Броски, перевороты и взбивание подушки не дают никаких ответов. Разочарованная, я подношу подушку к лицу и кричу в нее.
Мне нужно сделать что угодно, чтобы отвлечься от внезапного хаоса, в котором, я чувствую, сейчас находится моя жизнь. В такие моменты, как этот, мне жаль, что я не столь успешна в жизни, как на работе. Вчера с заказом на обед все прошло замечательно, так что этим утром мне нужно заняться всего несколькими делами.
Приподнимаюсь на локтях и оглядываю свою спальню. Каждый миллиграмм организованности, которая у меня есть — на работе, но не дома. Одежда разбросана по всему полу спальни, количество белья, которое надо выстирать, просто ошеломляющее. Когда я свешиваю ноги с кровати, ступни касаются пола, а также кое-какой обуви. Глядя вниз, вижу две непарные туфли.
— Ну, Рэйчел, — говорю сама себе вслух. — Ты хотела что-нибудь сделать.
После недолгого путешествия в ванную, убираю беспорядок, в который погрузилась спальня.
Целых два часа стирки, развешивания одежды и приведения в порядок обуви, и я впечатлена тем, чего достигла. Этого почти достаточно, чтобы мотивировать меня на уборку остального дома. Почти.
Когда начинает звонить городской телефон, я бросаю оставшуюся часть стирки, благодарная за отвлечение. Быстро взглянув на будильник, понимаю, что так рано в воскресенье может звонить только один из двух человек. Моя мама или Тесс. Я молюсь, чтобы это была подруга.
— Алло?
— Доброе утро, солнышко! — приветствует Тесс, ужасно бодрая для такого раннего утра. Полагаю, это значит, что их с Полом вчерашнее свидание прошло хорошо.
— Ну, не преуменьшай. — Слышу, как она хихикает на другом конце линии. — Хорошо, выкладывай. Как это было?
— Давай просто скажем, что я бы не возражала, если бы свидание все еще продолжалось.
— Ого, настолько хорошо? — я смеюсь.
— Настолько хорошо, — повторяет она. — Это чувствуется иначе.
Ее тон тоже изменился. Серьезнее, чем когда-либо, когда она говорила о парне.
Я сажусь за кухонный стол, ожидая услышать больше. Тесс дополняет рассказ несколькими деталями: куда они пошли на ужин, в каком баре выпили, как прошла поездка домой, как Пол проводил ее до двери. И хороший поцелуй на ночь.
— Ты не думаешь, что это странно? Только легкий поцелуй? Я имею в виду, в клубе все было как нужно, — спрашивает Тесс.
— Совсем нет. Он просто джентльмен, — успокаиваю я ее.
Тесс фыркает.
— У меня никогда не было такого. Возможно, я не узнала этот жест, — говорит она. — Как прошел твой вечер?
Я делаю глоток свежезаваренного кофе и тщательно выбираю слова.
— Ничего особенного. Пошла побегать в парк после работы. Наткнулась на Джексона Перри. Пришла домой, посмотрела телевизор и легла спать. Встала рано. Я планирую убраться в доме. Также думаю, что открыла в себе новую любовь к стирке. Есть в ней что-то такое ритмичное и повторяющееся, что мне нравится. Стираешь, сушишь, складываешь. Стираешь, сушишь, складываешь.
Проходит столько времени, что можно пять раз переплыть Миссисипи, прежде чем Тесс находит слова:
— Хорошо, две вещи. Во-первых, я называю полной чушью твою внезапную любовь к стирке…
— Неправда… — пытаюсь я спорить.
— И, во-вторых, — продолжает она, как будто я ничего не говорила, — ты просто случайно столкнулась с Джексоном Перри в парке?
— Да, в парке. Случайная встреча.
— Случайная встреча?
— Да.
— Интересно.
— Нет, неинтересно. Просто так случилось, что он живет на другой стороне, в одном из тех зданий. Он был на пробежке и увидел меня. Остановился, чтобы поздороваться. Полностью случайная встреча.
— Давай на минутку остановимся, чтобы я могла это представить: он был на пробежке — надеюсь, без футболки — увидел тебя, а затем просто подошел к тебе, чтобы поздороваться?
— Ты планируешь повторять все, что я скажу?
— Он был?..