Ледания и великий поход за шрампитулями (СИ)

Наконец перекус закончился. Он встряхнул принесенное мной плащик и зашел за спину, направляя заведенные мной за спину руки туда, куда положено. Встал спереди, помогая завязать поясок и повернул меня в сторону проявившегося зеркала на поверхности какого-то предмета мебели.
— Красиво, — протянула, поражаясь великолепию, глядящему из зеркала моими глазами. Даже прическа, созданная больным воображением, как по первой решила я, подходила наряду просто идеально.
— Надеюсь, — отвлек меня мужчина, протягивая мне искрящиеся туфли на высокой платформе, прорезанной насквозь узорчатыми отверстиями, ты умеешь ходить на каблуках.
И мы отправились в Межпланетный корпус стражей, на отчет о выполнении миссии Трампинрога.
Он оставил меня вместе с Чернышом в зоне отдыха. Как-то тропический сад с журчащим ручейком и трелями птичек, никак не мог поместиться в моем представлении за дверью между двумя стеклянными кабинетами. В кабинетах сновали сотрудники, а за дверью сад, с плетенными диванчиками, со столом, сенсорная панель которого выдала мне чашку кофе и миску с водой для шрампитуля. На панели было специальное меню с абрисом моего приобретения. Подумав, ткнула пальцем в что-то по виду мясное и водрузила миску перед довольно захрюкавшей мордой. Если Черныш будет накормлен, то я буду меньше бояться его страшных зубов.
Минуты складывались в часы, по моим ощущениям, но в какой-то момент меня вытянула из размышлений девушка в золотистой форме.
Искоса поглядывая на степенно шагающего рядом со мной шрампитуля, она сказала, что меня приглашают в зал совещаний.
С час мне задавали вопросы два парня в синих кителях, протоколируя мои ответы с помощью какого-то прибора, потом мне задавал вопросы смешной старичок, который был гораздо старше всех, кто встречался в этом здании. Он поводил вокруг Черныша какой-то рогатой штукой, уточнил происхождение шрамов, потер подбородок.
— А вы знаете, что у вас с вашим питомцев образовалась специфическая связь? — задал он еще один вопрос.
— Чем это она специфическая, — недобро прищурилась, изучая его попытки привлечь внимание Черныша.
— Ну, — протянул он, у нас шрампитули сами выбирают хозяина, существа эти редкие и хозяин, точнее сказать партнер шрампитуля, обычно обладает силой гораздо превышающей вашу. И я не имею в виду физическую силу. Скажем так, бывший начальник Трампинрога, Бруминранг обрел своего шрампитуля, если мне не изменяет память — год назад, с присвоением очередного звания. Да, возглавляя поимку одного очень нехорошего человека.
— Почему бывший? — задала вопрос из-за нехорошо царапнувшей информации.
Доктор, если правильно я определила род деятельности этого старичка, мигнул, — пытаясь понять, о чем я его спрашиваю, — Бруминранг погиб на задании, когда Трампинрог пропал.
— Скажите, коллега, — я так понимала, что в моем досье, которое на меня собрали предыдущие посетители, были указаны мои способности, — а с чем связан ваш интерес?
— Да с тем, милая барышня, что оперативники у нас исключительно мужчины и ваш шрампитуль пришёлся бы, как нельзя кстати. Есть такие вопросы, расследование которых только им и делегируют.
Он вздохнул, почесал лоб моего Черныша, — и Зефирчик пропал вместе с Бруминрангом. И у нас теперь одна дорога, ходить на поклон к самому Тирексанту. А он не любит, когда его питомца дергают и суют во все дыры.
— А вы женщина, — и так он протянул эту констатацию факта, что мне стало очень жаль. Не в смысле, что я почувствовала потребность поменять пол и все такое, мне стало жаль, что я своим полом огорчаю этого пожилого ученого.
— А можно я дам ему понюхать одну маленькую колбочку, — ну очень нужно! И он такими глазами посмотрел на меня, что я и не заметила, как кивнула.
Он выставил на стол металлизированный бокс, осторожно откинул крышку, достал пробирку, и под носом Черныша откупорил пробочку.
Черныш нюхнул, хрюкнул и заворчал, а потом так смачно пукнул, чуть не спровоцировав мой инфаркт.
На мои извинения доктор отмахнулся, упаковывая пробирку, — я так и знал, только шрампитули могут уловить одну молекулу запаха сваронов.
 
— Благодарю, — поклонился в мою сторону, — вы помогли раскрыть дело. И уже исчезая в дверях, проронил себе под нос, — ах как жаль, что вы не мужчина.
Минут через десять дверь открылась, и красавчик страж голосом моего мага промолвил, — на сегодня я свободен.
И я еле успела захлопнуть падающую челюсть.
Борода у Трампинрога отсутствовала полностью, непривычно голое лицо с квадратным подбородком, пухлыми красиво очерченными губами заставило мое сердце пуститься в галоп.
— А где это — и сделала жест вокруг подбородка.
— А, так борода — это отчет об операции, с нее наши вытянут столько всего, что я мог пропустить.
Аналитический отдел прогонит потом все это, с трехмерными проекциями, им работы хватит месяца на три.
— Куда мы теперь, — спросила я, когда мы шли к телепортационным капсулам. Трампинрог погрустнел.
— Нужно законсервировать жилье Бруминранга. Он погиб месяц назад.
Я кивнула, — я слышала, мне рассказал доктор.
— Вы были близки? — с одной стороны я не хотела лезть ему в душу, но все же посчитала правильным задать свой вопрос.
— Пожалуй, он стал мне отцом. Подобрал на пожаре, в котором сгорели родители, пристроил в хорошее воспитательное заведение, затем настоял на поступлении в Академию. Брал на выходные и каникулы, и несмотря на все возрастающую занятость находил время выслушать и дать совет. Это благодаря ему, я получил возможность стажироваться в корпусе стражей.
Мужчина замолчал. Я искоса посматривала на немного не привычное лицо, пытаясь проанализировать каким он нравится мне больше. То, что он достаточно молод стало понятно только сейчас.
— Знаешь, Ледания, это же благодаря ему, я познакомился с тобой. Точнее его шрампитулю. Зефирчик однажды пришел в его загородный дом сам, без телепорта и стал моим проклятьем, потому что выгул и часовые пробежки по парку, я воспринимал как каторгу. Я же не мог признаться Бруминрангу, что пропустил его выгул, а он отыскал меня за городом, высунувшись из кустов. Готовясь для внедрения в синдикат сваронов я отрастил бороду, вживаясь в роль излазил весь участок Бруминранга. Наблюдая за мной, он однажды хохотнул, — Трампинрог, ты что ищешь вход в кроличью нору?
Я изложил ему свою теорию, о том, что шрампитули ходят тропами по изнанке миров. Потому что ничем другим их перемещения объяснить нельзя. Он выслушал, принес мне мантию и сумку на колесиках. Сказал, что это подарок. Сумка с пространственным карманом была укомплектована всем необходимым для полноценной экспедиции. Мантия являлась лучшим плащом, подстилкой, водо- и грязеотталкивающей одеждой и, если надо портативной палаткой. Он сказал: «Мальчик мой, поиски всегда приводят к чему-то или кому-то, и я доверяю твоей интуиции, хотя сомневаюсь в выводах, которые ты сделал. Я дам тебе неделю, на подтверждение или опровержение твоей теории, а потом ты будешь внедрен в синдикат». И ушел, оставляя меня на неделю, свиснув своего шрампитуля.
Мы уже давно сидели возле вышки, похожей на ту, которую я рассматривала через окно. Скорее всего Трампинрог привел меня к ее подножью, чтобы прокатить на техническом лифте.
Выйдя на сто двадцатом этаже, подошел к двери, приложил ладонь и вошел в квартиру.
Черныш обнюхивал пространство, странно косясь в угол, где лежала подстилка и стояла миска.
Я смотрела, как он складывает личные вещи в большую коробку. Вот он снял с полки фигурку смешного животного, стоящего на задних лапах и окно, подернулось рябью и как на экране возникло лицо мужчины. Его нельзя было назвать старым. На вид лет сорок пять. С мягкой сединой, чуть припорошившей кончики черных волос. Выбритыми странными узорами висками, с лучиками морщинок, разбегающихся от уголков глаз.
 
— Трампин, если ты собираешь мои вещи, значит со мной что-то случилось! Прости, что не дождался тебя, но я верил, что ты завершись свои поиски, куда бы они не вели и вернешься ко мне, предъявить доказательства. Аналитики говорят, что несколько раз смогли засечь сигнал от твоей бороды, но не смогли расшифровать поступившую слишком отрывочную информацию.