Мечи и кинжалы (СИ)

Вспомнив про то самое наказание, Ревиаль нервно сглотнул.
Нет, он не дастся никому в лапы. Переждет в убежище, пока все не прояснится. Если Малиэль достигнет успеха, то все будет хорошо. Если же нет — что ж, как бы ни прискорбно было терять все, что у него есть, но собственная жизнь Ревиалю была дороже богатства и власти. Он сбежит — покинет Горьколесье, забрав с собой все, что сможет, и осядет где-нибудь на востоке. Там, где его наверняка не найдет ни Эристиния, ни ее дружки-демоны.
Когда он в очередной раз промакивал платком выступивший на лбу пот, экипаж внезапно вздрогнул и остановился. Ревиаль глухо выругался и выглянул в окошко. В ночном мраке разглядеть что-либо не представлялось возможным — казалось, кто-то намеренно погасил в окрестностях все кристаллы, перехватывающие и рассеивающие вокруг свет луны и звезд.
Ревиаль нервно сглотнул и постучал по стенке экипажа.
— Что за остановка? — спросил.
Плохое предчувствие волной накатило на льессара. Стиснув зубы он сжал рукоять меча у пояса и медленно потянул его из ножен. Снаружи было подозрительно тихо — словно весь десяток сопровождающих его воинов растворился в воздухе без единого звука.
Потянувшись к дверце Ревиаль медленно приоткрыл ее и выглянул наружу. Высунув голову, огляделся. Темно — ничего не видно.
— Эй! — окликнул воинов льессар. — Вы где, дармоеды проклятые?
Вместо ответа он услышал шелест, доносящийся сверху. Медленно подняв голову, Ревиаль столкнулся взглядом со светящимися в темноте янтарными глазами. Их обладатель словно из ниоткуда возник на крыше экипажа и теперь, поджав колени к груди и свесившись с ее края, взирал на льессара. Темные одежды и лицо, которое невозможно было разглядеть под надвинутым капюшоном, не смогли ввести Ревиаля в заблуждение. Благодаря одним лишь глазам он знал, кто перед ним.
Знал — а потому незамедлительно рванул из ножен меч и взмахнул им перед собой. Взмахнул неуклюже, потеряв равновесие и вывалившись из экипажа. Меч отлетел в сторону а сам эльф растянулся на земле. Торопливо пополз прочь спиной вперед, не сводя взгляда с темной фигуры. Одновременно заметил боковым зрением, как из тьмы вокруг выступают прочие силуэты, медленно окружая его. Теперь в том, какая судьба постигла его воинов, Ревиаль не сомневался. Как не сомневался и в том, что ожидает его самого.
— Ч-что вам нужно? — сбивчиво пробормотал он. — Деньги, да? Вам ведь за меня заплатили? Скажите сколько — я дам в два, нет, в четыре раза больше.
Фигура на крыше экипажа выпрямилась и спрыгнула на дорогу. Медленно приблизилась к бормочущему льессару, сверкая янтарными глазами. Тот замер на месте, боясь пошевелиться. Фигура присела и отбросила с головы капюшон. В полумраке Ревиаль разглядел тронувшую ее губы улыбку, от которой по его спине побежали мурашки.
— Ты никогда не сможешь дать то, что мне по настоящему нужно, — хрипло произнесла темная эльфийка Селена и одним точным ударом в челюсть вырубила льессара Дома Лилии.
***
В себя Ревиаль пришел лежащим на боку со связанными за спиной руками.
На голову ему натянули плотный мешок, сквозь ткань которого пробивался свет. В голове гудело, но это не помешало ему различить чьи-то глухие голоса. Решив не привлекать раньше времени ненужного внимания он едва заметно пошевелился, попытавшись устроиться хоть сколь-нибудь удобнее — стянутые веревкой запястья и рука, которую он уже успел отлежать, чертовски беспокоили эльфа.
Увы, его аккуратная возня не осталась незамеченной.
Чьи-то руки подхватили Ревиаля под мышки и вздернули, поставив на колени. Он покачнулся, едва не потеряв равновесие, но его вновь удержали. Сдернули с головы мешок. По глазам ударил свет ламп, вынудив смаргивать выступившие слезы. Проморгавшись, льессар огляделся — скромных размеров помещение, в котором он себя обнаружил, походило на какой-то склад. Мешки, ящики и стеллажи вдоль стен наводили именно на такие мысли. На этих самых мешках и ящиках располагались темные эльфы — с десяток, не меньше.
Рядом же с Ревиалем на коленях стояли его союзники — льессар Дома Земляники Гармиэль и льессар Дома Папоротника Норвидаль. Не хватало только Корвиэля и самого Малиэля для полноты картины, но они все равно находились сейчас за пределами Горьколесья.
 
Норвидаль держался собрано, бросил на Ревиаля короткий взгляд и только молча кивнул. Гармиэль же растянул в улыбке разбитые в кровь губы.
— Наконец-то ты очнулся, — пробормотал он. Судя по его окровавленному лицу он успел порядочно посопротивляться, прежде чем темные его скрутили. — Я уж думал они тебя насмерть убили.
— Что происходит? — прошептал Ревиаль, оглядываясь на пленителей. — Чего им от нас надо?
— Тихо, — спокойно произнес сидящий за столиком в углу темный.
— Да хер их разберет, — не обращая на него внимания сказал Гармиэль. — Напали по пути в резиденцию, воинов втихаря перебили а меня скрутили, вырубили и приволокли сюда. Потом Норвидаля привели и тебя приволокли. Лично я тут уже часов двенадцать, наверное…
— Я сказал — молчать, — тот самый темный встал со своего места и направился к Гармиэлю.
Льессар снова усмехнулся, с вызовом глядя на него.
— А то что? — нагло поинтересовался. — Снова ударишь связанного пленника, который не сможет тебе ответить? Жалкий трус — вы все жалкие трусы!
Темный молча подошел к нему и отвел в сторону руку, собираясь раскрытой ладонью наотмашь хлестнуть Гармиэля по лицу. Как вдруг дверь за его спиной распахнулась и Ревиаль услышал знакомый хриплый голос:
— Отставить, Данай.
Темный тут же опустил руку и отступил в сторону, пропуская вошедшую в помещение Селену. А следом за ней вошла та, кого Ревиаль здесь увидеть уж точно не ожидал.
— Вижу, вы все уже пришли в себя, — деловито произнесла Эристиния, уперев руки в бока и разглядывая стоящих на коленях льессаров надменным взглядом. Одета она была не в привычное платье, а в удобный мужской костюм для верховой езды. — Отлично. Значит, не придется вас лишний раз пинать.
Ревиаль, ощущая нарастающий внутри неприятный холодок, молча сглотнул враз ставшую вязкой слюну. Норвидаль оставался все таким же спокойным внешне и только Гармиэль не удержался и усмехнулся:
— О, Ваше Величество, какая встреча. Отрадно видеть, что вам удалось спастись от проклятого демона и вернуться к нам. А мы где, кстати?
Эристиния молча глянула на Селену и кивнула. Та пожала плечами и врезала болтливому льессару ногой в грудь. Тот глухо ухнул и растянулся на полу, завалившись набок.
— На вашем месте я бы молчала и слушала, господа заговорщики, — холодно проговорила Эристиния. — Сами понимаете, вашу судьбу в данный момент нельзя назвать завидной. Что бы вы с Малиэлем там не планировали, чего бы не пытались добиться и как бы сильно не были уверены в своем успехе — все это теперь несущественно. Прямо сейчас вашего лидера вместе со всем войском, которое он повел за собой в Край, стирают в порошок демоны. А ваши резиденции в данный момент берут штурмом союзные мне Дома, которые все это время только и ждали от меня приказа к действию. Большую часть своих сил вы ведь преподнесли Малиэлю для его самоубийственного похода, ведь так? Оставшиеся в резиденциях войска не смогут оказать должного сопротивления и падут уже к сегодняшнему вечеру. Или даже раньше. Зря вы добровольно разделили силы и не озаботились дополнительными резервами.
Ревиаль даже не подумал о том, чтобы заглянуть в собственную резиденцию — не дожидаясь, пока Малиэль поведет войско в Край, льессар тут же направился в свое тайное убежище, надеясь переждать там бурю. Так что он понятия не имел, говорит ли Эристиния правду. Но что-то подсказывало, что она вовсе не врет.
 
— По зову Малиэля льессары всех великих Домов Горьколесья явятся к трону в течение ближайших нескольких дней, — продолжала королева. — К тому моменту сам Малиэль падет а ваши резиденции будут взяты моими верными союзниками. Тогда то я и объявлю во всеуслышании об измене и предоставлю неопроваржимые доказательства — вас.