Сфера времени (СИ)
Для примитивного перегона она взяла два горшка такого размера, чтобы один легко помещался в другой. В больший налила камышовую брагу, а меньший, пустой, поставила вовнутрь так, чтобы жидкость в него не попадала. Сверху, вместо крышки, водрузила свой котелок со снегом. Место соединения обмотала мокрым полотенцем. Перегоняла на небольшом костре, постоянно следя, чтобы вода в котелке была холодная. В итоге из бочонка браги вышло чуть более крынки самогона.
— Эх, десятник. Ты не представляешь, какую ценность сейчас на тебя перевожу, — сетовала Фрося позже вечером, сжигая в пепел предварительно вымоченную в щелоке пригоршню сушеных водорослей. В условиях дефицита йода такое богатство прежней Яги было дороже золота. Понимал бы ещё кто. Пока водоросли горели, Ефросинья вспоминала последовательность опыта.
Когда-то давно отец показывал ей различные реакции и на их примере объяснял те или иные процессы. Иным образом школьный курс химии гуманитарному складу ума не поддавался. Самое яркое воспоминание было о получении йода.
В мензурку помещался спиртовой раствор золы морских водорослей и сера. Потом всё это нагревалось до получения фиолетового дыма, который оседал в виде темных блестящих кристаллов.
Стеклянных колб у Фроси не было, но фиолетовым полыхнуло шикарно. Кристаллы на стенках горшка тоже получились правильные, а вот что делать дальше, она не знала. Кинула маленькую темную чешуйку в налитый на ладошку самогон. Та сразу начала растворяться, окрашивая жёлтым. Руку запекло. Быстро смыла. «Ожогу быть», — расстроено подумала Ефросинья, потирая руку. Круглые глаза воинов, укладывавшихся на ночлег в избушке, тоже не добавляли уверенности в себе. «Надо разбавить водой, чтобы получился более слабый раствор. Но хранить и перевозить как, не понятно», — решила она и задумчиво посмотрела на десятника.
— Юра, мне твоя помощь нужна.
Воин с опаской подошел к столу. На виске красовались капельки пота, но простуда не имела к ним никакого отношения.
— Мне нужен маленький, — женщина свела указательный и большой пальцы, определяя размер, — плотно закупоривающийся кувшинчик.
Десятник отрицательно покачал головой, давая понять, что такого нет.
— А солоница подойдет? — подал голос молодой гусляр.
«Стоян», — вспомнила его имя Фрося.
— Не знаю, покажи.
Через некоторое время юноша принес небольшой, искусно украшенный белый цилиндр с деревянным донышком и пробкой. Ефросинья, к огромной своей радости, узнала солонку. Высыпала аккуратной горкой на стол соль, налила в ёмкость воды и потрясла. Ничего не разлилось. Провела пальцем по внутренней поверхности импровизированной бутылочки. Гладко.
— Подойдет. Только жидкость, что я налью вовнутрь, скорее всего, испортит кость.
— Тогда с Юры новая, — подмигнул парень.
Поэкспериментировав ещё с концентрированностью раствора, Ефросинья наконец получила то, что хотела. К этому моменту левая рука женщины была вся в желтых полосках и кляксах. Довольная собой она откинулась на стенку, и прикрыла глаза, позволяя интеллектуальной радости разлиться по телу.
Десятник во все глаза наблюдал за волшбой. Впервые он видел настоящую ведьму, которая без ритуалов, бормотания и потряхивания веточками творила такое, от чего волосы дыбом поднимались. Воин боялся даже представить, какую цену запросит ведунья за леченье.
Но женщина, сделав зелье из пурпурного дыма и огненной воды, просто протянула ему солонку и сказала:
— Держи. Мажь утром и вечером. Ешь всю зиму много квашеной капусты и моченых яблок. Прокипяти с бучей все рубашки да хорошо постирай остальные вещи. Чем у тебя постель покрыта?
Мужчина покраснел. Фрося поняла, что спросила что-то неприличное.
— Можешь не отвечать, но там, где спишь, всё надо или постирать, или заменить полностью, понял? Коня тоже мажь, пока не заживет.
Юрий всё понял и запомнил, он взял зелье и ждал цену. Но Яга ничего не требовала взамен. Тогда десятник снял с пояса свой нож и протянул ведьме.
— Прими в дар за леченье.
— Нет, — усмехнулась та. — Не вылечился ещё. Вот когда пройдет твой лишай, тогда приходи с подарками.
___
[1] Мы привыкли, видеть приветствие «Радуйся!» в произведениях о древней Греции. Однако оно сохранилось и в Византийскую эпоху, а после вместе с христианством перешло на Русь. «Богородице Дево, радуйся…»
[2] Олъ — др. — рус. пиво.
Futurum II
«Несмотря на то, что на атомном и субатомном уровнях мы научились обращать вспять слабые взаимодействия между частицами материи, и это в свою очередь сделало возможным механизм пространственно-временного перемещения, часть процессов еще до конца не изучена. Даже в лабораторных условиях материя, взаимодействие между частицами которой нарушено, ведет себя нестабильно. И чем больше временной промежуток, тем выше вероятность сбоя. В связи с чем я считаю преждевременным ставить проект на коммерческий поток».
Из докладной записки Григориана Суртаева, руководителя проекта по разработке и внедрению пространственно-временного модуля С-40
— Экспедиция запланирована на послезавтра, так как точкой прибытия я выбрала 21 червня 1199 г. Хочу выжать максимум из гранта, — завершила свой рассказ Фрося и ловко отрезала от рыбы небольшой кусочек. Нежное сочное мясо мягко огладило вкусовые рецепторы. Великолепно, пожалуй, не хуже гребешка на льду.
— А какая разница, когда отправляться? Это же машина времени! Задал параметры и всё, — Глаза Елисея горели в предвкушении, мысленно он уже был вместо второго родителя внутри сферы. Распутывал тайны прошлого, ввергал в ужас врагов, между делом спасая прекрасных дам (или кого там принято спасать у его поколения). Чудесный возраст, наполненный верой в себя и окружающий мир.
— Не всё так просто, — поддержал беседу Фросин отец. — Дело в том, что особенностью любого путешествия во времени является прокладка линейного вектора, длина которого строго ограничена. Связано это, насколько я понимаю, с огромной энергозатратностью.
Фрося удивлённо подняла взгляд на рассказчика. Её почти не интересовали физико-математические сложности работы модуля, а Тихомир, гляди, поискал, разобрался и теперь объясняет Елисею. Тот слушает внимательно, сосредоточенно, слегка нахмурившись.
— Если представить время, уходящее в прошлое в виде воронки, — тем временем продолжил мужчина, — а работу сферы времени в виде шарика, то совершенно не важно, как будет катиться шарик: горизонтально под небольшим углом, спускаясь по годам, или строго вертикально, пробиваясь сквозь столетия. Однако во втором случае день отправки и день прибытия должны совпадать. Иначе мощности попросту не хватит.
— Пар[1], а ты привезешь мне сувенир? — обратился к Фросе сын.
— К сожалению, дорогой, сфера исключает возможность любого контакта с объектом изучения. Можно только смотреть и слушать. Меня видно не будет, но и я буду словно призрак. Поэтому даже дотронуться ни до чего не смогу. Не говоря уже о том, чтобы взять на память. Но ты не переживай: если тебе на записи какая-то вещь приглянется, то ты мне скажи, мы в институте напечатаем тебе модель.
— Супер! — обрадовался пацан.
Дальше они представляли, как вскоре все соберутся опять, чтобы посмотреть файлы с экспедиции, и что на них увидят. Отец нахваливал ужин и с грустью в глазах шутил, что если его так будут кормить, то он готов каждую неделю пересматривать добытое дочерью видео.
Тихомир Айдарович жил один и питался в основном едой, распечатанной на пищевом принтере, поэтому домашней кухне был несказанно рад. Тем более, что его дочь прекрасно готовила. Но, похоже, главное было не это: глубоко пожилой мужчина страдал от одиночества. Его супруга двенадцать лет назад стала внеклассовым членом общества. Тесты показали устойчивый рост гормона «пассионарности», и в один солнечный день пришло уведомление о принудительном выводе из страты.