Брось мне вызов

Если бы не моя непростая ситуация с угрозой увольнения, пожалуй, я обеспокоилась бы тем, что подобная сцена разворачивается на моих глазах.
– Да ладно…
– Я сразу вижу, когда передо мной стоит прекрасная женщина, – говорит Рикки. Он разглядывает Миранду сверху вниз, слегка облизывая губы. – Господь явно знал, что делал нечто особенное, когда создавал тебя.
Миранда, того гляди, готова упасть в обморок от непристойных фраз Рикки, но Тиффани даже не удивилась.
– Убейте меня, – бормочет она, рыская по столу в поисках ножа для писем. – Вот, просто воткните его мне в уши, чтобы я больше этого не слышала!
Несмотря на мое беспокойство, я изо всех сил стараюсь не рассмеяться.
– Не думаю, что стоит заходить так далеко. Так ведь, Рикки?
– Конечно, конечно, – смеется Рики, подмигивая Миранде. – Ладно, позволь мне сопроводить принцессу Страйкер наверх, и я вернусь, чтобы попробовать еще разок тебя покорить, договорились?
В лифте я смотрю на Рикки:
– Ты в курсе, что ей уже за сорок?
– И? – спрашивает Рики, ни капли не смущаясь. – Возможно, ты не замечаешь этого, потому что она твой начальник, но Миранда – настоящая милфа [4]. Она из тех женщин, которые способны многому научить мужчин.
Ой, не могу. Рикки, Миранда и секс – все в одном предложении. Просто нет. Поэтому я начинаю жесткую игру, исход которой мне уже известен.
– Пытаешься чему-то научиться, Рикки? Вот два потрясных совета, которые тебе пригодятся. Во-первых, когда думаешь, что прелюдий достаточно и пора двигаться дальше, это лишь полпути. И во-вторых, подружись с ее клитором. Погладь, похлопай, оближи, пососи, а потом повтори все еще раз. Ты должен поклоняться этой маленькой кнопочке, и все будет по высшему разряду.
Рикки издает странный звук, будто задыхается от слов, застрявших в его горле. Наконец ему удается выдавить:
– Не стоит говорить подобные вещи, Эль.
Я приветливо улыбаюсь, строя из себя невинную милашку, которой не являюсь.
– Какие? Ты говорил про С-Е-К-С с моим боссом. По мне, так это оправдывает разговор о пестиках и тычинках. Хочешь обсудить точку G или простату?
Он закатывает глаза, и остаток поездки в лифте проходит в тишине.
Но не в моей голове, где, после того как я отвлеклась на грязные разговоры с Рикки, со сверхскоростью возникают всевозможные наихудшие сценарии встречи с отцом.
Мы приезжаем на верхний этаж, и я позволяю Рикки сопроводить меня до кабинета отца.
Заходя внутрь, первое, о чем я думаю – его кабинет всего в полушаге от кабинета Колтона. Не то чтобы вид отсюда хуже. Они практически одинаково расположены в длинном коридоре пятого этажа здания «Фокс» и одинаковы по размеру.
Но есть небольшая разница в стиле: папа остановился на более функциональной мебели, роскошный дуб и латунь заменил черными, белыми и стальными деталями современной эстетики. И все это на высшем уровне. Конечно, папин декоратор не закупался в «Икее», но все же… По сравнению с теплым офисом Колтона атмосфера здесь холоднее.
– Что случилось, пап? – нервно спрашиваю я, усаживаясь на диван по его приглашению. Хоть кожа здесь мягкая. Но это не значит, что меня ждет милая и непринужденная беседа, чтобы «узнать, как там моя малышка». Нет, я уверена, что он собирается напустить жути и разжевать меня. Я просто это знаю.
Он закрывает ноутбук и встает, подходит к мини-холодильнику у окна и достает две бутылки своего недавнего и довольно невкусного пристрастия – полезного зеленого сока.
– Ничего особенного, дорогая. Просто хотел увидеться с тобой и подумал, что ты не прочь прерваться на сок в конце дня. Как твои дела?
Я настолько удивлена, что застываю на месте, и отец трясет передо мной стеклянной бутылкой, прежде чем я вспоминаю, что нужно ее взять.
– Эм… Да все нормально, пап. Много дел, но… все нормально.
Я озадачена. С одной стороны, я, конечно же, не хочу, чтобы он устраивал мне разнос за инцидент с Колтоном. Не хочу, чтобы он даже знал об этом. С другой стороны, если он просто приглашает меня на беседы за соком, нам стоит серьезно обсудить границы и профессиональное поведение на работе.
 
– О, – слегка разочарованно произносит папа, и я чувствую, будто стою на краю обрыва и жду, когда кто-нибудь меня столкнет.
«Давай уже, просто наори на меня», – хочется сказать мне.
Но отец беззаботно продолжает:
– Понимаю, ты очень занята, но, может, найдешь для меня местечко в своем плотном графике, чтобы слопать по чизбургеру в «Бургерной Фрэнки»?
«Бургерная Фрэнки»… Кажется, это заведение всю жизнь было «нашим местом». И Фрэнки делает чертовски вкусные бургеры. Но что более важно, мы с папой всегда ходили к Фрэнки только вдвоем и никогда по одиночке или с кем-то еще.
– Эм… Да, конечно. Давай пообедаем там на этой неделе, – предлагаю я.
Папа кивает и делает глоток сока. Не знаю, как ему удается сохранять невозмутимое лицо, потому что даже отсюда я чувствую запах свежескошенной травы, перца и чего-то… горького. Бе-е-е.
– А ты как? Как твои дела? – Я подхожу ближе к краю обрыва, искушая судьбу, но желая насладиться шоу по дороге вниз.
– Ну, у меня есть потенциально плохие новости, – угрюмо отвечает он.
Вот блин.
– Что случилось?
Папа нервно теребит этикетку на бутылке: нервный тик у человека, у которого его нет, заставляет меня волноваться еще сильнее. Господи, к моменту, когда он начнет кричать, я просто обделаюсь от стресса.
– Помнишь, я говорил тебе, что уверен в том, что у меня все схвачено со второй штаб-квартирой? Похоже, мне вставляют палки в колеса.
Фух. В смысле, я не прыгаю от радости, потому что его давняя цель – управлять собственной штаб-квартирой – терпит неудачу, но, похоже, он не знает о том, что я делала в кабинете Колтона Вулфа.
– Я… Мне жаль это слышать. Ты действительно много над этим работал. Они выбрали другой план?
– Нет, решение пока отложили, – признается отец, слегка улыбаясь. – Стоит поблагодарить небеса за это. Одно из предложений действительно было очень хорошим, и мистер Фокс хочет отложить процесс, чтобы узнать подробности.
– Вот как. И чье это предложение?
Он смотрит на меня, и я знаю ответ еще до того, как он открывает рот.
– Колтона Вулфа.
Карма… Ты реально бессердечная сука, ты в курсе?
– Мне очень жаль, – тут же извиняюсь я, прежде чем замолчать.
– Нет-нет, все в порядке, – говорит отец. – Но мне нужная твоя помощь, дорогая. Ты работаешь на Миранду, а Миранда работает на Вулфа, так что ты в какой-то степени подчиняешься ему. Сделаешь кое-что для меня? Если вдруг услышишь что-нибудь, передашь своему любимому старику?
Говоря это, он улыбается, и в уголках его глаз появляются маленькие морщинки, но он определенно далек от старика, которым себя считает.
– Пап… Ты уверен? Не похоже на тебя, – взволнованно спрашиваю я. Нет, в этом нет ничего плохого. Мы все в команде «Фокс», но я всегда видела в нем Суперпапу, сторонника глубокой морали. Однако подобные просьбы выглядят сомнительно.
Он наклоняется ко мне.
– Все в порядке, дорогая. Пока мы здесь разговариваем, Вулф наверняка готовит заговор против меня. Вполне естественно, что я гляжу в оба. Я не прошу тебя делать что-то экстраординарное. Я не хочу, чтобы ты вынюхивала или вела себя подозрительно. Я лишь прошу тебя сообщить мне, если он выкинет что-то странное. Я хочу, чтобы выбрали наилучшее предложение для компании, и искренне верю, что это мой план.
– Ладно. Я буду держать ушки на макушке, и мы скоро поедем в «Бургерную Фрэнки».
 
Я ловлю себя на мысли, что мой отец только что играл со мной, хотя бы отчасти. Пригласил на сок, чтобы проведать, в кафе, чтобы вызвать во мне чувство вины – и все ради того, чтобы попросить меня рассказать о планах Колтона Вулфа. Как будто я что-то об этом знаю.
Нет, мой план – держаться как можно дальше от Колтона Вулфа, чтобы сохранить здравомыслие и работу. Может быть, если я не буду попадаться ему на глаза, то он просто забудет о том, что случилось вчера.