Белые ходят вторыми (СИ)

— Спасибо.
Больше не оборачиваясь и не теряя времени, я вышла.
Только в холле получилось вздохнуть или хотя бы попытаться это сделать. Расстояние от музея до ворот мы преодолели чуть ли не бегом и тут же нырнули из осенней безмятежности в зимний мороз. Впрочем, я была рада холоду. Он отрезвил, помог собраться с духом и пережить ещё несколько невыносимо долгих секунд в обществе оборотника.
В карету я забралась прежде, чем он подал мне руку. Ещё одного прикосновения мои нервы просто не выдержали бы! Юркнула внутрь, дождалась, когда на сиденье напротив усядется эта мерзавка Морри, и услышала его немного хриплый голос:
— До встречи на следующей неделе, шиари Ноэро. Боюсь, завтра мы не сможем увидеться.
— Я всё понимаю, шейр Эскорн. Значит, до следующей недели.
Мы церемонно простились, словно виделись впервые в жизни. Были едва знакомы, а потому не могли позволить себе ни единой лишней улыбки, ни одного лишнего взгляда.
И уж точно не имели права позволять всё то, что произошло между нами за закрытыми дверями!
Джары!
Как я теперь вообще буду с ним заниматься? Мне и до этого каждая тренировка давалась непросто, а после сегодняшнего…
Мысленно выругавшись, зажмурилась, борясь с желанием схватиться за голову.
— Госпожа… — виновато начала служанка.
— Молчи, Морри. Ради духов, молчи, — процедила я, понимая, что, если сейчас начну слушать её жалкие оправдания, сегодняшнюю ночь девчонка проведёт на улице. Домой к баронессе я ей вернуться не позволю.
Она притихла и до самого дома шейлы фон Верт не проронила ни слова. Только время от времени шмыгала носом и подносила к глазам измятый платочек. Я тоже молчала, пыталась успокоиться, заставить себя рассуждать на холодную голову.
Морри можно прогнать, можно вернуть в Кроувер, но служанка положена мне по статусу. Без присмотра меня не оставят. Исчезни Морри, и Эскорн тут же подсунет мне свою компаньонку. Он же находил для меня девицу: начитанную, интересную, умную.
Этакую подружку.
Нет, последнее, что меня сейчас нужно, — это умная девица у меня перед глазами. Тогда уже точно никакой академии, все старания последних недель рухнут к джарам. Но и оставлять Морри одну, как оказалось, опасно. Эшвар не сможет постоянно за ней приглядывать, а значит…
А значит, придётся рассказать правду.
Мне нужны союзники. Одна я просто не справлюсь.
* * *
Дома я всё-таки отвела душу и отругала паршивку. Жаль, нельзя было вдоволь на неё поорать. Крики могли привлечь внимание Дерека или другой прислуги. Приходилось шипеть и бороться с желанием отхлестать Морри по щекам. Так, чтобы стали пунцовые!
Впрочем, от слёз лицо дрянной девчонки и без того раскраснелось и опухло.
— Я всего несколько раз с ним виделась… — задыхаясь от рыданий, оправдывалась она.
Всего… Грр, загрызу!
— В парке Августины и… Я… я больше не буду-у-у…
— Не будешь, — согласилась я, продолжая в мыслях отвешивать Морри пощёчины. — Отдавай браслет. Живо!
Она опустила дрожащую руку в карман юбки и протянула мне артефакт, тускло блеснувший в заходящих лучах, а потом жалобно пискнула:
— Не прогоняйте меня, госпожа… Умоляю! Между мной и Эдвардом ничего не было.
Значит, бездельника, шлявшегося по музею, зовут Эдвард.
Чудесно.
— Мы просто разговаривали…
— И ты просто рассказывала ему о моей жизни и генерале!
Вот зря про него вспомнила. Дрожь на коже в тандеме с недавними воспоминаниями ненадолго выбила меня с «поля боя», что дало Морри возможность продолжить:
— Почти ничего… Клянусь! Я пыталась вжиться в роль, чтобы никто ничего не заподозрил… Просто оттачивала своё мастерство на незнакомце!
Служанка подняла на меня заплаканные глаза, надеясь, что я приму столь идиотское оправдание, сразу её прощу, а может, даже извинюсь. За то, что на ней сорвалась.
— Дурочка ты, Морри. — Я тяжело вздохнула и крепче сжала в руке злосчастный артефакт. — Отправляйся на кухню или куда угодно, но чтобы я тебя сегодня не видела. Увижу — точно выгоню.
Дважды просить не пришлось. Она тут же бросилась к выходу. Проблеяв что-то невнятное вроде «простите меня», выскочила в коридор. Закрыв дверь за очередной своей головной болью (как будто до этого голова у меня не болела), позвала хранителя:
 
— Эшвар, надо поговорить. Срочно!
Увы, у нас с цыпом были разные представления о понятии «срочно». Он появился спустя где-то час. К тому времени я не успокоилась, а наоборот, ещё больше завелась.
Не успел этот бездельник выбраться из-под кровати, как я набросилась на него с упрёками:
— Всё из-за тебя!
— А? — Хранитель растерянно переступил с лапы на лапу. — Я что-то пропустил?
— Пропустил! Ты же обещал приглядывать за Морри. Но, как выяснилось, она была без присмотра!
Несколько секунд Эшвар молчал, а потом, раздражённо клацнув клювом, тоже пошёл в наступление:
— А ещё я приглядываю за Тессой и слежу за делами на рудниках. Уже не говоря о том, что не перестаю искать твоего брата-разгильдяя и присматривать за тобой, Лайра! Считаешь, мало?
Поняв, что позволила себе лишнего, тихонько выдохнула. Ну же, соберись! Хватит истерить!
Опустившись на край кровати, тихо сказала:
— Извини. Просто я сама не своя. Сегодня узнала, что она выдавала себя за меня.
Цып подошёл поближе.
— А разве не ты ей это наказала?
— Наказала. Здесь, в доме. А она закрутила интрижку с каким-то скользким типом от моего имени. И… генерал узнал.
Я вкратце рассказала Эшвару про неприятную сцену в музее. Про ту, что разыгралась на выставке украшений. Про сцену в комнатушке благополучно умолчала. Хранителю точно не стоило знать, что меня сегодня чуть не поцеловали.
Или, может, я чуть не поцеловала…
Так и не поняла, кто к кому потянулся первым, и если бы не тот отчаянно нуждающийся в уборной шейр…
Мне снова стало дурно. От нахлынувших чувств, от осознания, что я, как Мэв, ступила на скользкий путь, ведущий прямиком к безумию. От дара не отреклась, а теперь ещё и…
Нет, глупости! Мне Эскорн вообще не нравится.
А в музее я просто… растерялась!
— Да, новости не радуют, — глубокомысленно изрёк Эшви, а спустя мгновение оптимистично добавил: — Но может, она теперь побоится ослушаться твоего приказа?
Я покачала головой:
— Поначалу, может, и поостережётся, будет вести себя осторожно, а потом осмелеет и — да здравствуй новые проблемы!
— Не уверен, что искать другую служанку, — удачная идея, Лайра. Морри хотя бы своя. Всю жизнь в Кроувере прожила.
— Согласна. — Я кивнула и, мысленно пожелав себе удачи, осторожно произнесла: — Много думала об этом и… решила рассказать правду.
— Генералу?! — От переполнившего его волнения Эшвар чуть на месте не подпрыгнул. Демонстративно прижал к груди свои короткие крылья, явно хватаясь за сердце, и театрально выдохнул: — В могилу ты меня сведёшь, деточка. Видно же, ищешь моей смерти! Упорно ищешь и скоро, если продолжишь в том же духе, найдёшь!
— Не генералу, — успокоила я паникёра.
— Морри?!
— Я что, похожа на идиотку?
— Но… Тогда я не понимаю. — Фамильяр растерянно захлопал своими бусинами-глазами, а потом сощурился и… отскочил от меня на несколько шагов, словно перед ним маячила угроза клетки или, может, той самой страшной смерти. — Не-е-ет… — протянул трусливо.
— Да.
— Нет!
— Да, Эшви. Да, — упрямо повторила я. Опустившись перед ним на колени, прошептала: — Тесса должна приехать. Снять дом и забрать нас с Морри. Рано или поздно или вдова начнёт догадываться, что я исчезаю, и поделится своими подозрениями с генералом, или Морри снова что-нибудь натворит.
— Я не буду ей говорить!
— Ты должен.
— Она меня убьёт!
— Она скорее меня убьёт. — Я горько усмехнулась. — За то, что врала столько времени. Но другого выхода правда нет. Тесса единственная, кому мы можем довериться.
Не сразу, но мне всё-таки удалось убедить его отправиться каяться перед тётей. Эшвар снова ворчал, снова обвинял меня в том, что у него ото всех этих волнений уже скоро начнут седеть перья, снова припоминал джаров и называл меня своим несчастьем. Но в конце концов сдался.