Белые ходят вторыми (СИ)

— Хорошо здесь, — раздалось совсем близко.
Я скосила взгляд и увидела, что рядом остановилась девушка.
— Приятное место…
Судя по акценту, точно не из Эргандара.
Она была в плаще и почему-то не потрудилась снять капюшон, наоборот, низко надвинула на лицо, отчего рассмотреть незнакомку не получалось. По крайней мере, украдкой бросая взгляды. Не буду же я на неё бесцеремонно пялиться.
— Да, неплохое…
— Часто здесь бываете?
Я с трудом подавила в себе желание хихикнуть. Неужели и она тоже клюнула на смазливую физиономию Рифа? Не думала, что братец способен оказывать на женщин настолько сильное влияние, что они даже сами готовы лезть к нему с попытками познакомиться.
— В первый раз. — Я вытянула голову, пытаясь отыскать взглядом хозяйку «Шиари».
Вот только что была рядом, что-то нашёптывала импозантному усатому господину на ухо и вдруг пропала!
А у меня друзья без пива и…
— Не составите мне компанию?
Увлечённая поисками хозяйки или одной из подавальщиц, которые, как назло, нигде не мелькали, я не сразу сообразила, что иностранка снова ко мне обращается. Встрепенулась, когда та коснулась моего локтя, а обернувшись, увидела, как в двух шагах от нас каким-то чудом освободился столик.
— Извините, но я здесь не один и…
— Много времени наш разговор не займёт. — Длинные пальцы, затянутые в кожаную перчатку, продолжали настойчиво меня касаться.
Хотела уже добавить в голос льда, но после следующих слов незнакомки почувствовала, как лёд обволакивает всю меня:
— Шиари Ноэро, я настаиваю. Уделите мне немного вашего внимания.
Сначала показалось, что я ослышалась. Просто всё выпитое так подействовало. Шейр… шиари… Созвучно же! А в таверне шумно, отовсюду смех, крики, ещё и музыканты эти…
— Не бойтесь, — заметив моё замешательство, продолжила странная посетительница «Шиари». — Я искала с вами встречи не чтобы шантажировать или угрожать. Ваша тайна — моя тайна. И, поверьте, выслушав меня, вы поймёте, что вам не о чем переживать.
Тогда почему у меня колени подкашиваются от волнения? Хочется заткнуть уши, зажмуриться и заставить себя поверить, что всё это просто иллюзия.
Мало мне было Имады… Теперь-то я рада, что преподавательница знает о моей тайне, но сначала…
Почувствовав, что ноги не держат, сделала пару шагов и рухнула за стол.
— Что вам нужно? — Я не узнала голос брата, настолько он звучал хрипло, незнакомо.
— Познакомиться, — на пухлых губах креорки появилась улыбка. — Понять, чего вы ждёте от будущего.
Что оно у меня будет?
Отблески пламени коснулись лица незнакомки, и я поняла: точно креорка. Только у них такая тёмная, золотистая кожа, крупные черты лица и необычайно яркие глаза. Я бы на её месте тоже сидела в капюшоне. Уроженцев Креоры в Эргандаре не жаловали, и это ещё мягко сказано.
Пока я всматривалась в лицо женщины, думая о её происхождении, она рассматривала меня. И продолжала улыбаться.
А у меня внутри всё заледеневало.
— Как вы узнали? — наконец выдавила из себя.
— Я уже давно к вам присматриваюсь, шиари Ноэро. Давно слежу за вашими победами и достижениями.
— Это не ответ.
— А другого вы пока не получите. — Она изящно откинулась на спинку стула, бросив по сторонам быстрый взгляд. — Вам ведь нравится такая жизнь? Нравится чувствовать себя свободной, независимой. Ощущать, как по венам бежит сила. Такая, какая многим в Кальдероке… во всём Эргандаре даже не снилась. Есть только одна проблема… — Она замолчала, склонив голову набок, заинтересованно меня изучая, а после с усмешкой добавила: — Вы — женщина.
Теперь уже я бросала по сторонам взгляды, желая убедиться, что поблизости не крутится кто-нибудь не в меру любознательный. Но нет, до меня и незнакомки в бесформенном плаще никому не было дела.
— Рано или поздно о вашей тайне узнают… И не смотрите на меня так, — тихонько рассмеялась она, заметив, как у меня расширяются глаза. — Повторяю: я пришла не шантажировать вас, а поговорить. Мне… нам уж точно не выгодно раскрывать вашу тайну.
— Нам?
Креорка кивнула и, подавшись вперёд, коснулась моей руки:
 
— Есть те, кто уверен, что нынешний Великий — гнилой правитель. К сожалению, так уж устроен этот мир — злые люди оказываются на вершинах, с которых их не так-то просто скинуть. В их руках сосредоточена власть и сила, они всегда на шаг впереди. Они выигрывают, побеждают, подчиняют. Безжалостно уничтожают… А мы, подобно белым пешкам, ходим вторыми. Слишком поздно, чтобы что-то изменить. Чтобы победить.
— Белые всегда начинают первыми, — машинально поправила я, тщетно пытаясь понять, к чему все эти аналогии и вообще…
Я по-прежнему настаиваю на мысли, что мне всё это снится!
— Не в нашем мире, дорогая, — покачала головой незнакомка. — И уж тем более не в этих землях. Империи уже давно нужна новая кровь, но ко льву Эргандара не так-то просто подобраться. Или скорее — невозможно… В чём Адальгеру нет равных, так это в умении окружать себя талантливыми, поистине могущественными чаровиками, слепо преданными своему повелителю. Ты, Лайра, талантлива и могущественна, — она мягко улыбнулась, и блики пламени одинокой свечи, что догорала на столе, коснувшись её глаз, заставили их засиять. — Но станешь ли ты очередной подкаблучной игрушкой императора или сама выберешь свою судьбу?
— Что… что вы мне предлагаете? — От слов креорки мороз бежал по коже.
Чего она от меня хочет?! Чтобы я уподобилась своей прапрабабке и пошла против императора? Против всего Эргандара!
— Пока просто подумать. Всё взвесить и решить, на чьей стороне будешь играть. Зло — добро? Свет или тьма… И нет, это не просто громкие пафосные слова. Тебе придётся определиться, будешь ли пешкой в руках Адальгера III или станешь королевой.
Бред… Слова безумной, пытающейся и меня подтолкнуть к безумию! Кто она? Ведьма? Вражеская шпионка?
Та, что знает обо мне правду.
— Подумай, Лайра. — Незнакомка поднялась, зашелестел плащ, и пламя над огарком тревожно затрепетало. — Очень скоро император примет тебя в свой ближний круг. Ты будешь всегда рядом, со временем он начнёт тебе доверять. Мы поможем положить конец его жестокому правлению, войнам, в которых с подачи Регенштейнов погрязла не только империя — половина мира. И, может статься, для чаровниц тоже начнётся новое время. Но пока просто подумай. Спроси саму себя, за кем в этой игре будет первый и последний ход. Я вернусь за ответом…
— Риф!
Обернувшись, я увидела, как ко мне нетвёрдой походкой направляется Бриан. На губах у парня блуждала совсем не трезвая улыбка, в то время как во мне хмеля уже не осталось. Равно как и надежды, что встреча с креоркой и наш разговор были просто галлюцинацией.
Голос друга отвлёк от незнакомки, лишь на секунду, а когда вернула взгляд туда, где она стояла, увидела лишь шумную компанию за столом напротив. Креорка исчезла, даже не назвав своё имя. Я сидела, не способная отделаться от ощущения, что внутри будто шторм пронёсся, оставив после себя обломки из мыслей и эмоций.
Что думать? Что чувствовать?
— Эй, с тобой всё хорошо? — Рука друга коснулась моего плеча.
Встрепенувшись, я подняла на Бриана взгляд, заставила себя улыбнуться.
— Я никого не нашла и… кажется, мне уже достаточно. Слишком много выпила…
— Тогда скажу ребятам, что мы уходим, и проведу тебя.
Кивнула и проследила взглядом за другом, поспешившим обратно. Мелькнула мысль рассказать ему о встрече с креоркой, но я тут же её отогнала. Надо сначала всё хорошо обдумать. Я даже представить не могу, какой окажется его реакция на моё заявление: «Представляешь, тут против твоего отца назревает заговор, и меня приглашают принять участие. Что скажешь?»
Дружба дружбой, но Адальгер — его отец. Единственный живой родитель и…
— Всё, попрощался, — с улыбкой отчитался, вернувшись, приятель. — Сказал, что тебе стало плохо, и надо будет тебя отвезти.