Открытие Вампиров (СИ)
— Зажги.
— А ты чего?
— Мне неудобно. Давай, Мира. Зажги его. — немного нервно попросил брат.
— Ладно, ладно. — я протянула руку к факелу. — Ogień!
Небольшая вспышка искр, и коридор озарился светом. От старых каменных стен веяло холодом и пахло сыростью. Наши шаги эхом разносились, отскакивая от стен, снова возвращаясь к нам.
— Может уже расскажешь? — прошептала я.
— Ещё немного. — упрямо вёл меня за руку. Завернул в небольшую комнату, с несколькими темницами. Лишь одна из них была запечатана магическим заклинанием. — Вот.
Я подошла ближе, вглядываясь в темноту. Спиной на железные прутья, облокотился мужчина. Голова безвольно повисла над полом. Ноги согнуты в коленях. Руки, обременённые серебряными кандалами, лежали на полу.
— Кто он? И почему он здесь? — испуганно посмотрела на улыбавшегося брата.
— Ближе не подходи. — предупредил меня. — Это настоящий вампир. Мы поймали его прошлой ночью. Вот почему мы не появлялись днём. Мы отсыпались, а к полуночи уходили охотиться. — пояснил Анджей.
— Но, зачем он вам? — скептически посмотрела на брата.
— Радомил думает, что он не один. Он хочет пытать его, и узнать где их логово. Ну и выяснить, всё что может пригодиться. Януш думает, что они могли что-то вынюхивать рядом с нашими владениями.
— Для какой цели?
— Это мы и должны выяснить, Мира. — он присел на корточки, направляя факел ближе к железным прутьям. — Видела когда-нибудь живого трупа?
— Нет. — безразлично ответила.
— Он всё ещё без сознания. Радомил его оглушил и использовал немного сковывающей магии. Завтра, после завтра должен очнуться. Посидит ещё немного, ослабнет, а мама должна сварить снадобья, блокирующее наше сознание от его чар.
— М-да… Вам же заняться больше нечем. Пытать вампира, который вам ничего не скажет.
— Почему это? — удивился.
— Не знаю. А ты бы выдал своих, оказавшись в такой ситуации?
Анджей странно взглянул на меня.
— Нет, ну сам подумай. Если даже и есть остальные, он не выдаст их. Они же преследуют какие-то цели. И этот, — я кивнула в сторону пленного. — Явно поддерживает эти идеи. И если он истинно в них верит, он вам и слова не скажет. Идеалисты — последовательны. Ну и в конце концов, скорее всего, он считает их семьёй. Он окажется последней сволочью, если предаст её.
— Почему ты рассуждаешь так? Ты думаешь их общество настолько прогрессировало?
— А при чём тут прогрессия и честь?
— У трупов не может быть чести. Он же мертвец!
— Анджей, тебе бы поменьше общаться с дядюшками. Они вскармливают в тебе не самые лучшие качества.
— Мира… я хочу стать колдуном. Но я не справлюсь без их знаний и опыта. Хоть и не всегда понимаю их методы. Что до вампиров, мне нет особого дела. Но я не могу отказаться от их затеи. Их всё равно рано или поздно перебьют всех.
— Далеко не всем ведьмам и колдунам нужно учувствовать в бойне. — я решила сменить тему. — И сколько ему лет?
— Не знаю. Лет сто, наверное. Но Януш говорил, что обращён ещё в юношестве. Примерно, мой ровесник.
— Если мы его выпустим, он съест нас? — усмехнулась.
— Мира! Даже не думай об этом! Вампиры опасны. У них нет чувств, нет сострадания, они животные, действующие инстинктам. Если хищник голоден, он не задумывается о том, кем будет его жертва, он просто нападает.
— Остынь, Анджей. — хлопнула брата по плечу. — Мне всё равно на ваши глупые затеи. Только время зря потеряете.
Послышался глухой стук закрывающейся двери. Анджей посмотрел на меня испуганным взглядом.
— Януш или Радомил! — зашептал он. — Хотят проверить всё ли чисто. — схватил меня за руку. — Спрячься в боковой камере, в самом тёмном углу. Я выпровожу его и вернусь за тобой.
Я кивнула. Уселась спиной к стене, вжавшись в неё. Подобрала ноги к себе, обнимая колени. В коридоре послышались голоса.
— Дохлый не пришёл в себя? — спросил брат отца.
— Нет, ещё нет. — отвечал Анджей.
— Ну и хорошо. Ты же закончил проверку?
— Да.
— Тогда пойдём. Пора спать.
Шаги удалялись, потом и вовсе прекратились, снова глухой стук двери.
Очень круто, меня заперли в подвале с живым мертвецом, и отделяет нас друг от друга железная решетка. Надеюсь она достаточно крепкая, усмехнулась своим мыслям.
— Жаль, что ты без сознания. Мог побыть моим бледным собеседником и скрасить это время, которое будет тянуться бесконечно долго. — присела на колени, облокотилась плечом о стену.
— Мне не о чем беседовать с ведьмами. — раздался сухой твёрдый голос.
— Притворщик! — выкрикнула от неожиданности. — Всё это время нас слышал!
— Я мёртвый — как выразился твой братик, — а не глухой.
— Мог бы промычать хоть что-то. То есть, подать знак жизни. — зачем-то попыталась оправдаться.
Заключённый тяжело вздохнул. Он оставался всё в той же, неподвижной позе.
— У тебя же затекут все мышцы. Перевернись хоть, или шею разомни. — я прищурилась, всматриваясь в тёмный силуэт.
— Может ты меня выпустишь? Я не причиню тебе вреда.
Я рассмеялась.
— Ты серьёзно?! Это может хоть на ком-то сработать? Просто попросил, и я подскочила тебе помогать?
— Попытка успехом не увенчалась, но я должен был попробовать.
Я почти услышала сдавленный смешок. Он иронично усмехается. Люди тоже так делают, чувствуя неизбежность. Пытаются отшутиться. Но он не человек.
— Паршивая ситуация у тебя сложилась. — сказала так, будто мне совсем нет до этого дела.
Ну в принципе, так оно и было, но с другой стороны, я же тоже отчасти человек, и могу посочувствовать? Нет, определённо нет. С чего бы вдруг мне жалеть вампира, за плечами которого, могут быть сотни жертв, которым он точно не сочувствовал.
— Да, я обязательно поблагодарю твоих дружелюбных и милых родственников за это. — ответил с нотками сарказма, но без злости.
— Сам виноват. Нечего было лезть куда не просят. — сложила руки на груди.
— Согласен, заигрался.
— В каком смысле "заигрался"?
— А тебя случайно не выведывать информацию прислали? Может, сидишь, притворяешься, что тебя закрыли.
— Даже если бы и было так, разве я бы тебе сказала?
— Очевидно, что нет. Тебе бы не получилось выудить из меня что-либо.
— Почему это?
— Сомневаюсь, что ты знакома с методиками психологии или социальной инженерией. Для выведывания как минимум требуется острый склад ума, которого у тебя нет.
Я раздражённо хмыкнула.
— Я не говорю, что ты глупая. Второе — ты импульсивна. Тебя легко расстроить, вывести из себя. С тобой попросту неинтересно разговаривать. Ты не можешь завязать непринуждённый разговор. — говорил спокойно, словно объяснял какую-то теорию.
— Ты… обалдел что ли? Думаешь, мне нравится сидеть в сыром подвале, и разговаривать с тобой? — мне было обидно. — И знаешь, мне не доводится каждый день общаться с запертыми вампирами.
— Я даже не видел тебя, но смог задеть.
— Зачем мне про это всё говорить? Хочешь доказать свою разумность, расскажи о своей инженерии моим дядюшкам, когда они придут тебя пытать. Думаю, они оценят. — я поднялась на ноги, отряхивая джинсы.
— Я подумаю над этим. — заверил он.
— Mądry człowiek! — бросила себе под нос, собираясь выйти в коридор.
Он тихо рассмеялся. Его бархатный смех, заставил меня остановиться. Я посмотрела ещё раз на темницу с пленным.
— Что смешного?
— С кем ты говоришь? — Анджей схватил меня за локоть.
— У тебя почти получилось меня напугать. — прошипела я. — Я не услышала твоих шагов.
— Потому что мне пришлось идти босым, чтобы не привлечь ни чьё внимание.
— Почему без факела, мы что по стеночке идти будем? — возмутилась я.
— Нужно быстрее уходить, препятствий нет, так что и так выйдем. — он взял меня за руку и двинулся вперёд. — С кем ты говорила?
— С кем я могла говорить, Анджей?! Ты оставил меня с вампиром без сознания и голыми холодными стенами. Чтобы не умереть от скуки, мне пришлось разговаривать с самой собой. — я решила не говорить брату о том, что вампир пришёл в себя. Не знаю почему я пришла к такому решению, но обратно уже не воротишь.