Чародей (СИ)

— Отныне ты, Лег Ондо, герой! Существа, поклоняющиеся или имеющие в себе частичку Башорга или Зверя, постараются сделать всё, что в их силах, чтобы тебя уничтожить. Они не смогут сохранить нейтралитет, скрываясь за ширмой предательства. Найти тех, кто принял помощь врага и уничтожай его везде, где увидишь. Для тебя есть поручение…
— У него всё ещё есть год, чтобы стать чародеем, — оборвал неведомого собеседника Медведь. — Или ты желаешь отказаться от своих же слов?
Пространство думало долго, после чего явило свою волю:
— Лег Ондо должен пройти инициацию до того, как ему стукнет семнадцать лет. Если ему это удастся, я сниму статус героя и приму его на обучение. Если он так и не станет истинным защитником этого мира, то потеряет право на магию и станет полноправным героем. И тогда я выдам ему первое задание. Слово произнесено!
Пространство закружилось, возвращая меня обратно и последнее, что я увидел, был взгляд Медведя. У меня внутри всё опустилось — дух-хранитель смотрел на меня с сочувствием! Он понимал, что чародеем мне уже не суждено стать и выбил одиннадцать месяцев относительно спокойной жизни.
Возвращение в комнату не принесло облегчения. Лиара уже находилась на ногах — от верёвок остались лишь обгорелые кусочки. Она подошла ко мне, всё ещё сидящему на полу и присела рядом. Ещё один взгляд, наполненный сочувствием!
— Лег, мне дали три минуты, чтобы с тобой попрощаться. Затем меня заберут на обучение.
— Фарг сломал алтарь Зул’вара, — произнёс я.
— Он сломал пустой камень, — печально произнесла Лиара. — Это теперь я знаю, что один алтарь — один чародей. Прямо сейчас где-то в этом мире зарождается новый алтарь, но для того, чтобы он набрал силу и смог провести обряд, потребуется пять лет. Так сказал тот, кто даровал мне силу. Теперь я понимаю, почему наши тотемы не хотели, чтобы мы были вместе… Потому что только один из нас мог стать чародеем. Эту роль отводили тебе. Прости…
— Кто сказал, что мы не можем быть вместе сейчас? Рано или поздно тебя вернут с обучения.
— Потому что мне нельзя заводить отношения с тем, кто пользуется чужой магией. Это основа моего нынешнего существования. Линии, о которых ты говорил — они… Они под запретом, Лег. Это суть магии Зверя, одного из двух врагов, явившихся в этот мир. Когда его победили, явились люди, бегущие от Башорга… Ай!
Лиара вздрогнула, словно её кто-то уколол.
— Эта информация под запретом. Лег, я очень хочу быть с тобой, но не могу… Потому что потеряю всю силу, а без чародея этот мир может рухнуть. Поверь — он и так едва держится. Когда прошла инициация, сущность, что даровала мне силу, показала истинное положение дел. Лег… Это страшно! Люди натворили слишком много бед, за которыми последует неминуемая расплата. И только в моих силах сделать так, чтобы эта расплата не оказалась фатальной. Мы не сможем быть вместе. Тотемы никогда не примут в свои ряды того, кто запятнан чужой магией. Ай!
На этот раз удар оказался ещё более болезненным, так как Лиара побелела и умолкла.
— Это мы ещё посмотрим, кто с кем может быть, — с вызовом произнёс я. — Пусть мне не суждено стать чародеем, но ради тебя я переверну эту планету с ног на голову и найду способ, чтобы мы были вместе. Никто и никогда не запретит мне этого!
— Я буду ждать, — Лиара пододвинулась ближе и подарила мне прощальный поцелуй. Он длился всего мгновение, после чего тело девушки растаяло дымкой. Настоящий повелитель этого мира призвал своего воителя для обучения.
***
— Учитель, ты звал, — Рикон погрузился во внешний мир, с трудом подавляя в себе раздражение. Он, наконец, нашёл настоящего виновника всех произошедших за последнее время неприятностей и собирался сполна поквитаться за разрушенный дом, но неожиданное требование учителя о встрече нарушило все планы. Как всегда, на поляне находились остальные ученики, кроме, разве что, бездарного первого ученика. Слабейший из них вновь игнорировал зов.
— Первый ученик мёртв, — без лишних подготовок произнёс старший маг, заставив Рикона позабыть о мести. — Чародей прошёл инициацию.
 
— Как такое возможно? — спросил Шармир.
— Этого мне не ведомо. Только что наш господин потребовал сворачивать все работы в Северной империи. Мы её потеряли. Рикон, жду тебя у себя через двадцать четыре часа. Ты будешь наказан, что допустил воплощение чародея.
— Да, учитель, — побледнел Рикон. Ослушаться приказа он не смел.
— Шармир, отзывай войска из провинции Лестар. Она возвращается обратно северянам. Пленников оставьте в живых. Таков полученный мной приказ.
— Будет исполнено незамедлительно, господин, — склонил голову Шармир. Даже несмотря на страшную новость о том, что Фарг мёртв и появился чародей, он всё равно не смог сдержать радости от того, что Рикон понесёт наказание.
— Девит — как твои изыскания? Когда будут готовы результаты? — продолжил маг.
— Слепки практически готовы, мастер. Полагаю, через год мы сможем призывать слуг Башорга минуя врата гоблинов, — ответил куратор Южной империи.
— Это хорошая новость. Отложи все дела и поставь высокий приоритет этому проекту. Настало время переходить в наступление. Нас вытурили из Северной империи, так сравняем её с землёй. Рикон — сутки! Минута опоздания будет стоить тебе жизни!
***
Руководитель «Алого банта» вернулся в обычный мир и посмотрел на своего пленника. Анер Слик, отец Лиары и виновник того, что Рикону пришлось покинуть своё поместье, лежал изломанной куклой на полу, упорно цепляясь за жизнь. Фигурки, которыми ангел размахивал перед всем дворцом, оказались хорошо сделанной подделкой — это Рикон понял сразу, как только взял их в руки. Тот, кто владел сразу пятью кристаллами Богуша, знает, как отличить их от любой копии.
Два дня продолжались пытки Анера, но они не приносили облегчения. Проклятый ангел не чувствовал боли. Рикону только-только удалось придумать, как пронять Анера, но приказ учителя испортил все планы. Сконцентрировавшись, маг мощным магическим рывком оторвал голову ангела от тела и отбросил обе части в бушующую неподалёку печь. Последний подарок Северной империи! Мало кто знал, что заключённый в человеческую плоть мифрил при высоких температурах превращался в «кровь Зверя». За свою жизнь Анер поглотил никак не меньше тонны небесного металла, так что ради ста килограмм гоблины сравняют столицу с землёй.
Схватив вещи, Рикон быстрым шагом вышел из городского крематория. Следовало торопиться — учитель не лукавил, говоря о смерти.
***
Стоя на крыше одного из немногочисленных уцелевших зданий, я смотрел за копошением в рядах западников. Рядом стоял Хад и Геодар — единственные оставшиеся в строю защитники Фасорга. Тень так и не пришла в себя. Её перенесли под землю, где спрятались оставшиеся в живых жители, после чего мы вышли на последний бой.
— Вот и всё, — произнёс Хад. — Недолго мне пришлось княжить. Только начал во вкус входить, а тут такое… Кстати, прикольная корона, Лег. Я ошибаюсь, или она действительно вживлена тебе в голову?
— Не ошибаешься, — я инстинктивно потрогал своё новое украшение. Оно не сдвинулось с места, намертво объединившись с черепом. Признаться, я даже радовался, что сейчас начнётся битва. Хотелось выплеснуть накопившуюся за последние часы злость.
— Они что, уходят? — поразился Геодар, продолжавший следить за неприятелем. — Сворачивают палатки, собирают вещи. Так к битве не готовятся…
Действительно — западники снимали осаду. Прошло несколько часов, как от огромного лагеря остались лишь одни воспоминания и траншеи. Оперативность, с которой войска противника убрались от нашего города, поражала. Но и на этом чудеса не закончились — вскоре из-за холма показались люди. Много людей. Огромная толпа, возглавляемая Фарой Насс, медленно двигалась в Фасорг.
 
— Сколько же их там? — поразился Геодар. Людской поток всё не заканчивался, даже когда голова процессии добралась до города. Нам пришлось спуститься, приветствуя уставших и обессиленных людей — большинство из них могло передвигаться только с чьей-то помощью. Судя по внешнему виду несчастных, западники если и кормили своих пленников, то явно не самым обильным рационом.