Богоборцы 2 (СИ)
— Мля, — хрипло подал голос дедушка. — Бьёшь как лошадь копытом. Ты откуда такой дерзкий?
— Из Новосибирска, — честно ответил я. — А приложил я тебя совсем слабенько. Можно сказать, погладил. С полной силой я, бывает, и бетонную плиту перекрытия пробиваю. Я ж богоборец.
— Мля, земеля! — обрадовался Вася. — А откуда сам? Я с Первомайки.
— Ну так-то из области, Чулым знаешь? — я тоже улыбнулся. — А учусь сейчас в политехническом колледже. Это академ.
— Ага, мы туда на дискач гоняли, — ещё больше расцвёл дедушка. — Ну, мать моя женщина, не ожидал! Чуваки, это земеля мой! Давай падай, расскажешь, как там дома, а то уже год почти служу, только созваниваюсь иногда. Ну, мля, ты подумай, земелю встретил!
— Да я сам мало где бываю, — пожал я плечами. — Мы же если не тренируемся, то каких-нибудь тварей гоняем. Так что ты спрашивай, если знаю — расскажу. Но только это, скажите сразу, что делать надо. Так-то я помочь не против, да и с командованием у меня договор, что отработаю.
— Да ща всё организуем, — отмахнулся Вася. — Вебер, сделай красиво! Не кипешуй, садись давай! Сейчас все разойдутся, картохи пожарим с тушняком, есть у меня заначка. И чайку со сгухой организуем!
— Хорошо тут у вас, — усмехнулся я, присаживаясь на табурет. — Так служить можно. Не то что у нас, и в снег, и в грязь носишься за монстрами.
— Да ты чо, — вытянулись от любопытства лица солдат. — Расскажи!
— …я думаю, что делать, была не была, и направляю Буцефала прямо на патриарха. — Я выколупывал глазки из картошки и одновременно вещал перед солдатами с горящими глазами, живописуя свои приключения. — Эта тварь давай лупить по мне из трансформировавшегося маркера гайками. На таком расстоянии они металл пробивали похлеще, чем пули из калаша, а дырки так и больше оставались. Но я за панелью спрятался и рулю прямо на уничтожителя. И что вы думаете?
— Что? — разом выдохнули любопытные слушатели. — Да не томи!
— Этот мудак выпускает прямо передо мной облако краски. — Я не стал дальше нагнетать атмосферу. — А когда я в него влетаю — поджигает. Оно рванул почище, чем объёмный боеприпас, машину повело, и вместо того, чтобы смять этого урода, переворачиваюсь и вылетаю из кабины через лобовуху. Метров на пятнадцать улетел, благо в сугроб попал, а то бы все кости переломал.
— И чего, ты его голыми руками завалил?! — восторженно завопил Вася. — Чё, в натуре?!
— Почему? — удивился я. — Я ж с молотом десантировался. Как его в руке держал, так и вылетел в окно. Так что, как положено, череп ему разнёс, только кровища зелёная по снегу разлетелась. Ну, правда, перед этим мои девчонки к Уничтожителю Спайди подогнали тайком, пока тот со мной воевал, и печать изгнания на него прилепили. Гремлина из робота вышибла, и тут я такой — добрый вечер. И хана зелёному.
— А девок-то шпилишь, поди, — ехидно подколол один из солдат. — Как оно в малиннике-то? Слушай, а к какой можно подкатить? Вы ж тут ещё две недели будете.
— Если тебе яйца дороги — ни к какой. — Я серьёзно глянул на героя-любовника. — Серьёзно. Тебе там любая, даже лолька Изабелла, хозяйство на раз оторвёт. Или в жабу превратит, будешь орать: «К-ка-кова-а-а-а клюк-ва-а-а-а». Я сам к своим девкам ни-ни.
— Да брешешь, — неуверенно попытался подловить меня заметно погрустневший боец. — Что прям ни разу?
— Я что дурак, что ли? — удивился я. — За каждой из них владетельный Дом стоит или клан. У Дары так вообще дед — глава Бурятии. Там присунуть не успеешь, тебя самого отымеют. И ладно, если этим дело ограничится. Нафиг надо. Потрахаться я всегда с кем найду, зато целее буду.
— Мля, а я уже губу раскатал, — протянул кто-то из солдат.
— Не, чуваки, закатывайте обратно, — я искренне не хотел, чтобы парни встряли. — Лучше в увал сходите в город, там кого найдёте.
— С местными?! — хором воскликнули бойцы. — Да ну нахер. Они похлеще твоих родовитых будут.
— Что, не дают, что ли? — удивился я.
— Дают, но там сам не захочешь, — пояснил опытный Вася. — Там, наоборот, местные бабы, чуть подопьют — у них ноги сами раздвигаются. И попробуй не трахни, прирезать могут. А потом житья не даст, будет везде за тобой ходить, доставать, мол, она теперь твоя жена. Я, когда только служить начинал, у нас один дембель так попал. Так его офицеры три дня натурально прятали и на гражданку раньше срока выпнули, лишь бы только ничего не случилось. Так что лучше уж потерпеть, а дома…
— Мужики, готово!!! — в помещение вошёл боец, держа полотенцем громадную сковороду, полную золотистой жареной картошки, от которой шёл умопомрачительный аромат. — Давайте к столу!
— Мать моя, как пахнет, — у меня непроизвольно пошла слюна. — Вот это я понимаю, служба!
— А ты думал! — хлопнул меня по плечу Вася. — Держись меня, не пропадёшь! Давай, налетай!
Мы расселись вокруг сковороды, поставленной на табуретку. Рядом лежал нарезанный щедрыми ломтями хлеб. Картошка обжигала, но была невероятно вкусной, щедро сдобренной и маслом, и тушёнкой. Не знаю, какова на вкус амброзия, но, на мой взгляд, она должна быть именно такой. Иначе с чего бы её ели боги. Я зачерпнул ещё ложку и поймал себя на мысли, что мне нравится в армии. Может, я сглупил, согласившись на предложение Обресковой? Помотав головой, я отогнал от себя эти мысли. Теперь уже поздно об этом думать, бросить девчонок я был не готов, какими бы вредными стервами те ни являлись.
Глава 7
— Ну как вы тут? — хоть после наряда положены были сутки отдыха, я слишком беспокоился о Даре, так что, немного отдохнув, в обед присоединился к своей команде. — Было что-нибудь?
— Нет, всё тихо, — хоть Таня и говорила спокойным тоном, было видно, что она рада меня видеть и может вздохнуть с облегчением. — Скорее всего, как ты и предполагал, хотят выждать, чтобы ситуация стала пожёстче.
— А может, пробил ситуацию и узнал, что всё решили? — я посмотрел на Дару. — Может такое быть?
— Не, — отмахнулась лучница. — Монгушев он… как бы это сказать… наглый, что ли. То есть видит цель — не видит препятствий. Если бы он был в курсе, то уже или надавил бы на командира, чтобы усугубить ситуацию, или сам бы сюда примчался, мол, я всё решил. И, вероятно, так и будет, он наглый и простой, как три копейки.
— А чего вообще ему от тебя надо? — я с аппетитом уминал обед, хотя, казалось бы, ночью наелся впрок. Мы три раза картоху жарили. — Вы же один клан.
— Сергей Чемзоевич хочет власти, — пожала плечами Дара, — несмотря на то, что клан у нас один, тувинская ветвь, по сути, сама по себе. Кровного родства между нами нет. Но при этом наша кровь сильнее, и дар проявляется у нас ярче. Поэтому оспорить просто так они не могут.
— И тут появляешься ты, — резюмировал я. — Для них это вариант побороться за лидерство. Мда, знал бы, что-нибудь придумал бы, чтобы тебя сюда не послали.
— Нельзя всю жизнь бегать от проблем, — на удивление разумно встряла с комментарием Катерина. — Надо встречать опасности лицом к лицу, только так можно вырасти над собой.
— Кто ты и что сделал с нашей туповатой подругой?! — я наставил на девушку ложку. — Учти, я вооружён и не постесняюсь…
— Да пошёл ты!!! — взорвалась красноволосая. — Сам ты тупой, понял?!
— Вот теперь верю, что это ты, — я жизнерадостно заржал, уворачиваясь от пакета с соком и слыша при этом недовольный возглас того, в кого он прилетел. — Извините, ребята, просто у девушки эти дни. Так что кругом враги.
— Пошёл на хрен, мудак, — подозрительно спокойным тоном отозвалась Катерина, подхватила поднос с недоеденным обедом и ушла.
— Тор, ты неправ, — Таня уставилась на меня сердитым взглядом. — Это реально был перебор. Да, Катя часто выходит за рамки, но сейчас ты перешёл границы. Шутить над физиологией низко.
— Согласен, — я смущённо почесал в затылке. — Меня занесло. Увижу — извинюсь. Просто слишком неожиданно было от неё такое услышать.
— А что ты вообще знаешь о Кате? — вдруг подала голос обычно молчаливая Мико. — Ты хоть раз пытался с ней поговорить или понять её? Или с самого начала считал туповатой сучкой, только и способной морды бить?