Книга третья. Усердная жадность (СИ)
Но… как оказалось, не факт. Свободный Герой становится жертвой домогательств по вступлению в ту же Гильдию, пока у него нет крыши или достаточной личной силы. Потом уже, став круче среднего по планете Мастера Гильдии, он может посылать местных в любые дыхательно-пихательные отверстия, а они будут утираться. Почему? Потому что противостоять высокоуровневому Герою может только золотой «класс», а они, чаще всего, давно уже не бойцы, а заслуженные руководители. Кого послабее героическим приёмом угробит нафиг — не гарантированно, но риск высок, поэтому предпочитают договариваться.
Так что пока я в группе риска. Расти-расти моя пиписка…
И в этом отношении нам-таки было что предпринять!
…только вот не успели. Стоило нашей могучей кучке только покинуть избу гнома-скупщика, как рядом нарисовались несколько морд, одетых оружно и мордами борзо. Несмотря на физиономии, они довольно вежливо передали мне приглашение навестить местного Мастера Гильдии, чтобы перетереть с ним о наших сугубо авантюристских делах. Один на один, можно сказать.
Подумав, я… взял и согласился. Нам же нужны эти вуали призраков? Морды, красные от раздражения в виду моих долгих раздумий, сопроводили нас в потребное место. Глянув, как девочка регистраторша приносит на подносике рыжей изгнанной гномке кофе, я ухмыльнулся, делая в голове зарубку. Это «жжж» неспроста.
Так и оказалось.
— Крутить не буду! — решительно рубанула седая квадратная гнома, щеголявшая двумя серыми косами до пола и шрамированным лицом, — Кавасаки Кота, единственный Герой в нашей империи, покинул континент! Нам нужен новый Герой!
— Я не тот Герой, которого вы ищете! — автоматом отэрегировал я, зачем-то проводя перед собой рукой.
Гномка недоуменно моргнула, вопросительно вздёрнув бровь.
— Поясню по-простому, — решил не нагнетать я, — Прибыл сюда выбить пару вещичек, которые должен. Это не заказ, не задание, я отрабатываю долг. Разбираюсь с долгом и сваливаю с этого континента.
Гнома помолчала, барабаня пальцами по столу и хмуро сверля меня взглядом. Я сидел, весь красивый и непричемистый, готовый к любому развитию событий.
— Слушай сюда, Мач Крайм, — наконец-то разродилась она, воткнув в меня взгляд, — Герои добывают нужные… ресурсы. Эти очень редкие ресурсы идут на лекарства, продляющие жизнь очень важным людям. Разным. Везде. Понимаешь, к чему я клоню? Если эти люди не получат того, что им жизненно необходимо…
— …то они умрут, — понимающе закивал я, — А Гильдия останется без прибыли.
— Хорошо, что понимаешь, — женщина улыбнулась, хотя её взгляд остался пронзительно-холодным, — Значит, должен и понимать, сколько проблем могут доставить важные люди. Умирающие важные люди. Доставить тебе.
— На другом континенте? — тут уже оскалился я, — Не смешите мои тапочки, мадам! Вам от меня нужно добровольное согласие и добровольная работа. Этим вашим «важным» людям насрать, откуда возьмутся нужные им вещества, прижмёт — и они купят себе Героя. Я слышал, что еще несколько штук остались. А вы останетесь ни при делах. Вот и всё.
Этот спич заставил гномку замолчать еще. На неприличное долгое время. Затем она выдохнула так, что со стола слетели несколько бумаг, а потом как-то расслабилась, признавшись:
— Да мне плевать на всю эту тряхомудию, Мач! В глубокую штольню плевать, кирку им жопу! Только вот спрос будет в первую очередь с меня! Ты-то же тут!
Последнее прозвучало почти жалобно.
— Давайте тогда поговорим предметно, — сделал предложение я.
Тётка вздохнула, скрипнула пудовыми кулаками, а затем… разговорилась. Место тут, у замка Скригган, хлебное, хоть и напряжное, а ей повесили ультиматум. Либо она меня «к ноге», либо будут проблемы. Даже не проблемы, а «проблемочки» масштабов незабвенного Бенджоу Магамами. Рычаги воздействия у дамочки… имелись. Прикормленные Авантюристы, общественное мнение… только вот этого недостаточно.
Есть такой вопрос — а где наш средний по психбольнице Герой берет себе компаньонов? Он же не может таскать с собой дочку купца или какую-нибудь прынцессу просто ради любви к искусству? Компаньон должен быть боеспособный, то есть полезный. А это добро, во всём его великолепии, есть лишь у Гильдии Авантюристов. Разумные, живущие за счет убийства монстров. У этих мальчиков и девочек, что совершают подвиги с Героями, есть своя жизнь, родственники там и прочие кракозябры типа любимых домашних черепашек. Что из этого выходит? Герой зависит от компаньонов, иногда даже очень сильно, а его компаньоны зависят от Гильдии. Воздействовать на посланника божеств можно довольно легко. Разумеется, если не перегибать.
И вот тут я такой красивый, на которого крючков нет. Что Тами, что Саяка — «дикие», без всяких связей с прошлым, на которые можно подействовать. А если тётка не добьётся от меня содействия, то кисло будет нам всем, только ей хуже всего — так как прогибать и нагибать нужно гостя императорской семьи, а старая императрица вовсе не славится кротостью, любовью и всепрощением.
Затык.
Тетя вышла из-за стола всем своим 120-килограммовым телом, открыла солидный сейф, достала оттуда пузатую бутыль толстого зеленого стекла, выглотала половину, потом сунув бутылку мне, печально призналась, что мы в жопе. И жизнь никогда не будет прежней.
— А что…, - протянул я, таща ментально хорошую мыслю за хвост обратно в череп, — …а что, если нашего с вами разговора никогда не было, уважаемая Эргонохильда?
— Сдурел? — хмыкнула вполне себе пьяненькая гнома, которую ядрёная смесь из бутыли проняла практически сразу, — Думаешь, у меня тут стучать некому? Ха! Да тут, возле Скриггана, самая большая концен… трация кандидатов на золотой класс!
— Ну, это мелочи, — барственно махнул я рукой, — Просто представьте, что разговор между нами не состоялся, потому что вам пришлось меня изгнать из Гильдии до него. Как вам?
Капитальная женщина капитально отхлебнула, потом подумала, потом подумала еще сильнее, а затем помотала головой, показывая мне два коротких мускулистых пальца.
— Первое, изгнание — это не чих собачий! Ты такое должен сделать, чтобы прямо ух!! А второе… не поверят. Уже не поверят, Мач Крайм. Слишком мы тут долго трындим.
— Предоставьте это мне, — улыбнулся я.
— Думаешь, у тебя что-то выйдет? — хмыкнула Эрогонохильда, откладывая бутылку, — А… знаешь, доверюсь! Всё равно выхода нет!
— Тогда… раздевайтесь!
— ЧТО?!
Как она орала… как она ревела! Эти вопли, этот зов удовлетворяемой гномьей плоти разносились по всему лагерю и всему Скриггану, шатая заборы и пугая ворон! Я выбил все окна, чтобы уменьшить резонанс, но всё равно — убегал из здания Гильдии оглушенный и очумевший от полутора часов воплей!! Вылетев из главного входа, как из пушки, я почти впилился в толпу, плотно окружившую здание. Все собравшиеся люди, эльфы, гномы и прочая гадость смотрели квадратными от изумления глазами!
— МАЧ КРАЙМ!! — громовым голосом донеслось с балкона. Там стояла она, Эргонохильда. Красная, распаренная, с дикими глазами, тяжело дышащая… в простыне на голое тело. И смотрела на меня как Америка на «Северный Поток-2».
Я лишь успел повернуть голову, как получил по морде изумрудным плащом гостя императора.
— Подлец! — припечатала меня Мастер Гильдии, — Мерзавец!
— Я…, - несмело проблеял я в ответ, но был заткнут.
— Такой как ты не заслуживает вызова на дуэль! — грохотала гнома на весь белый свет, — Бесчестный похотливый подонок!! Насильник! Извирг! Прелюбодей! Опозорил! ИЗГОНЯЮ!!
-«Внимание! Вы изгнаны из организации «Гильдия Авантюристов»
— Мач!!! — жутко кстати ко мне бросились девчонки, пробившиеся сквозь толпу. За их спинами стоял Туриан, имевший очень круглые глаза.
— И тебя, волшба тощая, изгоняю! — гремела Эргонохильда на всю ивановскую, — Сосуды похоти! Негодяи!! Убрать их из лагеря!!
Под громогласную ругань, продолжавшую пугать ворон, очень удивленные Авантюристы с реально анимешными глазами, споро отволокли нашу четверку за пределы палаточного городка, оставив на полянке под пение сверчков. Выполнив распоряжение Мастера, они… замерли напротив нашей группки с немым вопросом в глазах. Их зеркально копировали мои девчонки и пораженный по самые ухи гвардеец.