История своей судьбы (СИ)
– Думаешь, это у него серьёзно?
Светлана улыбнулась.
– Уверенна, что серьёзно. Знаешь, ради женщины, которая просто вызывает мимолётную симпатию, не будешь срываться в разгар новогодней ночи, и ехать к чёрту на кулички по такой погоде. Ты знаешь, он не отходил от неё ни на минуту, когда я приехала в дом. Нервничал, переживал и не находил себе места, пока я его не уверила, что с ней всё будет в порядке. Последний раз я его таким видела, когда Янина лежала у меня в больнице.
– Я его понимаю. Только знаешь, очень хочется, чтобы эти чувства были взаимными.
– Зная Романова, и то, как он умеет ухаживать, я уверенна, что ей не нужно будет много времени на размышление. Разве такого, как Пашка, можно не полюбить? Вопрос сейчас в другом. То состояние, в котором она сейчас находится, думаю, создаст им обоим дополнительные трудности.
– Она так плохо себя чувствует?
– Я говорю не о физическом недуге, а о душевной боли. Видимо нервы ей помотали изрядно. И вообще знаешь, всё, что ты мне рассказал, до сих пор не укладывается в моей голове. Это всё ужасно! Неужели, Ольховский и правда, такая сволочь, если пошёл на всё это?
– Он гораздо хуже, поверь мне. Ты бы видела его невозмутимую физиономию, когда он согласился на Пашкино предложение, словно отдать жену чужому мужику это всё равно, как выкинуть надоевшую собаку на улицу. Даже не дрогнул ни один мускул, когда соглашался отдать в залог своей сомнительной свободы, женщину, с которой прожил бок о бок несколько лет. Ел за одним столом, спал с ней в одной постели, а потом… ради спасения собственной шкуры, отдал её первому встречному предложившему мужику, в обмен на собственное спокойствие. Гад, как же хотелось в тот момент начистить ему его холёную физиономию…
Светлана тяжело вздохнула.
– Ты прав. Омерзительно это всё. Женщина оказалась разменной монетой в его грязных делах.
– Ладно, дорогая, хватит о грустном. Всё-таки праздник сегодня. Давай пить чай. Я детвору позову. А то они, там, судя по крикам, устроили настоящую баталию в холле.
– Хорошо, – ответила Светлана и, поднявшись со стула, направилась к столу.
Она разлила ароматный чай по детским чашкам, разложила по блюдцам кусочки домашнего торта и, включив телевизор, принялась терпеливо ожидать, пока дети и муж займут свои места за праздничным столом.
****
Павел заехал домой и, переодевшись, сразу же направился на работу. Легко взбежав по ступенькам в вестибюль офиса, он забрал из рук охранника две заранее приготовленные коробки и, загрузив всё в машину, стремительно направился в посёлок «Южный».
Романов открыл входную дверь и тихо вошёл в прихожую дома. Когда он подъехал, сразу же обратил внимание, что свет во всех окнах был погашен. Он включил настенное бра и, сняв пальто, направился в комнату, где оставил Милану.
Павел остановился на пороге, пристально вглядываясь в темноту комнаты. Он подошёл ближе и присел возле неё на кровати.
Милана тихо спала на правом боку, откинув одеяло в сторону, и прижимала к себе маленького белоснежного ангела, которого он ей подарил.
Романов улыбнулся, и осторожно коснувшись пальцами её волос, убрал в сторону спутавшиеся, упавшие на её лицо пряди, пристально всматриваясь в её лицо.
Милана слегка потянулась во сне, открыла глаза и, увидев его перед собой, слегка отстранилась в сторону.
– Что ты тут делаешь? Я думала, ты остался праздновать с семьёй.
– Нет. Я решил вернуться к тебе. С Новым годом, Милана!
– С Новым годом! Почему ты вернулся?
– Не хотел, чтобы в такую волшебную праздничную ночь ты оставалась одна.
– Какие жертвы, ради меня. Зря ты это сделал. Я не способна сейчас оценить твой поступок по достоинству.
– Я и не стремился к тому, чтобы ты оценивала мой поступок. Просто по себе знаю, насколько иногда бывает тяжело оставаться одному в праздники.
– Согласна с тобой. Это действительно самое ужасное, что может случиться с человеком. Остаться одному в такой светлый праздник. Со мной такое впервые в жизни.
– Ну, вот поэтому я и решил приехать, чтобы тебе не было так одиноко.
– А как же твоя семья?
– Здесь у меня из родных только дочь. Родители живут в Москве.
– А дочь не обидится на тебя, что ты уехал?
– Она уже большая девочка и мы умеем с ней договариваться. Мы с ней встретили вместе Новый год, а сейчас, скорее всего…
Он посмотрел на наручные часы.
– Она уже легла спать…
– Знаешь, я пообещала перед праздниками позвонить одной девочке и поздравить её с Новым годом. Мы познакомились с ней в декабре. Она такой удивительный и светлый человечек. И я не выполнила это своё обещание, потому что телефон и планшет разрядились в самый неподходящий момент.
– У меня есть зарядное устройство для телефона и планшета. Лежит в машине.
– Ты серьёзно?
– Конечно. Только не знаю, подойдёт ли оно для твоего телефона. Сейчас принесу. А пока возьми мой телефон и позвони кому нужно.
Милана взяла телефон из его протянутой руки.
– Я помню наизусть только номер телефона мамы.
– Ну, вот и позвони ей, пока я буду ходить. Она ведь наверняка волнуется, что от тебя нет никаких известий.
– Спасибо, – тихо сказала она.
– Не за что, – ответил Павел и вышел из комнаты.
Романов принёс зарядное устройство, но, услышав за дверью спальни тихий разговор Миланы с мамой, решил не мешать. Павел зашёл на кухню и принялся выкладывать из пакета продукты, которые положила для них Светлана, и о которых он совсем позабыл. Разогрев и разложив еду по тарелкам, Павел присел за столом и посмотрел в окно на улицу.
– Ничего себе, какое великолепие! – раздался позади него голос Миланы.
Он резко обернулся и посмотрел на неё.
– Садись, будем ужинать. Сегодня всё-таки праздник.
Милана присела на стул и внимательно осмотрела накрытый стол.
– Знаешь, а я действительно проголодалась. С прошлого года ничего не ела. Откуда вся эта красота? С Новогоднего стола?
– Светлана положила. Позаботилась, чтобы у нас с тобой была еда. Кстати, передавала тебе привет!
– Спасибо. Ты встречал Новый год с ней и её мужем?
– С ней, её мужем, с двумя их сыновьями и моей дочерью.
– Как зовут твоего друга?
– Сергей.
– Давно вы дружите?
– Одиннадцать лет.
– Как много! Видимо крепкая дружба. У меня тоже была подруга, только…
Милана резко замолчала.
Павел внимательно посмотрел на неё.
– Что-то произошло с твоей подругой?
– Да, нет, ничего не произошло. Знаешь, это не столь важно, чтобы обсуждать это за столом.
– Как родители? Ты дозвонилась?
– Да. Ой, извини…
Она протянула ему телефон.
– Спасибо большое! Маму успокоила, а вот отец был крайне недоволен и…
Она снова резко замолчала.
– Что с отцом?
Милана внимательно на него посмотрела.
– Да, так ничего. Немного поворчал, что я не дома.
– Понятно. Не хочешь рассказывать?
– Просто не хочу сейчас говорить ни о чём серьёзном.
– Понимаю. За праздничным столом о серьёзных вещах не говорят. Ну, ладно, давай будем ужинать…
Павел положил в её тарелку кусочки запечённой сёмги с картофелем, овощной салат и налил в высокий стеклянный бокал ягодный морс.
– Ну что Милана, с Новым годом! Теперь уже по-настоящему. Желаю, чтобы в этом Новом году твоя жизнь изменилась к лучшему, и исполнились все твои самые заветные мечты.
Ольховская взяла бокал в руку.
– Спасибо! И тебя с Новым годом! Я тоже желаю всего только самого наилучшего в твоей и в жизни твоей дочери. Чтобы вы оба были здоровы и счастливы. И спасибо тебе большое за то, что спас меня вчера на дороге. Я только теперь понимаю, что если бы ты не забрал меня оттуда, сейчас неизвестно чтобы было со мной.
– Я рад, что ты сказала эти слова. Значит, понимая это, ты снова хочешь жить, несмотря ни на что. И мне приятно, что ты осознаешь, что вчера проявив свою волю, я всё-таки оказался прав, когда настойчиво увёз тебя оттуда.