Два чуда для Папы Мороза (СИ)
Впервые за последние недели чувствую себя в безопасности. Чуть позже я отругаю себя за проявленную в очередной раз наивность, но сейчас… Наслаждаюсь спокойствием, пусть и обманчивым.
Чудо третье. Глава 24
Морозный воздух обдает лицо, но тут же на смену ему щеки касается контрастно жаркий ветерок. Улыбаюсь сквозь сон, потягиваюсь и чувствую себя так, будто нахожусь дома у родителей в мягкой постели, среди горы подушек. Как только чья-то горячая ладонь ложится на мою щеку, я тут же прижимаюсь к ней, сохраняя и впитывая приятное тепло. Чувствую легкое дуновение на губах – и сама невольно тянусь навстречу.
- О-ой, а где мы? – визжит Митя так, что я подскакиваю на месте и часто моргаю, пытаясь смахнуть сонную дымку и восстановить зрение.
Как только все вокруг проясняется, первое, что я вижу перед собой, это серьезное лицо Ника. И именно его ладонь в этот момент аккуратно поглаживает мою щеку. А губы… непозволительно близко к моим.
Нахмурившись, убираю внезапно ставшую тяжелой руку и отстраняюсь. Мы с Ником мрачно смотрим друг на друга.
- Ты странный! Сам, что ли, не видишь? – отвлекает нас Коля и ойкает, получив от брата толчок в плечо. – Митя, ну! – открывает дверь. – Это же резиденция Папы Мороза! – схватив щенка под мышку, вываливается вместе с ним из машины.
Митя выскакивает с другой стороны – и мчится за братом по снегу, что хрустит под подошвами ботинок. Я так спешу последовать за ними, чтобы не потерялись в кромешной тьме, что неосознанно принимаю помощь Ника. Руку в его ладонь вкладываю, позволяю ему поправить мой шарф, а потом и вовсе себя за плечи приобнять.
Нахожу взглядом яркие куртки, усмехаюсь от того, как они мелькают перед глазами, когда мальчики по-доброму цепляют друг друга, щенка передают.
- Ребята, вы осторожнее. Здесь снег совсем не чистили, потеряетесь в сугробах, - заботливо предупреждает их Ник.
Но Коля и Митя не слушаются. Несутся по искрящемуся под светом луны снежному полотну, погружаются чуть ли не по колено, оставляя глубокие следы. Разбаловавшись, все-таки шлепаются вдвоем спинами в сугроб. Но о себе не переживают, зато щенка Коля держит на вытянутых руках.
В то время как я испуганно ахаю и делаю шаг, увязая в снегу, братья начинают заливисто хохотать.
- Постой здесь, - горячее дыхание касается моей щеки. – Я подниму этих неваляшек, - не может сдержать смеха Ник, когда мальчишки, пытаясь встать, опять плюхаются в белоснежную перину.
Киваю, но ежусь от внезапного холода, что пронизывает меня, как только остаюсь без жарких мужских объятий.
Наблюдаю, как Ник в пару шагов оказывается рядом с Колей и Митей, осторожно тянет их за шкирки, словно двух щенков, и ставит на ноги. Тут же принимается оттряхивать одежду, отчитывая ребят при этом. Ведет себя, как настоящий папа, которого им так не хватало в равнодушном Солнцеве. Быть отцом по крови – не самое главное. Порой чужой человек может стать ближе родственника.
Вздрагиваю от резкого порыва ледяного ветра – и плотнее кутаюсь в шубку. Только сейчас, прекратив переживать о сыновьях, которые в надежных руках Ника, я с любопытством осматриваю незнакомую территорию.
Мы окружены деревьями, заснеженные ветки которых гнутся и поскрипывают на ветру. Это место вызывает смешанные чувства. Жутковато и одновременно сказочно. Во мраке замечаю аккуратный дом, что так и манит войти внутрь. Обещает согреть, подарить уют.
Действительно, резиденция Папы Мороза. Еще раз обвожу дом взглядом. И улыбка сама расплывается по лицу.
***
- Где мы, Ник? – тихонько спрашиваю, когда мы оказываемся в небольшом темном коридоре.
Морозов подходит ко мне вплотную, окутывает своим запахом и подчиняющей энергетикой, но делает это лишь для того, чтобы протянуть руку и нащупать выключатель на стене позади меня. Щелкает по нему, но… Ничего не происходит.
Вдвоем замираем на секунду в кромешной тьме, затаив дыхание. Близко друг к другу. Настолько, что хочется обнять, уложить голову на его грудь и прикрыть глаза под гулкий стук наших сердец.
Но мальчики где-то рядом, такие же опешившие и притихшие. Поэтому мы с Ником отстраняемся друг от друга. Он отступает вглубь коридора – и возвращается уже с двумя большими фонарями. Жмурюсь от яркого света, когда Ник включает их. Один передает Коле и Мите, взглядом разрешает им пройти в гостиную, не очень просторную, судя по очертаниям.
- Мы в доме моих родителей, - признается, наконец. – Здесь проблемы с проводкой. И с отоплением, - предупреждает меня, но мне все равно. - Я несколько лет не был в этом доме, - снимает шубу с моих плеч. – Ничего не трогал. Опечатал и бросил. Сразу после того, как родителей не стало, - добивает меня неожиданным откровением.
- Прости, - шепчу растерянно.
Осознаю, что Ник переступил через свою боль и вернулся сюда ради нас, чтобы спрятать от угрозы. Представляю, как ему тяжело сейчас находиться в доме, где все напоминает о маме и папе, но не иметь возможности обнять их, сказать, как он их любит. Больше никогда. И в этот миг мне так хочется оказаться со своими родителями, что не могу сдержать судорожного всхлипа.
И тут же оказываюсь в кольце мужских рук. Сдаюсь – и все-таки обнимаю Ника. Сама. Я соскучилась по его теплу и иллюзии семьи, которую он так мастерски умеет создавать.
- Ну, тише, чего расклеилась? – наклонившись, выдыхает мне в шею. – Мне в квартире удобнее всегда было. Почти в центре города, на работу добираться быстро, так что дом просто ждал своего часа, - успокаивающе поглаживает меня по спине. - Видимо, он наступил. Мне вас больше негде прятать, - отклоняется, чтобы обхватить ладонями мои щеки и поймать затуманенный близостью взгляд. - Но… это ненадолго. Не волнуйся. Скоро Солнцев поплатится за все.
При упоминании мужа Яры я мгновенно возвращаю себе холодный рассудок. Заставляю себя осознать, зачем я здесь. И запрещаю доверять кому-либо, кроме моих сыновей.
- У меня есть к тебе деловое предложение, Ник, - произношу строго, вынуждая его нахмуриться.
Однако договорить нам не дают мальчишки, которые опять прибегают к нам в коридор. Следом с громким лаем мчится Дин. Песик тоже соскучился по своим «товарищам» и ни на шаг от них не отстает.
- Папа Мороз, а ты камин разожжешь? – запыхавшись, прокашливает Коля. - Мы поможем.
- Да, - охотно соглашается Митя.
Фонарь в их руках начинает мигать и в какой-то момент гаснет. Но находчивый Коля хлопает его ладонью, возвращая свет.
- Пока не стукнешь, не заработает. Да, Папа Мороз? – довольно вскидывает голову. Одобрения от Ника ждет, не понимая, что выдал его только что.
- Опять твои фразочки, - фыркаю я.
- Так, камин разожжем обязательно, - делает вид, что мое обвинение его не касается. – Но сначала я с электричеством разберусь. Вы пока располагайтесь в гостиной. Сегодня здесь переночуем, ближе к камину, а завтра я остальные комнаты подготовлю, - передает мне большой фонарь, а сам телефон достает.
- Хорошо, - послушно соглашаюсь.
- Стоп, телефоны ваши где? Любые гаджеты? Может, «подарки» от Солнцева? – скрипит зубами Морозов. – Нужно избавиться…
- Он не дарил нам подарки, - наивно пожимает плечиками Коля.
- Денег давал, - уточняет Митя.
- Мира? – с прищуром смотрит на меня Ник. – Это очень серьезно. У тебя с собой есть какие-то средства связи?
- Нет, - отрицательно головой качаю. – Я специально все в особняке оставила. Да и телефон не мой. Он для Яры был предназначен, - опускаю ресницы. – Впрочем, как и все, что ты мне дарил. Тоже.
Ощущаю легкое касание пальцев на тыльной стороне ладони. И по всей руке распространяется покалывание, будто электроразряды между нами с Ником пролетают.
- Неправда. Я делал это искренне. Для тебя, независимо от имени, которым ты представлялась, - шепчет убедительно. – Кстати, я захватил телефоны, которые вы в квартире бросили, и оставлю вам их.