Музейная пыль (СИ)

Уже подойдя к лестнице, я остановилась, как вкопанная. В голову мне наконец-то пришло то, что по идее должно было прийти туда уже очень давно. Все те документы, что вручил мне Дрейк, следовало приносить в деканат месяц назад. Предварительно согласовав с научным руководителем. А сейчас меня там и слушать не станут.
Хотя насчёт согласования с профессором — это, пожалуй, мысль. Вот к нему сейчас мне и стоит пойти, передать привет и всё такое. Словом, переложить с больной головы на здоровую. И пусть он за меня думает, как бы этак договориться с нашей университетской бюрократией.
У двери кафедры я остановилась, чтобы отдышаться после бега по лестнице. А заодно порадоваться своему первоначальному смятению. Начни я высказывать Дрейку, что уже поздно менять место прохождения практики, неизвестно, чем бы это закончилось.
На стук в дверь сначала никто не отозвался. Наверняка секретарь как раз сейчас притаилась где-то в укромном уголке холла в ожидании представления. Ругнувшись себе под нос, я выждала с полминуты и постучала снова. Исключительно для приличия. К моему немалому изумлению дверь распахнулась.
— З-здравствуйте, — пробормотала я, увидев на пороге профессора Лирса собственной персоной.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Давайте сюда документы, — чуть раздражённо потребовал он, коротко кивнув в ответ на моё приветствие. — А заодно и то, что вы там сделали по диплому. Кажется, времени на консультацию сегодня не останется.
Обречённо вздохнув, я вытащила из сумки конверт и папку с дипломом. Посмотрев на них пару секунд, профессор развернулся и, жестом велев мне идти за ним, пошёл в свой кабинет. Я поплелась следом, осторожно прикрыв за собой дверь.
В кабинете Лирса я села на ближайший к его столу стул и тут же уставилась в стену перед собой. Так и не придумала, что сказать, но, кажется, от меня никаких объяснений уже и не требовалось. Очень… заботливо.
Профессор тоже ничего не говорил. Только шуршали в тишине листы с попытками моего научного творчества. А потом за стеной послышались тихие шаги, щёлкнул замок и дверь кабинета открылась. Разумеется, это был некромант. Явился, не запылился, не мог не лишить меня только что обретённого подобия спокойствия. Чтобы не смотреть на него, я перевела взгляд на Лирса.
— Ну как? — поинтересовался профессор, не поднимая головы. — Не зря я почти два часа слушал нытьё Эдертона? Фуллер рассказал что-нибудь толковое?
— Что-нибудь рассказал, — ответил некромант, прикрывая за собой дверь кабинета и проходя мимо меня прямиком к столу. — По итогам беседы с ним мы успешно продвинулись в очередной тупик.
— Оптимистично, — хмыкнул профессор, что-то зачеркивая в моем тексте. — И почему же так вышло?
— Потому что именно этого следовало ожидать, — развёл руками магистр, усаживаясь на край стола и тоже заглядывая в мою писанину. — Того, что теперь говорить придётся со стариком Карвером, а это… не слишком перспективно.
— Больше тебе скажу, это будет ещё и крайне затруднительно, — протянул профессор, снова принимаясь безжалостно черкаться в результатах моих недельных трудов. — Он пропал месяца два назад.
— Как пропал? — озадачился некромант, и тут же, без всякого перехода, поинтересовался: — Чем тебе не угодил этот абзац? По-моему, отлично сформулировано.
— И совершенно здесь не в тему, — отрезал Лирс. — Вообрази, старикашка стукнул сиделку статуэткой по голове и скрылся в неизвестном направлении. По крайней мере, такова официальная версия. А что, думаешь, этот старый пень может быть тоже замешан? Ему ведь за девяносто, он уже с собственными-то мозгами договорится не в состоянии, не то, что с чужими.
— Как знать, — задумчиво проговорил некромант, барабаня пальцами по монитору. — Этот хитрый старый чёрт вполне мог и прикидываться маразматиком. А может, из него вытянули сведения, а потом просто убрали, чтоб никому другому не проболтался. Это мы вряд ли уже выясним. Но в любом случае, хуже всего то, что некого теперь расспросить о «звезде».
 
— Ну, если подумать, старик Арнольд не единственный Карвер на свете, — обронил профессор, не отвлекаясь от оставления замечаний на полях и не только.
— Верно, — признал магистр. — Но остальные точно так же недоступны. Алан и Бойд сидят, с ними под видеокамерой в любом случае не поговоришь о запрещённом артефакте. А Агнесс до сих пор в бегах, и я понятия не имею, где она может быть.
— Да, — кивнул Лирс. — Но ты кое-что упускаешь. Кое-кого. Третьего сына.
— Есть и третий? — вскинул брови некромант. — Впервые слышу.
— Есть, самый старший. Он разорвал отношения с семьёй ещё задолго до того, как… как её сомнительная слава достигла апогея. Даже, насколько я знаю, взял фамилию матери.
— Он не менталист?
— Менталист, — качнул головой профессор. — Но такой, не из выдающихся.
— Но всё-таки есть шанс, что в прежние времена он заглядывал в фамильную библиотеку?
— Определённо есть.
— Тогда как его найти?
— Говорю же, он взял фамилию матери, — терпеливо повторил Лирс. — А мать его звали то ли Салли, то ли Сара, но главное, она из Логанов, из угасшей династии алхимиков.
— А имя её старшего сына тебе, случайно, не известно? Или хотя бы возраст?
— Если когда-то я это имя и знал, то давно и благополучно забыл, — сознался профессор. — Но не думаю, что в нашей стране очень уж много менталистов по фамилии Логан. Что же до возраста, он на пару-тройку лет старше Алана. Найдёшь.
— Ну да, — признал некромант. — Бывало и хуже. Когда закончишь критиковать труды Софи, сходи и возьми ключ от архива.
— Зачем? — вскинул брови профессор.
— Искать Логана, само собой.
— А чего сам не возьмёшь?
— Я уже брал эти ключи дважды за последний месяц, — спрыгивая со стола и направляясь к дверям, через плечо бросил некромант. — Не хочу объяснять ректору, каким мёдом мне там намазано.
— Ты параноик, — буркнул Лирс, захлопывая мою папку.
— Вы сговорились, да? — уже с порога поинтересовался магистр.
— О чём? — искренне удивился профессор, но дверь уже закрылась.
— Определённо параноик, — не удержалась я.
— Обстановка располагает, — неожиданно усмехнулся в ответ Лирс. — Поправьте то, что я отметил. В целом хорошая работа, но теперь непонятно, как быть с практикой.
— Думаете, они откажут мне в смене места? — осторожно поинтересовалась я.
— Они попробуют, — довольно мрачно ответил профессор. — Но это решаемая проблема. Идите, мы со всем разберёмся. Постепенно.
Я кивнула, забирая папку. Постепенно разберёмся, да. Так или иначе. И всё это в любом случае не повод не писать дипломную работу. Так что придётся думать, как использовать то, что есть, чтобы пять лет учёбы не пошли коту под хвост.
Когда я вышла из кабинета, секретарь кафедры уже вернулась на своё рабочее место, о чём-то мило хихикала с Тедди Нестом, третьим дипломником профессора. С моим появлением, правда, смех умолк как по волшебству.
— Доброе утро, — сказала я, с чего-то вдруг чувствуя себя неловко.
— Да уж, доброе, — согласился Тедди. — Особенно для тебя и для Беринг. Поздравляю с практикой в «Спайделл». Скажи, с кем мне надо переспать, чтобы так повезло?
— С большой кучей книг, — менторским тоном сообщила я в ответ. — И не спать. И так пять лет, регулярно.
Искушение хлопнуть как следует дверью кафедры я подавила не без труда. Много от кого ожидала таких плевков ядом в свой адрес, но не от Тедди. С ним мы вроде всегда ладили, да и вообще он умный парень и собиранием сплетен на моей памяти не увлекался отродясь. С чего вдруг такие перемены? Неужто его на таможню какую-нибудь сослали?
 
Пару секунд я раздумывала, стоит ли ещё раз спуститься в холл и посмотреть, куда же угодил Нест, но потом решила не портить себе и без того не радужное настроение. Там ведь я неизбежно встречу ещё кучу сокурсников, и большинство из них не будут особо скромничать. Какое счастье, что сегодня последние два семинара, и больше мне с ними встречаться почти не придётся. Не считая государственного квалификационного экзамена и защиты диплома, но во время этих мероприятий народу точно будет не до пустого злословия.