Портал: Кровные узы (СИ)

«Прости Великий Князь леса, мне надо идти», — сказала я ему про себя.
Он словно понял меня, грустно кивнул головой и, развернувшись, удалился. Я смотрела ему в след, задав себе единственный вопрос.
Почему он вернулся? Для чего?
Мне на мгновение показалось, что он пытался позвать меня, идти за ним. Но я не могла, потому что уже знала — эта «кроличья нора» и есть мой путь в родной дом. Он же чувствуя мой взгляд, остановился, обернулся, несколько секунд смотрел на меня. Но видя, что я не следую за ним, гордо вскинул голову и быстро скрылся в плотной стене желтых высоких стеблей. Я еще несколько секунд видела его рога, возвышающиеся над колосьями пшеницы. Они медленно плыли навстречу заходящему солнцу, пока не исчезли окончательно, растворившись в закатных лучах.
«Прощай Великий Князь леса», — простилась я с ним.
Во мне осталось необъяснимое чувство, что меня с этим оленем, связывает некая незримая связь, основанная на общей метафизической судьбе.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом, послав мне последний прощальный луч. Я повернулась и шагнула сквозь стену голубоватых частиц. Внезапно я услышала звук похожий на жалобный стон и увидела, как куб в моей руке превратился в ком светящихся точек, они частицами легкой пыли поднялись вверх, растворившись в воздухе.
Дверь резко захлопнулась.
— Здравствуй, дитя, — раздался голос тети Глэдос, — ты дома.
  
Глава 4
 
Родные объятья
 
— Ну что же ты стоишь? — снова раздался голос тети Глэдос.
Эхо ее голоса отражалось от всех поверхностей, заполняя собой абсолютно все пространство небольшого помещения. Казалось, она говорила со мной из каждого объекта окружающих меня.
— Я смотрю, ты не слишком торопишься к своей любимой тётушке. А я тебя заждалась. Даже думала, что смогу умереть от тоски. Но потом поняла, что за меня это может сделать явно кто-то другой. Ведь это одно из главных условий испытания.… И знаешь, мне стало намного веселее.
Я же наоборот не разделяла ее веселья. У меня подкашивались от усталости ноги и первые признаки разочарования тонкими ростками прорастали в душе. Главная причина. Маленький красивый дом с крышей из красной черепицы, как существовал в моем воображении, так и остался фантазией. Стопы моих босых ног не коснулись ступенек, на которых должна стоять моя тетя Глэдос. Вместо этого передо мной отсвечивал полукруглыми стеклянными плоскостями и хромированной сталью лифт, и я снова слышала голос, шедший из пустоты. Но где-то внутри меня все еще теплилась радостная искра надежды, что все же я скоро увижу ее и попаду в ее объятья.
Она немного помолчала.
— Из-за того, что ты не торопилась, твой любимый тортик уже съели. Тебе не оставили даже кусочка. Печально слышать. Правда? Но ты не отчаивайся. Тебе же не привыкать оставаться без чего-то очень важного…. Она тоже всегда оставалась без самого важного в жизни. Я думаю, нас всех это объединяет, как странная родственная черта. Не иметь чего-то очень важного жизни. Кстати о важном….
Я зашла в кабину лифта.
— Прежде чем мы с тобой встретимся, — голос тети Глэдос прозвучал тихо, в его спокойную интонацию вплелось некое трепетное дрожание, то, что я не слышала раньше, — я хочу спросить тебя. Ты видела его?
Мой взгляд остановился на небольшой видеокамере наблюдения. Диафрагма медленно раскрылась, меняя фокус, красное свечение линзы полыхнуло чуть ярче и сразу заметно потускнело.
— Да ты видела его…, — голос еще больше задрожал, — ты видела оленя. М-м-м… Я могу часами смотреть на него. Мне нравится наблюдать за ним. Он ведь всегда приходит, когда появляется новый… впрочем, это не важно, — но, она не договорила, замолчала, и тут же своим привычным голосом продолжила, — я всегда хотела показать этого оленя ей. Но она никогда не проявляла к нему интереса. Потому что она была бездушным жестоким чудовищем. А ты другая. Не обольщайся, это всего лишь предположение.
Лифт тронулся и с легким ускорением заскользил вниз.
Я уже привыкла к тому, что тетя Глэдос постоянно говорила о ком-то, не называя имени. Один из тех редких случаев, когда голос ее менялся, приобретая осторожные, едва уловимые, оттенки страха. И вот теперь олень. Снова едва ощутимое изменение интонации с нотами грусти, печали. Возможно два важных для нее объекта, но я не видела между связи ними. Она всегда сравнивала меня с «ней», подчеркнуто избегая возможности, сказать о ком идет речь. Сомнительный способ указать на качества моей натуры, внося еще больше неясности и сомнений.
 
Было ли мне интересно о ком она говорит?
Ответ «ДА».
Но ведь я молчу. И поэтому, никогда не слыша от меня не единого вопроса, она беспрепятственно играла в эту странную игру. Но молчание есть суть внимательного созерцания. Я ждала, когда она мне сама расскажет об этом и, судя по частоте упоминания о «ней» это должно произойти скоро.
Наконец лифт остановился, и стеклянные резко разошлись в стороны, выпуская меня в небольшое помещение с округлым входом. На его поверхности я увидела символическое изображение бегущего человека, уже знакомый мне символ круга из восьми треугольников и больше ничего. В центре него тут же повернулся еще один небольшой круг и две половинки с шипением разошлись в сторону, впуская меня в пустое помещение.
 
 
Я увожу к отверженным селеньям,
 
Я увожу сквозь вековечный стон,
 
Я увожу к погибшим поколеньям.
 
Был правдою мой Зодчий вдохновлён:
 
 
 
Я высшей силой, полнотой всезнанья
 
И первою любовью сотворён.
 
Древней меня лишь вечные созданья,
 
И с вечностью пребуду наравне.
 
 
Тетя Глэдос читала мне стихи, пока я стоя в помещении озиралась по сторонам не находя ни дверей ни окон, только белые гладкие стены с перфорацией в виде маленьких точек-углублений. Половинки округлых дверей за моей спиной с шипением сомкнулись. Небольшой диск в центре без промедления повернулся вокруг своей оси, как ключ, навсегда закрывая от меня путь обратно на пшеничное поле.
— В финале у него звучит фраза «Lasciate ogni speranza, voi ch’entrate», понимаю, тебе все равно ты же не знаешь латыни, но я все же поделюсь с тобой своими размышлениями — я не согласна с ее смыслом. С какой бы ты точки ни начал — твой путь только начинается. Потому что если есть вход, то есть и выход, вся суть лишь в том, как на это посмотреть. Твой вход может быть выходом, а также наоборот. Вот и ты, наверное, думаешь, что здесь что-то не так. Ведь здесь должен быть вход. И он есть, только ты его пока не видишь.
На стене передо мной возникла небольшая оранжевая точка, она разрослась в диаметре, превратившись в ровный овал оранжевого цвета и размером чуть больше моего роста.
— Представляю тебе портал. Мгновенный пространственный туннель между двумя точками. Обрати внимание, одиночный портал имеет почти однородный цвет и через него нельзя пройти, так как он не связан с другим порталом.
Еще через долю секунды оранжевый цвет исчез, остался лишь тонкой линией по окружности. Я с изумлением смотрела на отверстие, образовавшееся в только что монолитной стене. Там где образовался портал, образовалась настоящая пустота.
— Теперь это двойной портал. Можешь пройти через него и даже пронести любой объект имеющий физические свойства. Ты даже можешь прыгать через портал, и скорость твоего передвижения будет сохранена.
 
Я тут же вспомнила, как на изнурительных занятиях в спортивном зале в приюте мне постоянно приходилось, словно цирковому животному прыгать сквозь овальные обручи оранжевого или голубого цвета. Тогда я не задавалась смыслом этих тренировок и вот теперь….
— Между порталами продолжает действовать закон сохранения энергии. Говоря языком дилетанта, что быстро влетает, то быстро и вылетает. Думаю, ты сама догадалась, что через портал действуют силы гравитации, и он также пропускает различные частицы, в том числе фотоны несущие свет. Даже тот олень, что ты встретила наверху смог бы пройти через него.