Последнее сияние света (СИ)

— Получается, они могут владеть более, чем пятью способностями?
— Конечно. И могу сказать, что та магия, которая есть у них, не подвластна пока никому. По крайней мере, среди разделения по редкости. Например, только королевская семья умеет телепортироваться, а левитация и телекинез являются лишь первостепенным признаком магии. Однако, как мне известно, у них есть склонность к так называемой зодиакальной магии, но это долго объяснять. Телекинез же в принципе является показателем, что у человека есть дар. И все, кто родился от людей нашего с тобой мира, он есть. Даже у тебя. Подлить кипятка? — неожиданно спросил он, подняв чайник силой мысли.
— Да, пожалуйста. — шокировано ответила девушка, наблюдая, как вода аккуратно наливается в чашку. — Но почему я никогда его не использовала?
— Тебя просто не учили. Да и кто знает, что Хорон намутил с тобой в стенах корпорации, возможно, он просто заблокировал у тебя этот дар.
— Но раз Ники умеет летать, значит…
— Он просто аристократ благодаря матери. Все высшие чины того мира умеют летать. А люди этого никогда не замечали, потому что, как уже было много где сказано, редко смотрят наверх.
— А как же Аня?
— Она пошла в мать. Женечка не была кем-то очень выдающимся, но неплохо помогала в строительстве. Собственно, Аня и получила все силы от нее. Жаль, что нашла того фанатичного мудака, который, в итоге, ее и погубил.
— Каким образом?
— Если честно, не думаю, что тебе действительно стоит это знать.
— После всей это информации? Я обязана знать!
— Он ее сжег на костре. — немного подумав, ответил Владимир. Инна выронила чашку.
— Как?
— Он увидел, как она использовала магию, и поехал с катушек. Сначала пытался изгнать так называемого дьявола из нее пытками, по типу избиения плеткой, чтением молитв, мог запереть в подвале своей дачи, не кормить несколько дней. Но потом, когда понял, что ничего не получается, просто облил ее бензином, им же залил дом и поджег. Об этом я узнал гораздо позже, и до сих пор жалею, что не успел ее спасти. Позже он начал так же издеваться и над Анечкой, а когда она подросла, и вовсе раскрыл в себе педофильские наклонности. Кстати, отчет об его смерти неполон, Аня действительно его убила, только там не указано, что она была вся в крови, ну и… ты поняла.
— А побег?
— Я не мог позволить им издеваться над ней. Она — все, что осталось от Жени. И после всего того, что с ней приключилось, я и постарался изменить ход истории. Да и ты меня буквально умоляла, будто чувствовала, что я тебе не откажу. Сейчас ты уже понимаешь, почему я так к вам обеим трепетно относился, но тогда ты могла лишь интуитивно обо всем догадываться. Вот только пошло все не по плану, они действительно ее сломали до конца. И когда я увидел, как она разделывала людей на части, просто не смог дать ей уйти.
— Так вот почему я всегда стремилась ее защищать. — плакала она. — Зачем ты лишил меня этих воспоминаний? Чего ты боялся?
— Я боялся твоего восстания. — признался мужчина. — Ты была достаточно сильна, чтобы подчинить себе человека…
— И ты помог им найти способ лишить меня этого дара?
— Нет. Это исключительно моя вина. Я был слишком добр к тебе, раз согласился провернуть момент с побегом. Я был уверен, что все получится, если бы…
— Если бы что?
— Игорь вмешался. Он угрожал мне, рассказал Хорону и…
— И ты стер ему память.
— Да. — кивнул Владимир. — Я стер ее всем участникам тех дней. Даже Хорону, хотя он об этом не подозревает…
— Сомневаюсь… — Инна отвела глаза. — И ты забрал свое личное дело из Ньюрела?
— Конечно. — усмехнулся он. — Зачем оставлять им компромат на себя? А как ты нашла меня?
— Начнем с того, что Игорь знает, где ты живешь…
— Ну, так, сколько лет…
— И ты забыл изменить имя телепата, который стирал память Казакову Игорю.
— Подожди, что? — удивился телепат. — Погоди минуту…
Снова щелкнув пальцами, Владимир быстро пролистал несколько сотен звезд и, выбрав одну из них, коснулся ее.
— Точно, вспомнил! — усмехнулся он. — Хорошая система запоминания, надо будет тебе научиться ей.
 
— Как-нибудь в другой раз. — улыбнулась она. — Что ж, надеюсь, я успею все изменить. По крайней мере, теперь все встало на свои места. И прошу, больше никогда не стирай мне память.
— Я бы не посмел. — улыбнулся он, поднялся и подошел к ней. — Прости, что не рассказал раньше. — мужчина обнял девушку.
— Ничего, я понимаю. Ты мне потом расскажешь больше о том мире?
— Конечно, приходи, когда будет удобно. Двери для тебя всегда будут открыты.
— Спасибо. — Инна поцеловала его в щеку. — А теперь, я побежала. Скоро увидимся.
  
Глава 9
 
В глубине себя Ники боялся того, что произошло в парке Эрмитаже. Подсознание показывало различные убийства, море крови и множество исковерканных трупов. Казалось, он уже переживал это, и сейчас, собираясь с силами, он готовился к увиденному. Хорон же был более спокоен, он прекрасно понимал, что в данном случае придется вести дипломатичные переговоры, иначе его настигнет участь тех пятидесяти человек. Они вошли в парк, и Ники зажмурился. Повсюду были трупы, на их лицах остался отпечаток ужаса. Некоторые тела были разорваны, земля пропитана кровью. Вдалеке стояла Алиса и молча смотрела на них, Зигмунд сидел рядом, спрятав лицо в колени.
— Значит, твоя невеста на подобное не способна? — ухмыльнулся Хорон и посмотрел на парня. — Что же ты жмуришься? Посмотри на результаты деятельности будущей матери твоих детей.
Ники встал на колени и закрыл лицо руками. Перед глазами начали появляться обрывки воспоминаний, которые раньше перед ним не проявлялись. Кровь, множество трупов. Однажды он пережил это, и сейчас, увидев то, что натворила Алиса, ему приходится переживать это вновь. Он вспомнил ту боль и тот ужас, который поглотил его несколько лет назад, и который снова выбрался, несмотря на блокировку телепатов. Именно в этот момент Ники начал осознавать, почему отец столь резко отзывался об Анне.
— Мы обязаны ее запрятать. — понимающе вздохнул Хорон. — И теперь ты видишь почему. Я не буду отдавать приказ стирать тебе память, чтобы ты помнил это.
— Зачем же ты стер мне память тогда?
— Тебе было шестнадцать. Это подорвало твою психику, ты бился в истерике, отказывался верить тому, что видишь. Мы буквально теряли тебя, и, чтобы сохранить остатки разума, запрятали глубоко в твоем подсознании столь яркое воспоминание. Знаю, это неправильно, но…
— Я все понимаю. Позволь мне поговорить с ней.
— Как пожелаешь. — согласился директор, и Ники, поднявшись, направился к девушке. С помощью телекинеза он отодвигал трупы, словно ледокол, проходящий по водам Арктики. Анна подняла несколько железных пластов, готовясь атаковать. Парень же молча шел и смотрел на нее.
— Не надо, Ники… — прошептала она, но он продолжал идти. Взгляд его был пустой, в глазах читались жалость и недопонимание. Ник смотрел девушке прямо в глаза, пытаясь найти хоть немного стыда и ужаса. Но все было тщетно, казалось, Аня не осознавала того, что натворила. Он медленно приблизился к ней и обнял. Огромные куски металла упали на землю, и Анна тихо обняла его в ответ.
— Прости меня. — произнесла она и прижалась сильнее. — Я…
— Ты не хотела такого исхода. — понимающе кивнул Ники. — Значит, Алиса…
— Мое альтер-эго. — закончила Аня. — Я помню, что она сказала тебе. И я с ней согласна. Я не заслуживаю жизни в этом мире.
— Мы можем все исправить, начать…
— Нет, не можем. — она отрицательно покачала головой и всхлипнула. — Уже ничего не исправить. Мы не сможем вернуть этим людям жизнь, мы не сможем излечить меня. Ники, пойми, я…
— Ты не виновата в том, что произошло. — перебил ее парень.
— Нет, виновата! — воскликнула она. — Посмотри, что я творю! Разве это нормально? Зачем мне жить, если единственное, на что я способна — это причинять боль и страдания?