Лети на свет (СИ)

— Э… ты решил сходить в кино и посмотреть свежего Бонда?
— Нет, милорд. Если позволите, меня пригласили на свидание.
Джей чуть не сел мимо кресла. Мак — и свидание? Тем более, кто-то пригласил Мака? Чудеса.
— И кто же она? Хм… надеюсь, это она, Мак?
— Юная леди, милорд.
— Святые каракатицы, Мак! Конечно, иди!
— Благодарю, милорд. Холодный ужин накрыт в столовой. Если пожелаете, я распоряжусь чтобы мисс Хенкс подала вам горячий чай.
— Нет-нет, Мак! Лучше отправь мисс Хенкс домой, а чай я уж как-нибудь сделаю сам.
— Сами, милорд?!
— Не бойся за свои кастрюли, Мак. Торжественно обещаю не трогать на кухне ничего, кроме чайника.
— Благодарю, милорд. Это будет очень любезно с вашей стороны.
— Доброй охоты, Мак, — попрощался Джей и отключился.
А через мгновение рассмеялся. Надо же, Мак — и шутит! Нет, еще лучше, Мак — идет на свидание с юной леди! С ума сойти.
— Сэр, лорд Гровер на проводе, — ожил селектор.
— Соединяй, — вздохнул Джей.
Рабочий день у всех нормальных людей давно закончился, но когда это волновало Гровера? Да и Джей, пожалуй, заметил окончание рабочего дня впервые за последние два… три… пять лет? А, кто их считает! Ладно. Выслушать, что желает ему сказать верный недруг — и на этом все на сегодня. Он больше не мистер Все-умрут-на-работе, у него сегодня свидание. С юной и прекрасной леди!
Юная и прекрасная леди ответила на вызов со второго же гудка. И — прелесть какая! — порозовела, едва увидев, кто ей звонит.
Джей уже пару минут наблюдал за ней через витринное окно кафе, где Рейнбоу увлеченно что-то обсуждала с делового вида мисс. Скорее всего, Нэнси Бринкс, одной из помощниц Камиллы Даниш. Родом из Нью-Кастла, обучалась в Оксфордском колледже Темплтон. Тридцать шесть лет, предпочитает девушек, постоянной партнерши на данный момент нет. Симпатичная шатенка, ухожена, знает себе цену и обладает отличной хваткой. И явно неровно дышит к Рейнбоу, вон как заглядывает в глаза и то и дело трогает за руку.
Джей хмыкнул, глядя, как дипломатично Рейнбоу отбирает свою руку у мисс Бринкс и откидывается на спинку кресла — хоть чуть отдалиться от пристального внимания собеседницы.
— Привет, мистер Бизон.
От ее нежного голоса, от легкой хрипотцы в нем, от залившего ее скулы румянца — Джею стало удивительно тепло.
— Привет, мисс Рейнбоу. Тебе хорошо?
— Мне очень хорошо, — улыбнулась в трубку она.
Ему очень хотелось сказать: обернись, я рядом, но мисс Бринкс его увидит и узнает. Раскрывать инкогнито пока рано, и делать он это будет совершенно точно не таким дурацким способом.
— Мне нравится слушать, как ты это говоришь. И еще больше нравится видеть тебя. Ты прекрасна, моя Рейнбоу.
Она порозовела еще сильнее, и взгляд у нее стал мечтательным и беззащитным. А вот взгляд мисс Бринкс — острым и недовольным. Джей ей даже немного посочувствовал. Встретить Рейнбоу, ощутить этот волшебный солнечный свет, дотронуться до нее — и оказаться лишней… Не повезло Нэнси.
Зато повезло Джею, и свое везение он не упустит.
— Ты мне льстишь, — совсем тихо сказала она.
— Нет, я почти завидую сам себе.
— Почти?
— Для совсем не хватает самой малости, тебя в моих руках.
— Джей, я…
— Мак приготовил что-то сногсшибательное, и это сногсшибательное ждет тебя. Тебе понравится, — сказал Джей и отключился.
Рейнбоу явно хотела что-то еще сказать, но ее телефон уже молчал. На ее лице отразилась растерянность. Потом она подняла взгляд на мисс Бринкс — и смутилась еще больше.
Джей наблюдал, как она прощается с мисс Бринкс, целует ее в щеку и уходит в глубину зала. А та провожает Рейнбоу задумчивым взглядом, подзывает официанта… Что там мисс Бринкс будет делать дальше, Джея не интересовало. Заведя байк, он медленно подъехал к дверям кафешки, откуда должна была появиться Рейнбоу, и медленно-медленно выдохнул.
Святые каракатицы! Он сходит с ума, словно впервые влюбленный мальчишка! У него, проворачивающего миллионные сделки, подрагивают пальцы от волнения перед встречей с обычной рыжей девчонкой. Он точно сходит с ума.
И это ему нравится.
То есть нравилось до тех пор, пока едва заметная дрожь пальцев не переросла в полноценное такое сосущее чувство под ложечкой. Чувство серьезного подвоха.
Как же не вовремя, святые каракатицы! И понять бы, в чем проблема? Ни на угрозы Даниша, ни на «дружеское» предупреждение Гровера об открытой на новую смелую рыбку охоте подобной реакции не вызывало. Так, легкий прилив адреналина. А тут… Откуда?
Джей даже оглянулся, не несется ли на него фура с пьяным водителем? Но на узкой лондонской улице было тихо. В чем же дело?
В чем дело, он понял сразу, как только из кафе вышла Рейнбоу, нашла его взглядом и улыбнулась. Фальшиво. Так фальшиво, что Джею остро захотелось найти того снайпера, который держит ее на прицеле.
  
15. Лиза
 
К концу дня я позволила себе расслабиться и поверить, что все будет хорошо. Особенно хорошо стало, когда позвонил Джей — и я вдруг поняла, что счастлива. Бессовестно, неприлично счастлива!
Я была счастливой ровно три минуты. Но ведь и это уже много, правда же? Хотя, конечно, мне просто надо было отключить телефон. А лучше — выбросить его в Темзу.
Несложно догадаться, что конец моему счастью положили любимые родственнички, чтоб им чирьями покрыться. А именно теть Лена. У нее, видите ли, любимый сыночек пропал, обормот совершеннолетний! Не пришел, не звонит, телефон недоступен, а виновата во всем — бинго! Лиза и ее долги!
Отставив трубку подальше от уха, я старалась пропускать теть Ленину истерику мимо. Куда-нибудь в сад. А как только теть Лена прервалась, чтобы набрать воздуха — высказала ей сама, куда она может засунуть свои матюки вместе с Вадькиными долгами. Вадькиными, не моими! И эти его долги я сегодня утром оплатила!
— Врешь! — заявила мне теть Лена. — Ты платила — значит, твои долги!
От такой логики я как-то опешила. Благодарности я особо не ждала, но чтобы вот так…
— Шли бы вы в жопу, теть Лен.
Теть Лена аж подавилась от этакого хамства, а я нажала отбой. И выдохнула. И еще раз выдохнула. Вот как эта жаба умудряется убить мое прекрасное настроение?! Талант, не иначе.
На всякий случай я проверила, не звонил ли Вадька с просьбой дать еще бабла или достать ему луну с неба. Нет. Не звонил. Что совершенно нормально — для того, чтобы сказать мне что-нибудь хорошее вроде «спасибо» он не звонит никогда. И слава Будде, лучше бы не звонил совсем. Никогда.
И теть Лена — тоже! Я же ясно сказала, куда ей идти. Нет. Опять звонит. Видимо, подозревает, что я ее драгоценного Вадичку украла. Методом телепортации.
Телефон я поставила на беззвучный режим до следующего утра, чтобы не отвлекаться и не нервничать, а теть Лену — в черный список, для надежности. Если что-то совсем срочное, мне Нэнси позвонит на ватсап, по счастью, теть Лене недоступный в силу высокодуховных причин. В смысле, освоить что-то сложнее кнопочного телефона ей религия не позволяет.
Из кафе я выходила, напевая про себя «ом мане падме хум». И меня даже почти отпустило, когда к самым ступеням подкатил байк, и мне протянули шлем. Красивый, красный. И, едва я уселась в седло, умчали прочь и от кафе, и от всяких дурацких мыслей.
Полет на байке по вечернему Лондону был прекрасен. Джей безбожно гнал, наверняка собрав все возможные штрафы, но мне было пофиг. Божечки, как же хорошо, когда твой мужчина — не зануда! Когда можно прижаться к его широкой спине, и встречный ветер выдует из твоей головы все-все лишнее!
За полчаса мы, кажется, облетели половину Лондона, наслушались возмущенного бибиканья и перепугали до усрачки минимум три стаи голубей и одну полосатую кошку. Зато в Найтсбридж, к дому милорда Как-его-там, я подъехала свежей, холодной и веселой. Словно здесь, в замке доброго волшебника Мака, меня не мог достать никакой злобный дракон.