Ковчег изгоев (СИ)

— Богу под силу сотворить такое с кораблем, — пробормотал Дакоста.
На языке у меня вертелся простой и очень каверзный вопрос, но я не успела его задать. По отсеку пронеслось едва заметное дыхание холода, а потом послышался голос:
— Ты прав, колдун, это я… И я не снаружи… Я внутри…
Голос этот звучал, как змеиное шипение и обволакивал неприятной дрожью. Ван Хален резко обернулся, ища его источник. Взгляд его наполнился яростью.
— Что тебе нужно? — прорычал он.
— Я пришёл за вами… Мне нужны ваши души… Вы станете моей новой армией…
— Я скорее умру!
— Как скажешь…
Откуда-то сбоку резко подул ветер, но Дакоста стремительно шагнул, заслоняя Ван Халена собой, вскинул руку и произнёс что-то на резком и красивом языке. Ветер тут же утих.
— Попридержите язык, — сказал он недавнему узнику. — В другой раз меня не будет рядом, чтоб защитить вас от заклятия смерти.
— Заклятие смерти? — переспросила я.
— Что в этом странного?
— Зачем ты пришёл? — крикнула я, подняв голову. — Тебе не нужны эти люди. Ты не смог сделать их своей армией на Гимеле, когда они были в твоей власти. Неужели ты думаешь, что справишься с ними сейчас, когда они почти дома?
— Страх… — заполз мне в уши неприятный шёпот. — Страх за свою жизнь творит чудеса. Они слышат нас и они в ужасе. Они готовы склониться передо мной.
— Ложь! — рявкнул Ван Хален.
— Я знаю, что они слышат тебя, — кивнула я. — Но они слышат и меня. А сейчас услышат ещё кое-что…
Я повернулась к своему пульту и быстро набрала нужную комбинацию. В отсеке грянули мощные звуки гимна Объединённого космофлота Земли. Это, безусловно, достаточно удачное творение и без того было исполнено высокого патриотизма, и звало к великим подвигам и достижениям во благо всего человечества, но в данном случае оно звучало в официальной версии, в исполнении пяти симфонических оркестров, трёх камерных хоров и звонницы колокольни Ивана Великого. Признаться, эта мощь всколыхнула даже меня. Я невольно выпрямилась и отважно взглянула на тусклые и примитивные факелы за окном.
Грохот взрыва перекрыл припев, и вокруг меня ярко вспыхнуло кольцо пламени. Впрочем, оно тут же погасло, а на боковом экране замелькало сообщение о срабатывании противопожарной системы.
— Мы на современном звездолёте, — пояснила я. — Здесь ничего не горит без прямого указания командира.
Холодный ветер налетел на меня, и я передёрнула плечами. Стало тихо. Дакоста округлившимися от ужаса глазами смотрел на меня и явно чего-то ждал.
— Что? — раздражённо спросила я.
— Это было заклятие смерти, — тихо произнёс он. — Я не успел…
— И правильно сделали, — проворчала я. — Берегите силы.
В отсеке было тихо. Потом в конце коридора раздались шаги. Мы все обернулись, глядя туда. Из полумрака кто-то приближался. Я ещё успела подумать, почему коридор не освещён? Дакоста медленно выступил вперёд. Я услышала, как слева что-то неприятно лязгнуло. Посмотрев туда, я увидела в руке Тонни Хэйфэна короткий, чуть изогнутый меч. Он повернулся, опустив и спрятав клинок позади, но готовый к поединку. Справа и слева с верхнего уровня беззвучно соскользнули Мангуст и Белый Волк с бластерами.
В отсек вошёл Джулиан, но у самого входа остановился и подозрительно осмотрелся.
— Я думал, что меня вызывали.
Я с облегчением вздохнула и села за пульт. После этого я нажала несколько кнопок, и на экранах снова появилось звёздное небо.
— Что наверху? — спросила я, оборачиваясь к нему.
— Спокойно, — он пожал плечами и с интересом заглянул за спину Хэйфэна. — Особенно всем понравился гимн. Мне тоже. Очень… патетично. До этого царило настроение: «Умираем, но не сдаёмся», а сейчас — «порвём в клочки и не заметим». Думаете это, действительно, Бог Света?
— Странный какой-то бог… — пробормотала я. — Знаешь, почему он сейчас молчит? Потому что вырубил связь по кораблю с целью прекратить трансляцию гимна. Что за бог, которому для изъявления воли нужна громкая связь?
— А для явления жезл? — усмехнулся Джулиан.
— И заклятия смерти… — проговорил Дакоста. — Это репертуар колдуна.
 
— Даже хороший колдун может испепелить противника разрядом электричества, — заметила Бетти.
— Но он похитил звездолёт! — воскликнул Вербицкий.
— Нет, — возразила я и указала на экран. — Этот подвал такая же картинка, как и та, что вы видите сейчас. Просто её закинули к нам на экраны.
— Но мы же не можем определить наше местоположение! — воскликнул Булатов.
— Верно, — кивнула я. — Но я думаю, что вы помните из курса начальной школы, что, находясь в подпространстве, его и нельзя определить. Мы находимся не в точке, имеющей пространственные координаты. Мы находимся вне пространства и в измененном состоянии. На баркентину нельзя воздействовать. Ее нельзя захватить и перенести в другое место, поскольку в обычном пространстве её не существует.
— Зря вы это сказали, — пробормотал Дакоста. — Я всегда старался об этом не задумываться.
— Но мы же стоим, скорость — ноль! — воскликнул Вербицкий.
— Подождите, подождите, — поднял руку Хок. — А какая она должна быть, если мы находимся в состоянии скачка? Это ж логично: нет пространства, нет перемещения по нему — нет скорости. Как я сразу не сообразил?
— Ты не сообразил, потому что обычно на время скачка эта часть терминала автоматически отключается за ненадобностью, — пояснила я. — А сейчас её кто-то подключил и заодно переключил энергосистему на экономичный режим, отчего стало тише.
— Так нас просто дурили? — воскликнул Вербицкий.
— Совершенно верно, вас — дурили, — согласилась я.
— И никакого бога нет?
— Есть, — была вынуждена признать я. — Кто-то всё это затеял, кто-то дважды использовал в отсеке заклятие смерти, кто-то с помощью небольшого взрыва отключил громкую связь и пытался устроить пожар.
— Я не могу представить себе бога, который влезает в систему связи, выставляет заставки на экране и подключает отключённые функции на пульте, — усмехнулся Хок.
— А вот это уже не бог. Это человек, который служит богу.
— Я слышал, что Бог Света куда сильнее… — заметил Ван Хален.
— Я это не только слышал, — произнёс Хэйфэн.
— Боги — не люди. Они не так самостоятельны и автономны, как принято считать. Для существования им нужна вера, — проговорила я. — По крайней мере, мне так кажется. Пока его питала вера тысяч людей на Гимеле, он был силён. А тут у него совсем немного последователей и силы уже не те.
— Если это вообще бог… — задумчиво прошептал Джулиан, внимательно слушавший нас.
— Пока мы не можем выловить его, но в наших силах поймать его помощника, — я нашла глазами Белого Волка и кивнула ему.
— Посмотрите для начала в аппаратной возле наших отсеков, — предложил Хок. — Оттуда легче всего влезть в систему.
Я только сейчас вспомнила о неприметной двери, напротив двери моего отсека, выходящей в короткий коридорчик. Там, в небольшой аппаратной были сосредоточены выходы всех терминалов систем корабля. Я ещё ни разу не была там, потому что в этом не было нужды.
Белый Волк и Мангуст вышли из отсека и свернули направо, и через минуту опять громыхнул взрыв.
— Чёрт! — крикнул Хок и бросился туда, но ещё до того, как он подбежал к повороту коридора, оттуда появился Мангуст. К счастью, он был невредим.
— Взорвался терминал внутреннего контроля, — сообщил Мангуст.
— Сам? — рыкнул Хок.
— Терминалы сами не взрываются. Я думал, ты знаешь, — спокойно ответил Мангуст и вернулся к нам. — Я посмотрел комбинации команд на пульте связи и пилотском терминале. Всё правильно. Они активированы, включён блок досветового режима и громкая связь. Там кто-то был, но сейчас там никого нет.
 
Хок сел за свой пульт и подключился к терминалу внутреннего контроля. Какое-то время он пытался его настроить, но потом покачал головой:
— Похоже, что-то вышибло в системе. Диагностика!
— Повреждён седьмой и четвёртый блоки системы идентификации, а также основной блок интеграционного пространства, — доложил компьютер. — Устранение неполадок начато и займёт сто восемьдесят три минуты, включая тестирование системы после ремонта.