Чёрт из Чертаново. Том 5

— Рано ты лыжи навострил, — покачал я головой. — Мы ещё повоюем.
— С Мамоновым много кто бодался, — ухмыльнулся Жабыч, сощурив жёлтые глаза. — Да только этих ребят больше никто никогда не видел. Говорят, они замурованы в фундаментах новостроек.
Учитывая, что все стройки в городе ходят под Мамоновым, бетона у него хватит на всех желающих, и на меня в том числе.
— Ладно, тогда может перед тем как свалишь, выкупишь у меня немного монет?
  
— По пять тыщ за штуку? — без особой надежды предложил Жабыч.
— По семь, само собой.
— Чёрт с тобой, но это в последний раз, — страдальчески вздохнул Жабыч.
Я вытащил из инвентаря все имеющиеся монеты и протянул их земноводному. Жабыч сгрёб это богатство перепончатой лапой и беззвучно шевеля губами прикинул сколько должен мне выплатить.
— Четыреста тридцать восемь монеток, это три миллиона шестьдесят шесть тысяч вечно деревянных.
Жабыч цокнул языком и почти сразу мой Китайфон пиликнул. На экране всплыло уведомление о переводе от Ирины Викторовны Ж.
— Вот это я понимаю сервис, — улыбнулся я гадая как этот лягух смог отправить перевод не доставая телефона.
— Ага, — квакнул Жабыч. — В благодарность можешь помочь мне спустить коробки вниз.
— Да не проблема.
Я подошёл к ближайшей стопке и принялся закидывать её в инвентарь. После модификатора «Тяжеловоз» межпространственные ячейки глотают и не такое, так что через пару минут от магазина остался один прилавок.
— Если из КВАробок пропадёт хоть один предмет, я тебя собственноручно к Мефистофелевой отволоку! — Жабыч погрозил мне скользким пальцем.
За моим плечом вспыхнул клинок, и Линда шагнула вперёд, лениво им покачивая.
— Да пошутил я! — мигом пошёл на попятную Жабыч, а его лапа как бы невзначай поползла под прилавок, где у него, насколько я помню, хранится дробовик.
— Паршивые у тебя шутки. А за своё шмотьё не переживай, я на чужое не зарюсь. Я же не вор.
Линда прыснула со смеху, ведь полчаса назад я обчистил бедолагу на парковке. Но она не права! То было не воровство, а сбор трофеев! Это понимать надо.
Выйдя из магазина, я спрыгнул вниз, и вытряхнул всё добро из инвентаря на траву. Тем временем на краю площадки показался Жабыч с зонтиком в цветочек. Раскрыв его над головой, он смело шагнул вниз и плавно опустился рядом со мной. Он раздул щёки и затянул гортанную песню, от которой задрожала хвоя. Из-за деревьев выплыли полупрозрачные фигуры и, подхватив коробки, молча унесли их в чащу. Совсем забыл что у него есть бесплотные грузчики.
— И на кой-чёрт ты меня запряг, если мог приказать духам?
— Хотел чтобы ты проявил уважение КВА мне.
— А если бы не проявил? — Усмехнулся я.
— Тогда бы я сдал тебя Мефистофелевой, — хладнокровно отозвался Жабыч.
Линда снова выхватила клинок, но двое духов уже подхватили торговца под руки и вместе с зонтиком утащили за кроны деревьев.
— Скользкий ублюдок. — Выругалась она провожая парящую жабу взглядом.
Я глянул на часы в Китайфоне и чертыхнулся: до митинга оставалось всего ничего.
— Уверен сегодня мы встретим массу скользких ублюдков. — Ответил я и потащил Линду за собой.
Когда мы дошли до поляны у вырубки, над лесом сгущались сумерки, а народу собралось куда больше, чем я рассчитывал. Панки во главе с Ежжи расставили на опушке ящики с пивом, купленным на мою первую зарплату.
Кроме них подтянулись жильцы окрестных «человейников» от «Яруса». Одни пришли ругаться из-за трещин в стенах и плесени по углам, другие защищать последний клочок леса за окном. Правда были и просто алкаши модификации «Валера». Нет, они не были вампирами, хотя крови у местных попили будь здоров. Просто синеботы прибились к панкам у которых имелось халявное пиво.
Бабка в вязаной кофте держит над головой плакат «Руки прочь от леса» и бдительно отгоняет всех, кто заслоняет его от объектива телевизионщиков, которых с собой притащил кандидат в депутаты областной думы. Политик в отглаженной рубашке позирует на фоне поваленных сосен и вещает в микрофон, что идея защитить Северный лес пришла ему ещё весной, до первых вырубок.
Все смотрели на брехуна и вздыхали надеясь что его трёп поможет. К тому же, пусть пиарится, лишь бы камера подольше не уезжала. Под объективом Хрякин вряд ли рискнёт пригнать бульдозеры и устроить лесоповал.
Пара листовок лежат на хвое. Подняв одну из них я увидел надпись «МИТИНГ В ЗАЩИДУ СЕВЕРНОГО ЛЕСА». Всё как я заказывал. Листовка есть? Есть. Да, просил без ошибок, но бес сделал всего одну штуку, так что это не считается. К тому же листовки сработали, вон сколько народу собралось. Под пять сотен человек.
Ко мне, прихрамывая, подошёл бородатый дед в линялой телогрейке и с суковатой палкой в руке. Узнать его в человеческом облике я бы, наверное, не смог, но в рифму в наших краях разговаривает только один старик.
— Спасибо, внучок, что за лес заступился. А я то дурак, думал, ты с Борром спился. Теперь будет шанс пожить малёхась ещё, главное чтоб не на налетело сюда…
Договорить дед не успел, так как к нам подошел Саня. Первым делом он уточнил, не нужно ли кому-нибудь набить морду, и, получив отказ, разочарованно пошел за пивом.
Народ мирно трепался у костерков, панки играли на гитарах, а часам к десяти со стороны новостроек потянулись парни в спортивных костюмах. Их было много, человек пятьдесят, все как один бритоголовые и ухмыляются так недобро.
Бойцы растянулись по поляне и принялись цепляться к панкам. Кто плечом толкнёт, кто сплюнет под ноги. Самый наглый выбил гитару у типа в футболке «Продиджи», и через минуту закипела массовая драка.
Саня было ринулся лупить бритоголовых, но я придержал его за руку указав взглядом на полицейских выскочивших строем из-за деревьев. В шлемах, бронежилетах и с дубинками. Очевидно они уже давно стояли на стрёме и ждали когда бритые спровоцируют драку. Менты вязали всех без разбора, и только парней в спортивках никто из стражей порядка в упор не замечал.
Как я и думал. Сейчас разгонят мирных демонстрантов, а потом прибудут бульдозеры и снесут к чёртовой матери неугодный лес, а когда ни одного дерева не останется, с лёгкой руки отдадут землю под застройку и официально поставят печать. Тогда бороться с системой будет поздно, да и бесполезно, леса то уже не будет.
Поэтому единственное что я мог сделать в этой ситуации, оттащить в сторонку Линду, Саню и Ежжи. Если приедут бульдозеры, мы их как-нибудь остановим. А если будем сидеть за решеткой, то ничем помочь не сможем и мой жирный друг отправится на корм червям.
Как только началась заварушка, будущий депутат первым прыгнул в машину и укатил вместе с оператором. Судя по всему он по пути интересовался всё ли тот успел заснять?
Не прошло и часа, как от протестующих осталась лишь бабка с плакатом, Диадох прикинувшийся кустом и из-под земли у моих ног вынырнула мухоморная шляпа.
— Я ничего не пропустил? — поинтересовался Борр, выбираясь на поверхность.
Физиономия у него опухла и перекосилась, явно такого эффекта он добился смешав грибовуху с шампанским.
В эту же секунду свет фар, разрезал ночную темноту. Со стороны трассы к вырубке поползла колонна техники с логотипами «Яруса» на бортах. Старушка, увидев такое зрелище, наконец сочла митинг оконченным, перекрестилась и, ворча, засеменила к остановке.
  
К тому времени над лесом скопилось столько скверны, что даже переливание не могло поглотить её разом. Под рёбрами стал ползти холодок от копящейся в теле мерзости. Страх и злость сотен избитых людей поднялись к небу и повисли над соснами бурой мутью. Судя по всему я не смогу переварить такой объём скверны и где-то очень скоро сформируется здоровенный нарыв.