Пожиратели призраков

– Мы помогаем людям, – возражает Тобиас. – Тем, кому больно.
– Ты эксплуатируешь их горе…
– Мы воссоединяем их, – говорит он. – Сайлас всегда умел… влиять на остальных. Его все слушают. Я подумал, что можно войти в его аккаунт, чтобы связаться и…
– Сайлас мертв, – я первый раз произношу эти слова вслух.
– И ты думаешь, смерть действительно его остановит?
Это не похоже на Тобиаса. Причем совсем. Он притворяется крутым мастером дзена, и мне это не нравится.
– Я рад, что ты вернулась, Эрин… правда. Я бы не смог сделать это, да ничего, без тебя.
– Я не хочу иметь ничего общего с… чем бы это ни было.
– Ты вернула Сайласа! Если бы не ваша связь, ничего не сработало бы, – почему-то он произносит слово «связь» так, будто на самом деле имеет в виду «зависимость». – Ты мой счастливый талисман. Позволь мне вернуть тебе долг… Поздоровайся с Сайласом.
– Я уже говорила, что не хочу больше этого дерьма.
Он поднимает руки.
– Как знаешь.
Тобиас передает по кругу пластиковый контейнер с таблетками.
– У каждого из нас есть свои истории с привидениями. И вот, – поднимает он таблетку и проглатывает, – как мы их расскажем.
Каждый присутствующий берет таблетку, легкомысленно, как школьники за обедом. Мелисса сует таблетку мне в руку и улыбается.
– Держи.
Я смотрю на таблетку. Пару раз переворачиваю, вверх-вниз, вверх-вниз, пока внутри рассыпается пепел. Во мне нарастает зуд.
Даже сейчас я хочу этого. Чувствую холодок по спине. Мурашки на коже. Я не могу себя остановить.
Я хочу увидеть призраков.
Может, на этот раз будет не так плохо? Здесь безопасно, это проверенный сеанс. Не там, не в городе, со всеми этими помехами. Здесь я под защитой.
Тобиас сказал, что улучшил дозу, так? Может, то была всего лишь плохая партия. Не приближайся к этой дряни. Еще один раз, и все. Подумаешь, всего лишь один сеанс. Я почувствую Сайласа. Ощущу, как колеблется его дух. Проникает в меня. Я могу вернуть это чувство…
«Ты не должна, – слышу я Амару. – Ты пришла сюда, чтобы…»
Я выделываю магический трюк: исчезающая таблетка. Сейчас вы ее видите, а теперь нет…
– Молодец, – говорит Тобиас. Я и не заметила, что он следил за мной. – Вот это моя Эрин.
У меня так сухо во рту, что я не могу проглотить таблетку. Мышцы рта сопротивляются инородному телу. Мелисса передает мне бутылку воды. Она комнатной температуры, но к тому времени, как доходит до желудка, уже начинает кипеть – «Жарко, жарко, пламя ярко! Хороша в котле заварка!»
– В этом доме безопасно, – говорит Тобиас. – Мы можем заполнить комнаты теми, кого потеряли. Пригласите своих призраков. Ваша связь привлечет их к нам. Сосредоточьтесь на ней. Возьмитесь за руки и закройте глаза, – командует он. Я смотрю, как все в кругу слушаются, закрывают глаза и позволяют голосу Тобиаса унести их прочь. – Вы пришли сюда, потому что на другой стороне есть кто-то, с кем вы хотите связаться. Представьте их в своем воображении.
Я закрываю глаза и сразу же вижу Сайласа, будто он ждал меня, прячась за моими веками. Его лицо так отчетливо стоит у меня в голове – заправленные за уши волосы, карие глаза, дьявольская ухмылка.
– А теперь надо произнести их имена вслух. Позовите их. Это первый шаг.
– Хатч, – говорит Стефани.
– Сабин, – говорит Мелисса.
– Марк, – говорит Адриано.
Я не зову Сайласа. Я храню его имя, прячу, словно не хочу делить его ни с кем.
– Держите их в уме. Держитесь за них. Не отпускайте. Некоторым приходится преодолевать большое расстояние. Это нелегко. Но ваша связь, эта нить вернет их домой.
Я держусь за Сайласа. Его лицо. Его улыбку. Его смех заполняет мой разум.
– Этот дом – всего лишь вместилище, – говорит Тобиас. – Сосуд, в котором могут обитать наши призраки. На самом деле они преследуют вас. Нужно дать им волю, освободить их в этих стенах.
Изображение Сайласа совсем немного ускользает. Трудно удержать его мысленный образ, пока говорит Тобиас. Я все время отвлекаюсь.
 
– Мы пройдемся мысленно по дому, по каждой комнате. Они все пусты, ждут, когда их заселят. Сначала представим входную дверь. Сейчас она закрыта, но вам надо представить, как она открывается. Откройте дверь в своем сознании. Давайте.
Клянусь, я слышу, как дверь открывается сама по себе. По коридору разносится тихий скрип петель.
– Заходите. Переступите через порог. В коридор… Представьте это пространство. Смотрите на комнаты, которые можно заполнить. Следуйте за моим голосом. Вы меня слышите? Мы обращаемся к духам, которых носим с собой. Нам предоставили доступ к другой стороне, и мы готовы увидеть, – Тобиас и правда усовершенствовал продающий текст со времени нашего последнего сеанса. Или, может, просто изменилась демография. Без Амары, которая точно отчитала бы его за это дерьмо, Тобиас может разойтись по полной.
Я чувствую, как сжимаются руки обоих моих соседей, их ладони потеют.
– Мы готовы принять ваши послания. Пожалуйста, говорите с нами, – я чувствую малейшее колебание в круге. Внезапно мы все начинаем ритмично и синхронно раскачиваться из стороны в сторону. Движение набирает обороты по мере того, как громче звучит голос Тобиаса. – Духи, мы хотим пообщаться с вами. Подайте нам знак.
Я чувствую, как тянут каждую из моих рук, слева направо.
– Хатч: ты хочешь с кем-то тут пообщаться?
…туда-сюда…
– Сабин: ты хочешь поговорить?
…туда-сюда…
– Марк: ты желаешь с кем…
Раскачивания прекращаются. У меня хрустит шея, когда круг перестает раскачиваться. Кто-то – возможно, Мелисса – ахает. Я открываю глаза.
В центре комнаты что-то мерцает. Одинокое пламя размером с монету взвивается над нашими головами. Без всякого источника.
Оно приближается. Я отшатываюсь, поначалу испугавшись, когда свободно парящее пламя медленно приближается ко мне. Ко мне. Остальная часть круга тоже видит это, любуется. У Тобиаса опускается грудь, потому что он больше не может сдерживать изнеможение.
Пламя парит передо мной, всего в нескольких дюймах от лица, и я наслаждаюсь его сиянием. Теперь оно переливается всеми цветами радуги. Зеленое кольцо пронизывает оранжевое и желтое, появляется и исчезает, его заменяет блестящая красная лента, затем синяя. В этом есть какой-то импульс.
Сердцебиение.
– …Сайлас?
При звуке имени пламя разрастается. Сплющивается, удлиняясь. Теперь оно размером с мою ладонь, растет, углубляется. Я вижу его насквозь, и все же оно по-прежнему обладает глубиной.
Я замечаю лицо Сайласа.
– Сайлас, это… это правда…
Каждый раз, когда я произношу его имя, пламя вспыхивает новым цветом. Пульс учащается. Теперь свет похож на альбом с полупрозрачными картинками. Движения медленные, рваные, но я наблюдаю, как дрожащее изображение его руки поднимается, чтобы коснуться моего лица.
– Это ты, – говорю я, и по моим щекам внезапно текут слезы. – Это действительно ты.
Свет проходит сквозь меня – дух Сайласа входит в мое тело – и, клянусь, мне никогда в жизни не было так тепло. Я задыхаюсь, когда его жар проникает в мои конечности. Совсем как первый вдох в моей жизни.
Он внутри. Овладевает мной. Когда я оглядываю комнату, глаза больше не принадлежат мне. Теперь это его глаза – наши глаза. Мы вместе, сливаемся в единое целое. Его дух и мое тело.
Я отпускаю руки соседей и опускаюсь обратно на пол, прислонившись к раскрашенной стене. Я всегда была планшетом. Свет распространяется по моей крови, тепло духа Сайласа циркулирует по всему телу, затрагивая каждый нерв, просачиваясь в каждую клетку, пока он не овладевает всем.
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, но я вижу жизнь Сайласа. В этот момент, распростертая на полу, я наблюдаю за его существованием. Гравитация исчезает, когда тело отделяется от сознания. Мои конечности теперь принадлежат ему, мое тело теперь принадлежит ему, моя плоть – его прошлое, моя душа – его история. Его рождение. Его младенчество. Его детство.