Двуликий бастард. Том 3 (СИ)

Старик протер ладоши, отряхнул массивные плечи от пыли и хрустнул шеей. Арчибальд же просто свалился неподалеку от меня и распластался звездочкой.
— Кто такой этот… Мимуро Кондо? — Роран покосился на солдата с перерезанным горлом.
— Тип один из преступной тусовки, — пожал я плечами, выпустив перед собой облако едкого дыма. — Довольно опасный и… авторитетный. Хотел дочурку Графа грохнуть, чтобы на меня ее смерть спихнуть.
Роран скривился в злобной гримасе.
— Вот же мерзавец. А разве… опасным и авторитетным преступником не тебя все считают?
Я пожал плечами.
— Я его, так сказать, конкурент. Но по опасности и авторитету мне до него довольно далеко, — сбросив на пол чуть пепла, отозвался я. — План мой заключался в том, чтобы стать Графом и нанять небольшое войско, чтобы возиться с ним на равных. Но сейчас все немного иначе выходит.
Роран помотал головой, приобнял дочь, что стояла рядом с ним, и цокнул.
— А слов-то сколько было, — недовольно протянул тот. — Самый опасный преступник. Шин — гроза округи и дамских сердец. А на деле пацан, что даже маной пользоваться не научился.
Я поморщился. Прозвучало немного… обидно.
— Да, вероятно, мое имя и впрямь раздуто. Многие меня сильно переоценивают, но… — мой голос стал мрачным. — Едва ли тебе понравится иметь такого врага, как я.
Старики, услышав это, переглянулись между собой и хрипло по-старчески засмеялись. Да, очевидно, ни один из них вообще не был осведомлен о моей жизни в этом мире, но… мне было плевать. Даже бровью не дернул. Одно ясно точно — скоро оба поймут, что именно заставило людей говорить обо мне в таком ключе.
— Ладно, Шин Нарита, — поглядел на меня Роран, отдышавшись. — Есть план?
— У меня всегда есть план.
  
Глава 3
 
Вечернее солнце медленно уходило за горизонт; откидывало длинные тени от деревьев и изредка стоящих по местности домов, создавая комфортный тенек. Дом Арчибальда уже несколько часов как был более похож на груду руин — после снятия печатей Рорана крыша его обвалилась.
Закончив разбирательства с полицией, остальные остались ходить по руинам, помогая Арчибальду сохранить хоть какую-то значимую для него мебель и другие вещи. Старики с Фумико и Арьей неспешно вытаскивали из кучи кирпичей и пыли все ценное, пока мы с Ханной сидели неподалеку и наблюдали за переливающим в алый цвет солнцем.
Сидя рядом с Ханной, я не праздновал внутри себя победу. Отнюдь, даже после всего, что случилось в этом злосчастном доме, уверенность в том, что эта брюнетка меня ненавидит, была все та же, что и раньше. Да, отец у нее был еще большим мерзавцем, но это никак не оправдывало того, что я делал в лице Шина Нарита и до встречи с Графом Дензо.
Но для дела мне не особо нужна была ее приязнь — первым делом нужно было превратить ее из врага в значимого и важного союзника.
Почему важного? Да потому, что эта девушка знает о многих «грешках» отца побольше моего. Сможет не только помочь, но лично с ним поговорить. Как бы то ни было, Ханна на данный момент являлась тем самым «ключиком», с помощью которого мы смогли бы пробить окно в самое сердце Империи без особых затрат и потерь.
— Я все понимаю, ты меня полным мерзавцем считаешь, — протянул я, поглядывая по сторонам и покусывая зубами соломинку. — Но поверь, отец твой тоже далеко не ангел.
Состояние Ханны, очевидно, было подвешенным. С одной стороны, подводить собственный род, лишать всех членов семьи тех благ, что предоставлялись вместе со статусом, не особо ей и хотелось. Ведь имя, связи, безопасность и вседозволенность — всем этим не только Граф пользовался, но и весь род Нагивара. С другой же стороны, она отлично понимала, к чему все идет.
— Можешь рассказать, чего ты добиваешься, Эйджи? — Ханна глянула на меня с опаской. — Что ты будешь делать, когда убьешь отца?
— Не убью, если ты согласишься сотрудничать, — возразил я.
Я не врал. Граф — та еще скотина, но вот его смерть может доставить огромную кучу проблем не только с законом, но и с Ханной. Я уже сделал все, чтобы с легкостью отнять статус Дензо, дело оставалось за малым — поэтому особого желания лишать его жизни у меня не возникало.
 
— Он не смирится с поражением, на все пойдёт, чтобы власть вернуть, — голос девушки буквально подрагивал. — Он даже… мной пожертвует. Ему плевать на меня.
Соломинка в моих зубах жалостно треснула — настолько сильно я сжал челюсть. Да, у меня нет детей, но… как же погано было на душе, разговаривая с Ханной. Власть, деньги, статус… неужто все это дороже жизни собственной дочери?
Нет, в чем я уверен точно, так это в том, что Дензо ещё тот ублюдок.
— Не пожертвует, — я заиграл желваками, посерьезнев. — Если ты будешь рядом со мной, ни он, ни даже клан Кондо не смогут тебе навредить.
Ханна не верила мне — оно и понятно. С таким резюме мне вообще мало кто стал бы верить. Но вот я говорил искренне, жизнь этой девушки я действительно хочу сберечь. Пусть даже она станет моей ахиллесовой пятой, несмотря на это я сделаю все, что в моих силах.
— Ты не ответил… — взгляд ее стал больше любопытным, чем расстроенным. — Зачем тебе титул?
Очевидно, говорить о том, что я хочу добраться до папаши-Императора, я не собирался. Да и про возвращение домой тоже умолчал, как и о том, что собираюсь созвать в Японию оставшихся алхимиков со всего мира, чтобы открыть путь домой. В общем, Ханну ждала лишь верхушка того айсберга, что входил в мои планы.
— Хочу повлиять на жизнь и достаток простолюдинов и бесклановых в целом, — ответил я без лукавства. — Не могу смотреть, как люди тонут в бедности, не имея никаких шансов на хорошее… светлое будущее.
Ханна хмыкнула, мотнув головой.
— Слишком добрые порывы для человека, который только и умеет, что убивать и грабить…
Еще бы. Я, честно сказать, и сам от своих благих намерений опешил. Вероятно, стоило быть с ней чуть более… открытым, что ли.
— Я не только убивал и грабил за свою жизнь, — грустно отозвался я.
— А что еще ты делал, Эйджи? — Ханна часто заморгала, приподняв бровь. — Возвращал украденное обратно, или же сделал что-то хорошее? Нет, ты просто забирал все украденное себе.
Конечно, забирал, ведь я привык жить в роскоши. Ханна будто сквозь воду глядела. Только сейчас я стал замечать, что в моем послужном списке не было ни одной записи, которой я смог бы защитить свое доброе имя; все либо заканчивалось убийством, либо громким преступлением и моим обогащением.
— Ты будешь продолжать на меня давить? — я скривил губы, чувствуя вину. — Сейчас речь идет не о том, что я сделал, а о том, что могу сделать. И могу я многое, поверь. Могла бы и поблагодарить за то, что оставил тебя в живых после всех твоих… выходок.
— Спасибо! — выпалила та язвительно. — Спасибо, что не дал своим же людям меня пристрелить!
Да, кажется, и без того накаленная обстановка стала лишь ухудшаться. Я не ответил ей на предъявление — с каменным лицом посмотрел на красное солнце и срывал соломинки, закидывая их в рот.
Нам обоим стоило чуть отдышаться.
Как и ожидалось, между нами возникло тяжелое молчание. Мы сидели молча, думая каждый о своем. Около пяти минут ни один из нас не проронил ни слова. Радовало одно — Ханна продолжала сидеть рядом, даже не пытаясь плюнуть на все и уйти.
— Я говорила с отцом… — наконец прервала она молчание. — Звонила ему, говорила, что ты меня похитил.
— Знаю, — буднично произнес я. — Жаль лишь, что это тебе на руку не сыграло.
Не то, чтобы я все это планировал. Просто… было бы глупо думать, что Ханна ходит за мной, не пытаясь сделать попыток сбежать, только потому что боится меня. Глаз Деймоса хоть и вселял страх, но вот действовал он недолго. Даже когда я оставлял Ханну одну, она не спешила устраивать побеги. Оттуда и вывод — пыталась меня словить за чем-то… запрещенным. Ну, либо ждала возможности позвонить отцу.
Почему я не уберег себя, запретив ей что-либо делать и куда-либо звонить? Мне нужны были те самые «косяки» Графа. К слову, я зафиксировал два из них. Первый — охота на Ханну. А второй — факт того, что он сотрудничает с якудза.