Потерянная ночь (ЛП)
— Вопрос в том, где я видела других подобных тварей? — спросила Рэйчел. — Я не эксперт по морской биологии, но…
Она остановилась и молча посмотрела на мертвое существо.
— Ты думаешь о том же, что и я, не так ли? — тихо спросил Гарри. — Ты не эксперт по морской биологии, но кое-кого знаешь — Келвин Диллард.
Глава 28
Гарри сидел на одной из ветвей Зонтичного дерева шириной в скамейку, его ноги находились на высоте примерно пятнадцати футов (≈ 4,5 м) от земли. Он изучал слабо светящиеся пси-отпечатки внизу. Три ряда следов исчезали в пещере, слабо освещенной пси-светом.
— Они вошли внутрь пару часов назад, — сказал Гарри. — Шторм задержал их, как и нас.
— Если бы не шторм, до этого места примерно полдня ходьбы от забора, — сказала Рэйчел.
Она сидела на ветке рядом с ним. Дарвина сидела между ними вместе с Амбереллой. Пыльный кролик был полностью распушен, но все четыре глаза были открыты. Казалось, она почувствовала, что это не игра. — Нет ничего лучше, чем страшный морской монстр, пытающийся украсть твою куклу, чтобы заставить тебя отнестись к ситуации серьезно, — подумал Гарри.
По его оценкам, массивная крона Зонтичного дерева занимала около двух акров (≈ 8000 кв.м.). Обширная сеть широких ветвей — во многих случаях два и три фута(≈ 60–90 см) в поперечнике — поддерживалась прочными столбами воздушных корней, которые первоначально пучками спускались на землю джунглей. Со временем корни срослись и укрепились в земле, образовав толстые колонны, которые поддерживали дерево и позволяли ему разрастаться.
Под деревом процветала целая экосистема — обширные сказочные страны грибов, завесы впечатляющих орхидей и миниатюрные папоротниковые леса. Все это светилось пси-энергией, хотя было уже середина утра. Плотный потолок из листьев над головой создавал вечные сумерки, которые сегодня были еще глубже из-за облачности.
— Да, до этой пещеры всего полдня пути от забора, — сказал Гарри, — но только для того, кто точно знает, куда идет, и для того, кто может ориентироваться в Заповеднике. Это не обычный талант.
— Очевидно, что люди, похитившие Келвина, знали, куда идти, и знали дорогу, — сказала Рэйчел. — Это, вероятно, означает, что у них есть одна или несколько таких флейт.
— С ними также может быть кто-то вроде меня, талантливый охотник, способный отслеживать пси-отпечатки.
Он ненадолго задумался, глядя на вход в пещеру. — Мы знаем, что туда вошли как минимум три человека — Келвин и двое парней, которые его похитили. Но я вижу еще один набор отпечатков. Итого внутри как минимум четверо.
— Но Келвин — заложник, а это значит, что плохих парней всего трое.
— У тебя всегда стакан на половину полон, когда дело касается человеческой натуры, — сказал Гарри. — Это так трогательно.
Рэйчел проигнорировала его. — Ты думаешь, там задействовано больше людей.
— Во-первых, мы не знаем, что там происходит. Во-вторых, о привлечении людей гораздо легче сказать, чем сделать, не говоря уже о том, что это очень рискованно.
— Что ты имеешь в виду?
— Требования к людям работающим здесь, достаточно высоки и строги. Помимо прочего, нужны способности справиться с тяжелым пси внутри Заповедника. Это место далеко не так доступно, как катакомбы или тропический лес. Даже провести людей через забор — огромная проблема. Оказавшись внутри, большинство людей очень быстро дезориентируются.
— Если только они не умеют пользоваться флейтой, — напомнила она ему.
— Может быть, — признал он. — Но помимо проблем с навигацией, есть и другие, прагматичные соображения.
— Какие?
— На ум приходит пропитание.
— Пропитание?
— Жить за счет земли на Рейншедоу, возможно, но не очень практично. Чтобы выжить, большой группе людей придется проводить большую часть времени на охоте и добывании пищи. На самом деле, если захочешь разместить здесь хотя бы небольшую толпу, тебе придется найти способ доставлять провизию.
— Поняла. Рано или поздно кто-нибудь в городе обязательно это заметит.
— Рейншедоу — это природная крепость с одной маленькой гаванью и несколькими небольшими пляжами. Любой, кто регулярно закупает в городе серьезное количество припасов, привлек бы внимание. То же самое касается и попыток привезти провизию на лодке.
Рэйчел одарила его взглядом, в котором было в равной степени удовольствие и восхищение. — Ты действительно все предусмотрел, не так ли?
— Это моя работа. Я могу думать как плохие…
Она подняла руку. — Ни слова. Ты не думаешь, как плохие парни, ты мыслишь стратегически. Это другое.
Он улыбнулся. — Ну, если ты так говоришь. Я пойду в эту пещеру, а ты будешь ждать здесь с Дарвиной.
Рэйчел на мгновение задумалась и покачала головой. — Нет, мне нужно пойти с тобой.
— Я просто проведу быструю разведку, — сказал он. — Я вернусь через несколько минут.
— Я тебе нужна.
Она была серьезна. Энергия кружила в атмосфере. Когда он приоткрыл свой талант, то увидел, что ее глаза немного горели. Он знал, хотя она и не говорила, но к ней вернулось больше воспоминаний.
— Зачем ты мне? — спросил он.
— Потому что я была в той пещере. — Она не сводила глаз с входа. — Или в очень похожей на нее.
— Ты что-то вспомнила?
— Среди прочего ультра излучение, освещающее вход. В ту ночь, в Заповеднике, я проснулась в пещере, освещенной такой же бронзово-золотой энергией. Более того, теперь я почти уверена, что существа с щупальцами находятся внутри этой пещеры.
— Но они живут в воде, а не в пещере.
— Они там, Гарри. Я не знаю, как это возможно, но они внутри этой пещеры, я клянусь.
Подвески на браслете Рэйчел тихо позвякивали.
— Хорошо, я верю тебе, — сказал он. — Но это не веская причина брать тебя с собой.
— А как насчет такой причины? Возможно, я единственная, кто сможет вытащить тебя.
Он задумался. — Ты думаешь о том замерзшем водопаде из дожделита, не так ли? Ты сбежала от кого-то, пройдя сквозь водопад. Ты помнишь, как он выглядел?
— Нет. Я только помню, как Кельвин разбудил меня и вложил мне в руку флейту.
— Келвину пришлось тебя разбудить?
Она коснулась одного из камней своего браслета, не осознавая этого. Он почувствовал шепот энергии в атмосфере.
— Да, — ответила она. — Теперь я в этом уверена. Мне нужно туда с тобой, Гарри.
* * *
Никаких неприятных сюрпризов у входа в пещеру не ждало. Ни одна ловушка не захлопнулась. Ни одна сеть не упала. Никакой охраны не появилось.
Гарри взглянул вверх, автоматически проверяя наличие камер, хотя и не ожидал их увидеть. Их не было. Высокотехнологичные устройства аудио- и визуального мониторинга были так же бесполезны в тяжелой пси-среде, как и большинство другого оборудования и программного обеспечения.
Сияние, исходящее от стен, придавало сцене жутковатый оттенок. Но именно колоннада массивных сверкающих сталактитов, свисающих с потолка, и сверкающих сталагмитов, поднимающихся с пола, ослепляли чувства. Кристаллические образования светились, как огромные драгоценности, создавая паранормальную радугу, состоящую из ультрасветлых цветов.
— Невероятно, — прошептала Рэйчел.
— Ты помнишь эту пещеру? — уточнил он.
— Нет, — сказала она.
Дарвина сидела на плече Рэйчел, частично приглаженная, все четыре глаза были открыты. Зверек не отнесся к этой затее как к игре — она была готова к охоте. — Как и я, — подумал Гарри. — Мы оба рождены для этого. Что, черт возьми, Рэйчел видит в каждом из нас? По крайней мере, Дарвина была очень милой, когда не была в режиме атаки.
Он изучал призрачные пси-отпечатки на полу пещеры.
— Они были здесь, — сказал он. Он понизил голос и прижал рот очень близко к уху Рэйчел. — Есть много других отпечатков, но они слишком старые и мутные, чтобы их можно было разглядеть. Я бы сказал, что люди обитают здесь уже довольно давно.
Шепот, вероятно, был излишним. Тяжелая энергия оказывала заглушающее и искажающее воздействие на звуковые волны, поэтому голоса не могли разноситься далеко, но рисковать не было смысла. Сильный охотник или кто-то с некоторой разновидностью аудио-чувствительности может услышать.