Потерянная ночь (ЛП)

Однако недавно его картины претерпели изменения. Рэйчел с растущим беспокойством наблюдала, как его картины становились все мрачнее и зловеще. Она знала, что не единственная, кто заметила трансформацию. Слэйд и Шарлотта тоже заметили это.
Коллекционеры с материка, похоже, не замечали этих малозаметных изменений, но Рэйчел видела, как несколько местных жителей подолгу задерживались перед окнами галереи каждый раз, когда выставлялась новая картина Джаспера. Когда они двигались дальше, у них часто были обеспокоенные лица.
Картины знакомых местных достопримечательностей — гавани, живописных, обветренных магазинов и набережной — все еще были нарисованы характерными мазками Джаспера. Палитра по-прежнему оставалась богатой и глубокой. Но картины приобрели новое, тревожащее ощущение, которое напомнило Рэйчел то чувство, которое она испытала перед тем, как разразилась одна из жутчайших гроз. В последнее время картины Джаспера шевелили волосы на ее затылке.
— Слышал, ты была в хижине-сторожке с Себастьяном, когда те двое ребят вчера спалили это место. — Джаспер подошел к прилавку и с беспокойством посмотрел на нее. — Ты в порядке?
— Да, спасибо.
— Должно быть, было чертовски страшно. Это как столкнуться с призраком в туннелях.
— Я бы не хотела это повторить, — сказала она. — Но со мной все в порядке, Джаспер, честно.
Он сочувственно улыбнулся ей. — Я суечусь/ пекусь о тебе, да?
— Мило, что ты и все остальные так беспокоитесь обо мне, но да, ты суетишься без надобности.
— Мы все беспокоимся о тебе.
— Я знаю, но в этом нет необходимости, — сказала Рэйчел. — Гарри обо всем позаботился. В конце концов, он занимается охранной.
— Я слышал. Все говорят, что он знал, как поступить, когда обрушилось это призрачное дерьмо. —Джаспер вздрогнул. — Извини.
— Не надо извиняться. Почему я должна все время говорить людям, что из-за того, что меня воспитали в ГП, не следует, что я упаду в обморок, если услышу немного нецензурной лексики?
Джаспер окинул ее оценивающим взглядом. — Итак, ты с Себастьяном провели еще одну ночь вместе.
— Ага.
— В машине.
— Ага.
— Кажется, это происходит регулярно.
— Это был первый раз, когда нам пришлось ночевать в машине. — Рэйчел улыбнулась. — Не нужно доставать дробовик.
Джаспер сузил глаза. — Ты уверена?
— Абсолютно. Я ценю вашу заботу, но беспокоиться не о чем.
Откуда-то из магазина послышался тихий приглушенный звон.
— Упс, — сказала Рэйчел. — Я думаю, что это Дарвина.
Джаспер ходил по магазину со слегка прищуренными глазами. — Я вижу ее. Она сидит на старом туалетном столике и играет с одним из флаконов духов. Лучше забери ее, пока она не увлеклась. Шарлотта говорит, что некоторые из этих бутылочек стоят больших денег.
— Духи? — Рэйчел направилась к туалетному столику. — Ты такая девочка, Дарвина.
Дарвина усмехнулась, поставила выбранный флакон и скрылась из виду под старым диваном. Рэйчел отказалась от попытки отвлечь ее и вернулась к стойке.
Джаспер фыркнул. — С точки зрения пыльного кролика, этот магазин, вероятно, представляет собой один большой магазин игрушек, наполненный яркими блестящими предметами.
Рэйчел услышала повторяющийся скрип и быстро обернулась.
— Она нашла старую лошадку-качалку. — Джаспер указал подбородком на темный угол магазина.
Рэйчел осторожно двинулась через заставленное пространство.
— Дарвина? Где ты?
Скрип продолжался, становясь все громче и быстрее. Это сопровождалось громким возбужденным пофыркиванием.
Рэйчел обогнула туалетный столик, украшенный замысловатой инкрустацией из дерева и янтаря, и увидела лошадку-качалку. Она была изысканно детализировано вплоть до элегантной уздечки и поводьев. Глаза были сделаны из резного зеленого янтаря. Дарвина сидела в седле с Амбереллой, подпрыгивая взад и вперед, поддерживая раскачивание.
— Прекрати, — вскрикнула Рэйчел. — Эта лошадка, наверное, стоит целое состояние.
Она бросилась вперед и стащила Дарвину с игрушки.
Дарвина энергично запротестовала и высвободилась. Она спрыгнула на пол и снова исчезла, на этот раз за красным бархатным диваном, который выглядел так, будто когда-то украшал гостиную настоящего безвкусного борделя до Эры Раздора.
 
— Черт возьми, — сказала Рэйчел. — Мне лучше побыстрее вытащить ее отсюда.
— Оставь ее, — сказал Джаспер. — Я сомневаюсь, что она причинит какой-либо реальный вред. Она просто хочет поиграть. Но напомни мне проверить все шесть лап, когда вы будете уходить, чтобы убедиться, что она ни чего не прихватит.
— Вероятно, это мудро.
— Где Себастьян?
— Он в полицейском участке и планирует допросить поджигателей. Я собираюсь ему помочь.
— Да? — Джаспер нахмурился: — Как?
— Анализируя ауры детей, пока он с ними разговаривает. Я надеюсь, что смогу увидеть в их энергетических полях что-то, что объяснит, почему они не могут вспомнить, что произошло прошлой ночью.
— Они притворяются. Я слышал, что большую часть ночи они провели запертыми в сарае. У них было достаточно времени, чтобы придумать объяснения.
— Я не так уверена, — сказала Рэйчел. — Если помнишь, я своего рода эксперт по амнезии.
— Они не подверглись той же энергии.
— Я понимаю, но вчера шторм был очень сильным. В атмосфере было много пси, и большая ее часть была необычайно горячей.
— Наверное, потому, что хижина находится, точнее, находилась недалеко от забора.
— На нас влияла не только энергия Заповедника, — сказала Рэйчел. — В огне, разрушившем хижину, были пси-токи. Гарри думает, что была задействована какая-то передовая паратехнология.
— Хм. — Джаспер нахмурился. — Кто-то кинул зажигательную смесь в Себастьяна, в которой использовался высокотехнологичный параускоритель?
— Так это выглядело. Большая часть огня горела сверх сиянием.
Джаспер стал мрачным. — Тебе не кажется странным, что ты оказалась вчера вечером у Себастьяна, когда кто-то пытался уничтожить его и дом посреди шторма?
Рэйчел вздрогнула. — Я понимаю, к чему ты клонишь, и хотя мы в сообществе ГП не особо верим в совпадения, мы также не думаем, что разумно делать поспешные выводы, пока не будут доступны все доказательства. Моя теория состоит в том, что у меня есть сталкер, который злится, потому что думает, что я связалась с Гарри. Я думаю, он послал кого-то убить Гарри, не подозревая, что я тоже буду там.
Джаспер покачал головой. — Все сложно, но я действительно верю, что то, что произошло прошлой ночью, связано исключительно с Заповедником. Должно. Я уже несколько месяцев чувствую, как оттуда вытекает плохая энергия, Рэйчел. Такое я чувствовал в старые времена, когда работал с Флетчем в туннелях как раз перед тем, как мы сталкивались с очень мерзким призраком.
— Я не сомневаюсь в твоей интуиции. — Она немного открыла свои чувства. Шепчущие нити фиолетовой и желтой энергии в ауре Джаспера рассказали ей все, что ей нужно было знать. — Еще один сон о Заповеднике?
Джаспер тяжело выдохнул и сложил руки на стойке. — Да. Сны становятся все хуже.
— Мои тоже. — Рэйчел положила пакет, который она принесла с собой, на стойку. — Я приготовила для тебя еще одну порцию твоего чая.
— Спасибо. — Джаспер взял пакет. — Сегодня утром я прикончил последнюю часть из старой партии. Мне это нужно после сна прошлой ночью.
Она взглянула на его забрызганную краской джинсовую рубашку. — Как продвигается моя картина?
Джаспер оторвался от стойки. — Вот что я хотел тебе показать. Оставил мольберт в задней комнате. Свет там ужасный, но в последнее время он везде такой на острове. Чертов туман.
— Смог ли ты истолковать мое видение?
— Я работаю. Пока еще не все понятно, но твои описания помогают/ проясняют картину. Обычно я работаю с образами своих снов. Это первый раз, когда я пытаюсь нарисовать чужой сон.
— Давай посмотрим, что у тебя есть.
Джаспер вышел из-за стойки и направился в заднюю комнату.