Мертвоводец (СИ)

Я чувствовал себя глубоко оскорбленным.
***
Желтые точки в теплой оказались работниками, которые приводили помещение в порядок. Бандар ждал в той же комнате, что и раньше, только без Сарта. В этот раз под потолком горело на один светильник больше, и я разглядел кроватошкаф у дальней стены – не такой, как у Чирика, а с полками, закрытыми дверцами, и выдвинутой столешницей, рядом с которой стоял стул. Прежде чем, здоровяк все загородил, я заметил на столе кружку литра на полтора и что-то, что выглядело, как детская доска для рисования, где можно стирать. У брата в детстве такая была. Рисовать ему не особо нравилось, а вот тянуть за рычажок и слушать инфернальный треск, который при этом получался – очень. Бесило всех это дико… Конечно, вряд ли Бандар сидел тут, развлекаясь с детской раскраской.
Увидев «индейца», Чирик все-таки сдрейфил и попытался слинять, но вовремя к нему обратился сам держала.
– Гавра Чирисор, вижу тебя.
– Ну… ррала… э–э… я пришел.
Чирик… или Чирисор, ладно буду уж, как привык, называть… В общем, он тут же присмирел.
– Кирилл, вижу тебя.
– Я пришел, – в ответ поздоровался я. Нужно изучать местный этикет. – Чирик будет со мной…
– Да, я с марагазом, – тут же заморгал, соглашаясь, искатель.
Бандар перевел на него взгляд, потом посмотрел на меня.
– Я не марагаз.
– Но ведь… А! – Чирик бросил взгляд в сторону выхода. – Да! Он не марагаз.
Я вздохнул. Если бы «индеец» заговорил о чем-то, что знают все местные, по реакции Чирика я мог бы определять насколько нормально то, что здоровяк предлагает. К примеру, иностранец в России, если с ним что-то случится, может решить пойти в полицию, чтобы ему там помогли. А русский человек такой ошибки не совершит. Если с тобой одна беда уже случилась, зачем идти туда, где может произойти еще одна? В теории я все продумал, вот только лекарство могло оказаться опаснее болезни…
– Я обдумал про работу и…
Я сделал паузу, надеясь, что Бандар как-то прокомментирует, но он смотрел молча.
– …у меня есть вопросы.
Так, понятно, на нем самом эта штука не действует. А я надеялся подоить с него сведений, как он вчера с меня. Ладно…
– Кто будет показывать дорогу к Хамртуму?
– Я.
– Значит, вы там уже были?
На это «индеец» ответил еще одним молчаливым взглядом. Я задумался: а стоит ли вообще иметь дело «человеком», который не договаривает, у которого явно какие-то свои интересы? А может так ему и сказать? Что я теряю? Голову мне оторвет, разозлившись? Судя по внешнему виду, с обычным человеком и обычной головой у него бы получилось. Нет, не буду откровенничать. И не потому, что испугался. Просто… так и веет от него скрытыми мотивами.
– Зачем вам к Хамртуму? – я продолжил «безопасным» вопросом.
– Не мне, – Бандар мотнул глазами вправо–влево. – Колдунья в деревне. Она захочет туда попасть.
Колдунья… А не про ту ли он красотку?.. внутри которой гоблин сидит?.. Или не сидит… но это явно тот случай, когда малейшие сомнения следует трактовать в пользу плохого варианта. Уточнить бы…
– Зачем… ей туда? – спросил я.
– Думает, что найдет там Мертвеца Кирру.
– А его там нет?
– Нет. Там нгор’о и инуи. И тотиро из глубины Леса.
Я бросил взгляд на Чирика. И судя по его виду, «тотиро» были не менее неприятной штукой, чем те же нгор’о.
– Так скажите ей… что его там нет, – пожал плечами я. Как-то мне по барабану было на местных Колдуний. Особенно тех, которые в комплекте с гоблином.
– Колдунья не уйдет просто так. Она пойдет к Хамртуму, никто ее не остановит. И ее убьют, если ей не помочь.
Гм… если прям убьют… это, наверное, чересчур… Вдруг, она к Джонни не имеет отношения… Хотя я тут все равно не причем.
– То есть, ты хочешь… чтобы я пошел туда с вами… чтобы н’горо на вас не нападали?
– Да.
– Они ведь только на меня не нападают, – напомнил я. – Я не могу… управлять ими.
– Это все равно поможет.
– Но…
Я даже не сразу смог сформулировать мысль. Он предлагал мне пойти с ними, чтобы я защищал их от нгор’о, притом, что кроме них там еще куча других опасностей, а я и с «суперами»-то особо не помогу. Там наверняка будут не только «синие», но и «черные». И если от первых я хотя бы загорожу кого-то, то вторых только привлеку зря. Плюс инуи и эти другие штуки – «тотиро».
 
У меня не хватало слов, чтобы описать степень оптимизма, которая требовалась, чтобы согласиться. Как если бы мне предложили спрыгнуть без парашюта с девятиэтажного дома в двадцатиметровую яму с кольями, между которыми будут ползать разозленные черные мамбы, перед этим пообещав, что бензин, которым меня подожгут в момент отталкивания, будет с низким октановым числом.
– А какая плата?
– Что тебе нужно?
После этих слов Чирик оживился, засемафорил глазами, одновременно что-то бормоча. Видимо, он пытался говорить так, чтобы Бандар его не услышал, но так как здоровяк стоял всего на пару метров дальше, получилось, что и я его не особо понимал. Только слова вылавливал:: «ойр», «все бабы», снова «ойр» и так далее.
Соглашаться, я, разумеется, не собирался, но почву прощупать не мешало. Что стоило попросить? Наверное, деньги. По крайней мере, с ними я продержусь, пока не выучу нормально язык и не знаю побольше о мире. Значит, ойр… хотя стоп.
– Овум'кару, – сказал я. – Мне нужно овум'кару.
Подумал секунду, и добавил:
– Два овум'кару.
Чирик резко замолчал. Я повернулся и увидел, что брови у него почти исчезли в волосах. Причем, сначала он смотрел с удивлением на меня, а потом перевел не менее удивленный взгляд на Бандара. Видимо, потому что тот не рассмеялся и не отказал сразу. Гм… неужели переборщил? Я почему-то думал, что это просто редкая штука, а не так, чтобы уникальная.
– Ты знаешь, что это?
– Лечилка.
– Верно, – ответил Бандар после паузы. – Овум'кару у меня нет. Но я знаю того, у кого есть. Я расскажу, как его найти.
Ага. Денег я вам не дам, но я знаю одного парня, который работает в банке. Так себе оплата, если честно.
– И все? – спросил я.
– Я дам тебе большую лечилку.
– Реганова шакта… Соглашайся, марагаз! То есть… не марагаз… Соглашайся!
– Две больших лечилки, – сказал я, не обращая на Чирика внимания. – И ойр.
Я назвал то же число, которое пришлось отдать Зомедону.
В этот раз «индеец» молчал дольше, разглядывая меня немигающим взглядом. Чирик наблюдал за ним, открыв рот. Понятия не имею, разумна ли вообще сумма, которую я попросил, но так даже легче. По крайней мере, я был защищен от уловки: «Сколько бы вы хотели получать?», на которую попадаются молодые специалисты, устраиваюсь в компанию, об уровне зарплат которой они не навели заранее справки.
– Хорошо.
– Ррал! Да!!! – Чирик запрыгал, потрясая в воздухе кулаками. – Да, марагаз! Да! Теперь все бабы…
– Я пока не говорю, что согласен, – заметил я. Чирик тут же перестал прыгать и заорал на меня. Пришлось даже на время вернутся к старому способу коммуникации и ткнуть ему в живот. – Я еще подумаю. Когда поход?
– Сегодня или завтра.
Кажется, Бандара ничуть не обеспокоило, что я оставил себе путь для отступления.
– Эм… ну ладно, тогда я пойду.
Прикрыв согласно глаза, «индеец» отошел к шкафу… нет, кроватошкафу. Достав что–то с одной из полок, он вернулся на место.
– Вот. Я скажу, когда сгорит достаточно времени.
Он протянул маленький граунд желтого цвета с рисунком уха с одной из сторон. Телефон?!
– Хорошо.
Шевельнув затылком, я хорошенько присмотрелся к кроватошкафу, но в этот раз мертвозрение спасовало. Либо кроме граунда там больше ничего не лежало, либо маскировка была на уровне.
 
– Я ушел.
– Вижу.
 Глава 23 
 
Терикан всем видом пытался показать, что произошедшее во время совещания не довело его до верхнего ветра, но явно терпел неудачу. Даже не успев, как следует, высказаться о Жалке, Луиза принялась насмехаться над главой защитников.